Мои мысли незримой печалью периодически подчиняли себе обстоятельства жизни.
Не то, чтобы жизнь следовала какому-то единожды устоявшемуся правилу
(жизнь ведь – априори - выше норм, запретов, стереотипов да правил),
и все-таки оказывалось так, что судьба порой сама начинала распоряжаться мной;
и тогда самому мне уже ничего не оставалось, как следовать заданному курсу,
по типу, как корабль в шторм следует закону моря,
и даже если и имеет намерение вывернуться из заданного круга бытия,
то все-таки это больше желание, чем возможность.
Да и часто ли наши желания есть суть возможностей?
Наши мысли могут быть какими угодно, но при этом мы все равно подчиняемся ходу времени,
следования которому есть, порой, ничто иное, как судьба.
Ну или это называется так.
И тогда уже, как обстоит дело на самом деле, не знает никто, кроме тех, кто свыше.
Хотя, возможно, что и они точно не знают, ибо часто иногда вдруг вмешиваются тысячи обстоятельств,
ради которых, собственно говоря, и следует жить…
Сергей Зелинский
(психотерапевт, теолог, чемпион мира, тренер-психолог 3-х чемпионов мира, писатель, автор 250 книг)