В понедельник после обеда Никита забрал конверты с результатами тестов из всех лабораторий, съездил за мамой и бабушкой в деревню, и сейчас сидел у Валерия Павловича в кабинете. Они обсуждали, какие конверты, и в какой последовательности следует подавать судье. В дверь постучали, и она распахнулась. В кабинет вошёл друг Валерия Павловича, адвокат, который был на прошлых заседаниях суда. Он тяжело опустился в кресло напротив Никиты и сказал:
- Пришла беда, откуда мы её не ждали.
- Что ещё случилось? – спросил Валерий Павлович.
- В прокуратуру по нашему делу приехали ребятки из Москвы, а ещё один тип приехал из Коллегии конституционного суда, чтобы проверить правильность выносимого решения, и будет восседать вместе с ней за столом на суде. – Никита улыбнулся. – Чему ты улыбаешься, твоей бабушке могут отказать, и ты это знаешь, - накинулся он на Никиту. Ему надо было выпустить пар на кого-то. Никита подождал, когда весь пар выйдет и спокойно сказал:
- У нас есть результаты тестов из трёх независимых лабораторий. Здесь нет подделок. У нас есть кровные родственники нашей подзащитной. Нами собраны, и предъявлены суду документы, доказывающие, что девочка является Рощиной Анной Тимофеевной. Вы что так разволновались?
- Да, но мы не знаем, какие результаты тестов положим на стол, - ответил адвокат
- Знаем, - заявил Никита. – Вы же понимаете, что сейчас деньги решают многое. Я заплатил за тесты вдвое больше и получил ксерокопии.
- А почему тебе не выдали копии на флешку.
- Вадим, не дури, - оборвал его Валерий Павлович, - Задаёшь такие вопросы. У тебя что, от страха перед москвичами мозги начали перемещаться в пятую точку?
- Простите, - сказал адвокат, опуская глаза.
Но доверие к нему у Никиты и Валерия Павловича пропало одновременно, и они решили не раскрывать свои планы даже перед ним.
- Хочешь посмотреть ксерокопии? – спросил Валерий Павлович.
- Конечно, хочу – ответил адвокат.
Валерий Павлович протянул три листа из трёх лабораторий.
- Я так и предполагал, - поморщившись, сказал адвокат, - результаты не подтверждают отцовство. А что если…
- Да ладно тебе, что нас просили, то мы и сделали. У судьи есть проверяющий, пусть решают вместе. Даже если ! Человек перед смертью такие слова любви не своей дочери писать не будет. – Валерий Павлович протянул последнее письмо Тимофея Николаевича , написанное под диктовку медсестрой.
У адвоката вытянулось лицо. Он не ожидал, что у Никиты есть что-то подобное, но письмо взял, прочитал, расчувствовался. Внутри у него началась яростная борьба. Он не знал, что делать с полученной информацией. Московские следователи были его друзьями, и это они послали его к Никите сообщить, что дело может затянуться.
- Да, это аргумент в нашу пользу. На присяжных оно окажет большое впечатление, - сказал адвокат. Он озабоченно взглянул на часы, давая понять, что слишком занят и спешит на новую встречу, извинился, встал, распрощался и ушёл.
- И что это было? Как ты думаешь, Никита? – спросил Валерий Павлович.
- Я думаю, что приехали его друзья, и пытаются через него узнать больше, чем узнали, ознакомившись с делом. Но одно хорошо, он нас предупредил, что Осиповы пошли в наступление.
- Да, самое главное завтра на суде не дать им и слова сказать, а методично, один за другим выкладывать на стол перед судьёй наши доказательства.
- Я согласен с такой тактикой.
Они ещё долго обсуждали, что, как и в какой момент нужно будет сделать завтра.
**** ****
Судебное разбирательство началось. Никита положил на стол перед судьёй результаты запрошенных тестов. В зале стояла тишина. Судья распечатала конверты, посмотрела, передала их мужчине, сидящему рядом. По лицу её пробежала волна разочарования. Она вздохнула.
- Результаты теста мхДНК подтверждают родство Анны и её матери. К сожалению, мы не имеем подтверждения кровного родства Анны с отцом, - сказала она. – Костылёв Никита Владимирович, у Вас есть, что ещё предъявить суду? – спросила она.
- Да Ваша честь, – ответил Никита. Он встал и передал судье письмо. – Это последнее письмо, которое Тимофей Николаевич писал жене и дочери перед смертью.
Судья прочитала письмо, передала его сидящему рядом мужчине.
- Согласитесь, Ваша честь, что такие слова любви неродной дочери никто писать не будет, но это ещё не всё, что у меня есть, - Никита передал судье несколько скреплённых степлером листов. – Это документы о том, что у Анны есть родной брат, Семён Иванович. С ним мы раскрывали чернильницу на прошлом заседании, а это прямой тест ДНК, подтверждающий, что Анна его сестра. Но и это не всё, - Никита выдержал длинную паузу, давая возможность судье посмотреть копии представленных документов, а затем продолжил. – Никому не секрет, что по результатам мхДНК по материнской линии можно подтвердить отцовство. У Тимофея Николаевича была кровная сестра по маме, Дарья. Её дочь, Стефании Тома и внучка Клэр Венсан сейчас находятся в зале. Они, как Вам известно, приехали из Франции. Я взял на себя смелость попросить их сделать тест мхДНК. В этом тесте учтены так же волосы Дарьи, которые были случайно обнаружены в книге, принадлежащей Лидии Михайловне, и сохранённой Степаном Ивановичем Волгиным, как память о маме. Вот результаты этого теста и записка, подтверждающая, что волосы принадлежат Дарье, - Никита положил перед судьёй пакетик с остатками волос, записку и три конверта.
Судья распечатала конверты, прочитала, улыбнулась, передала результаты мужчине. Он только покачал головой, нагнулся к судье и что-то ей сказал.
- Блестящая работа! – оценила проделанную работу и представленные документы судья. – Никита Владимирович, мой коллега предлагает Вам сменить профессию.
- Спасибо, но мне нравится моя работа, - ответил Никита.
Объявили перерыв.
Оглавление
Продолжение