Роман “Звёздочка” глава 9
Будильник прозвенел, пока Алёнка умывалась в ванной. Татьяна вскочила с дивана и, растолкав мужа, пошла будить сыновей.
— Вставайте, лежебоки мои, в ясли пора. — сказала она, но сыновья не реагировали и продолжали спать. — Да что же это такое, Вань, давай-ка ты сам их буди, мне ещё Алёнку заплести надо. — обратилась она к мужу раздражённо.
— Да ладно тебе, Тань, успеешь, не заводись. — ответил ей Иван, лёжа на диване.
— Вставай сам-то хоть, я же не железная одна всё на себе тянуть.
— Да, встаю, встаю... Истянулась прямо ты вся... — отозвался Иван негодуя.
— Не ворчи, взял моду ворчать... А Алёнка-то где? — вдруг всполошилась мать не застав дочь в своей кровати.
— Да кто её знает, может на кухне? Куда она из дома-то денется, не блажи.
— Что она там в темноте, что ли, сидит?
— А может и сидит, свет экономит. Из всех щелей только и твердят: экономия должна быть экономной. Кругом одни экономисты...
Татьяна спешно пошла на кухню, чтобы не слышать брюзжание мужа, и столкнулась с дочкой, выходящей из ванной, в коридор.
Увидев мать, Алёнка испуганно произнесла:
— Ма-ам, мы в школу не опоздаем?
— Не должны, если копаться долго не будешь.
— Не буду, я уже умытая вся! — отрапортовала дочь в ответ.
— Вот молодец! Первоклашка, ты моя!
— Уже? Я же ещё в школу не сходила?
— Сходишь! Сейчас заплету тебя и пойдём вместе, — улыбнулась мать.
— Заплетай скорей, а то опоздаем. — попросила дочь. Подойдя к трельяжу, она взяла расчёску и протянула её матери.
— Да ты сначала платье одень, а уж потом косички заплетать начнём.
Алёнка без пререканий побежала в комнату переодеваться, мать последовала за ней.
Школьная форма висела на деревянных плечиках в шифоньере. Алёнка попыталась её достать, но не смогла дотянуться без стула. Схватив стул, девочка подставила его к шифоньеру и взяла форму.
«Ну и первоклашка! От горшка два вершка... — подумала мать глядя на дочь. — Надо было её с восьми в школу отдать». А вслух сказала:
— Ты поторапливайся, а я пока отцу помогу с братьями управиться.
— А мне,мам, помоги маленько, пуговки тугие.
— Вот и всё... Ты же в школу собралась идти, а не в ясли. Одевайся сама.
— Ну, мам.
— Я одна, а вас много. Имей совесть. — пристыдила мать дочь, идя в детскую комнату помогать мужу.
Иван одевал Пашку с Тёмкой. Сыновья капризничали и в ясли идти не желали.
— Тань, я уже взмок с ними. — пожаловался Иван жене.
— А ты как думал? Сыновей хотел, так терпи. В ясли сегодня сам их поведёшь.
— Как это? — вскричал муж возмущённо. — Ты чего, Тань? Они же меня до белого колена доведут!
— Вань, ну ты прям, как маленький у меня, а не отец семейства. Построже с ними, построже.
Двойняшки делили между собой машинку. Тёмка тянул её к себе, а Пашка не отдавал и хныкал.
— Да что вы из-за молоковозки — нервы себе и мне трепете?! Ту-ту-ру-ту-ту... — гаркнул на них Иван. — Сейчас отберу и никому не дам, чтобы неповадно вам было.
Но сыновья продолжали между собой разборки. Иван выхватил из рук сыновей машинку и уверенно произнёс:
— Она дома останется. Машинки в ясли не ходят.
Сыновья притихли.
— Давно бы так. Всё в ясли пошли. — скомандовал Иван, а потом спросил жену заискивающе. — Танюш, может с нами в ясли, а потом в школу?
Татьяна фыркнула сердито:
— Иди, Ваня, иди. Один-то раз и без меня их отведёшь.
— Понял, Танюша, ухожу. — выходя из квартиры с сыновьями, ответил Иван.
Дома, после ухода мужа с детьми, стало необычно тихо. Татьяна облегчённо вздохнула, а потом взялась заплетать косы дочке и вспомнила, о том, как она вчера с трудом выпросила увольнительную у Кылычбека Тологоновича и настроение у неё омрачилось.
— Вот ведь, зараза, упёрся и ни в какую, — мысленно она ругала своего начальника. — Заладил своё: «Дети детьми, а работа работой. Мои сами в школу ходят! Приучать надо сразу к самостоятельности».
Она вспомнила словесную перепалку с ним:
— Да я всё понимаю. Мне бы хоть на час увольнительную, чтобы душа не болела, а то она у меня стеснительная. Я бы до школы её довела и класс показала. Войдите в моё положение, пожалуйста. После работы задержусь, если что, не подведу.
— Ну смотри, Татьяна, не подведи. Только из уважения к памяти Петра Васильевича, — сказал он ей и подписал увольнительную. А потом с прищуром взглянув на неё, облизнул губы и добавил. — Задержишься, когда попрошу.
Поведение начальника ОТК её насторожило, но увольнительную взяла, успокаивая себя в душе: «Может губы у него пересохли, а я сама себе напридумываю всякой чепухи? У него ребятишек дома побольше моего и жена бой баба — у такой не забалуешь. Это не Зинка Митина»
© 13.09.2020 Елена Халдина
фото автора
Запрещается без разрешения автора цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данной статьи.
Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны
Продолжение 10 Да я же по-дружески
Предыдущая глава 7 Не плачь, я хорошей девочкой буду
Глава 1 Няньки, или концерт Людмилы Зыкиной
Прочесть "Мать звезды" и "Звёздочка"