Начало истории
Чувство голода и жажды начало подступать, Маша вспомнила, что брала с собой несколько шоколадных батончиков, яблоко и небольшую бутылку воды. Достав из сумки яблоко, она направилась вымыть его в ванную комнату, но, проходя по узкому коридору, заметила, что двери между ванной комнатой и санузлом нет. На ее месте - всего лишь стена шириной сантиметров тридцать – тридцать пять, но она была уверена, что там точно была дверь, в реальности запертая и которая скрывала жуткую комнату, увиденную во сне.
Раздался громкий звонок стационарного телефона. Маша, обрадовавшись, что связь, наконец – то, восстановили, поспешила к нему. Скорее всего, звонит тетя Наташа, подумала она. Взяв трубку, она услышала странный женский голос, который был полон отчаяния:
- Я умираю…
- Кто вы??? Что произошло??? – но в ответ тихое механическое шипение и тишина.
Положив трубку, Маша набрала номер тети Наташи, но связи снова не было. Кто эта женщина, почему она звонила на номер телефона в пустующей квартире - Маша понять не могла. Удивить ее сложно уже было чем – то, но слова эти отдавались в голове и голос был, казалось, знакомым, но где она его слышала – вспомнить не могла.
Молнии сверкнули совсем близко, гроза продолжалась уже несколько часов, ветки били по окнам. Свет погас, квартира погрузилась в кромешную тьму. Из второй комнаты раздавались глухие шаги, Маша съежилась в углу и закричала изо всех сил.
Андрей просидел в машине часов восемь, гроза не стихала. Сегодня больше заработка не предвидится – с грустью подумал он. Находиться в автомобиле порядком надоело, раскаты грома и молния стали уже привычными. Уличив момент, когда дождь немного стих, Андрей, наконец, покинул свое укрытие с целью выкурить сигарету и вдохнуть глоток свежего воздуха. Когда он отошел от автомобиля метров на пять, к его разочарованию, дождь начал усиливаться и первое, что пришло в голову, спрятаться под козырек подъезда.
Добежав до него, Андрей успел промокнуть, дождь лил с большей силой. Сигарета была безнадежно испорчена, благо он взял всю пачку, бежать до машины ему совсем не хотелось. Ночь, молния, гром, дождь – пугающее, но завораживающее зрелище. Вспомнилось детство, гроза, бабушкины пироги с чаем под интересные рассказы о ее послевоенном детстве. Вот оно, непосредственное детское счастье, на душе стало тепло, несмотря на то, что промокшая куртка давала о себе знать, замерзло тело, но согрелась душа.
Дождь лил так, что обратный путь до машины мог бы обернуться простудой, сидеть в такую погоду придется до утра в ней, сменной одежды при себе не было. Стоять всю ночь под козырьком в намокшей одежде не самая радужная перспектива. Та девушка, Маша, которую он подвез утром, она заходила в этот подъезд, точно, хоть и не назовешь поступок красивым, но слечь на пару недель ему не хотелось и, к тому же, они, хоть и не друзья, но все же стали знакомыми.
Из окна на первом этаже раздавалась музыка, он постучал в окно. Створку открыла подвыпившая девушка, за ней был виден силуэт парня, и вскоре его лицо тоже показалось в оконном проеме.
- Молодой человек, вы к кому? – спросила она.
- Моя знакомая живет здесь, у меня нет ключа, откройте, пожалуйста.
- Смотри, в подъезде ничего не натвори, знаем мы таких, у меня брат участковый. – Сказал парень.
Лена через минуты открыла железную дверь в подъезд, помахала ему рукой, и они с молодым человеком под громкий скрежет закрыли дверь своей квартиры.
Андрей включил фонарик на телефоне, поднимаясь на второй этаж. Ностальгия вновь захлестнула его: когда то в этом подъезде они с друзьями прятались от грозы, расстелив бабушкино покрывало, взятое для пикника. Расстелили его на площадке второго этажа, разложили бутерброды и поедали их, запивая соком и рассказывали друг другу страшилки.
Как все просто, когда тебе семь лет, как мало нужно для счастья и каждый день по – своему яркий, жаль, что нет возможности хоть иногда ощутить ту детскую непосредственность и радость.
Поднявшись на площадку, все еще прибывая в детских воспоминаниях, он услышал страшный женский крик. Как он понял, крик раздавался из – за двери по центру.