Пора вставать, но я просто лежу и думаю. Пашка утром любит выходить один, я ему почему-то мешаю. И я жду, когда за ним закроется дверь.
Он выходит тихо-тихо, прижав дверную ручку — но я слышу всё равно.
И тут же тренькает Пашкин телефон, смс. Оставил дома, вот бестолочь! О чём он только думает?
Я встаю и вижу — точно, оставил заряжаться. Всегда до последнего оставляет. А может, ещё успею его догнать?
Ноги в ботинки, сверху куртка — и я прямо в пижамных штанах вылетаю из квартиры. Внизу хлопает входная дверь — это Пашка вышел? Или уже кто-то другой?
Лифт, что же ты, а?!.
Я бегу по лестнице пешком, вылетаю на улицу.
Пашки нет. А есть снег — белый, белый, много снега. Я даже замираю на секунду. Надо же, какая тишина. Мой Пашка каждый день выходит в такой мир? Мне-то нужно позже, через сорок минут, но как всё изменится: вокруг заспешат, заторопятся, заопаздывают — будут разъезжаться машины, лаять собаки… А сейчас тишина.
Но где же Пашка?
Странно. Если идти к метро — нужно сначала пересечь наш довольно большой двор, и потом ещё… В общем, не мог он так быстро убежать! Уже не так и темно — я должна была его видеть!
Из нашего подъезда ведёт цепочка следов. Пашкины, конечно. Но они идут совсем не к метро, в другую сторону.
Я смеюсь сама над собой — тоже мне, следопыт! — но иду по следам, заворачиваю за угол. Чего он там делает, за углом?