Полтора месяца, я проработал там всего полтора месяца, но впечатлений осталось на всю жизнь.
Хронологический порядок, конечно, мне уже не воспроизвести, да и не нужно. Сейчас все вспоминается одним длинным днем с урывками подробностей.
Работку эту, монтажник локальных сетей, мне с легкой руки посоветовал друг Гоша. Принят я был на удивление быстро. Изрядно помотавшись по находкам с бюро занятости, в котором мои мытарства сулили быть бесконечными, даже не мог поверить. Меня взяли сходу, выдали спецовку и с небольшим мастер-классом по обжимке кабеля, а так же настройке подключения, отправили на вольные хлеба.
Во что бы то ни стало мне захотелось быть лучшим (зачем? ). В пару мне был определен большой детина из села. В ту пору мои ручки были кривоваты в отношении к инструменту, перфоратору, например. В своей квартире любое отверстие делалось пальцем с такой-то матерью, а вот у людей в оказались стенки покрепче. Большой знатно умел делать дырки, сомнений в нем не возникало, надо – "дЫЫЫрь! ", получи. Мне напарник подходил на все сто, спокойный как танк и имел качества мне недоступные.
Мы с ним стабильно отрабатывали минимум в три заказа за день, старались и больше, порой доходило до пяти. Начальство, чувствуя, что "вот у этих, вроде, получается", стало подпихивать нам залежавшиеся заказы.
* * *
Полтора месяца человек ждал подключения, но вот беда – тамбуры с квартирами под ним вечно закрыты и доступа к их щиткам нет, провод не протянуть. Мы поехали пораньше, чтобы застать жильцов, выходящих из своих гнезд и бодро раздирающих пасть утренними зевками. Кабель на удивление легко прокинули от маршрутизатора до квартиры, все огни были зелеными, ни одной закрытой двери. Клиент не без удивления встречал победителей у входа в свою берлогу. В доброжелательной улыбке было что-то еще, странное. Помесь «милости прошу» и «какая нога вам не нужна, голод замучал». Бусы на груди, руки в плетеных браслетах, лысина, остаток волос в тоненьком хвостике. Квартира встретила запахом. Нет! Ударила им прямо по хлеборезке. Господи, по однокомнатной хрущевке расползлись кошки! Количество этой постоянно бурлящей разношерстной массы так и не удалось определить. Но пахло не ими, точнее не только. По двум стенам от пола до потолка расположились клетки с мелкими...чем? Хозяин пояснил, что это какие-то там очень интересные мыши. Даже одну вытащил показать. Зверек размером с мизинец застыл в страхе, выпучив на меня свои черные глаза по размеру большие даже, чем уши. Серьезно, в первый момент казалось, что это две бусинки для украшения и они снимаются. Черт, да у него здесь своя «Вселенная 25»! Мышей тут сотни, кошкам на них откровенно положить с прибором. Запах же заставил делать все быстро. Я разгреб благовонные палочки, стеклянные шары, статуэтки Кришну, Вишну и Шивы в стороны от клавиатуры, настроил терминал. По дороге к двери вежливо отказавшись от изобилия чая из лепестков хренанды в качестве награды победителям, мы рванули к машине. О воздух, ты прекрасен! Тяжелый выхлоп грузовиков, родные помойки, благоухающие алкашы, как я вам всем рад!
Передышка в офисе. Сегодня заказы были кислые – мало, без вызова, детсад прям. Бригадир с ехидной ухмылкой подпихнул наряд. Квартира была прямо в этом доме, где располагался наш офис.
– Ты только кинь кабель до квартиры, обожми у свитча, и все! Один справишься.
– Да не вопрос, – развесил я уши. Мягкое почуяло горячее, но в чем прикол?
Без проблем все было сделано. Спускаясь с чердака, я изрядно накидал мусора на лестничную площадку. На мое счастье из квартиры выкатила бабуля-божий одуванчик в платочке.
– Не найдется ли у вас веничка, а то я вам тут намусорил, прям стыдоба? – опередил я пенсионерку.
– Будет, милок. Как не быть? – протянула мне свой транспорт с совком бабушка.
Тщательно убрав всю площадку, уж начал, так подметать всю, тем более, она крошечная, пара квадратных метров, я завис с мыслью – «куда ж все это выкинуть? »
– Давай я в ведро у себя выкину, сынок. Чаю не желаешь, внучок?
– Спасибо большое, пойду дальше работать, – ретировался я.
– Ну, надумаешь, приходи, я пирогов напеку.
В офисе встречали рожи полные...чего?
– Ну как прошло? – спросил бригадир, давясь от смеха.
– Кинул, подмел, бабуля веник дала, на чай звала. А что?
– Что? Это с пятого этажа старушка?
– Ага, милая такая.
– Милая? Что?! Как? Дверь правая?
– Да.
– Точно милая?
Офис долго не мог поверить, что мы разговариваем про одну и ту же. Оказывается, что они в состоянии войны. Она и милицию присылала, доносы писала, матюками с веником прогоняла. Монтажники тоже гадили, как умели. Идиоты, что сказать.
* * *
Заказ-наряд был обычен, как все. Каждый день хотелось выполнить побольше, чтобы зарплата вышла человеческой. За смену четыре подключенных абонента к интернету – таким был мой личный план. Естественно, форс-мажор сопровождал постоянно, отделаться от него было нереально. Он плотно сидел на шее, свесив ножки и барабаня своими пяточками по моим ключицам.
Старожилы сквозь смех и слезы хлопали меня по плечу "сапоги возьми".
– В смысле? – в ответ загадочные улыбки.
Сапог в кладовке... был один. "Замечательно! " – протянул я вслух. "Хрен с ним, разберемся! "
Улица Нижняя Дуброва была моей Голгофой. Квартальчик типичных пятиэтажных чешек. Роутер (свитч) в подвале полным... "да, мать твою! " нечистот. Сапоги, сапожки, эх! Не помогли бы, тут болотные нужны.
Протянули кабель до клиента, оставили на сладкое сдачу нормы ГТО по плаванию во встроенном в доме бассейне. Я даже не стал мучить своих компаньонов, а снял кроссовки, носки. Загнул штанины повыше. Перед заплывом паранойя сказала "лучше обувь, чем рана и столбняк". Кроссовки просили кашу уже давно, не жалко, натянул обратно.
Плыл я как Данко с сердцем, т. е. с кабелем в руках, не хватало его ещё утопить. Коллеги пошли заниматься моим обычным делом – настраивать компьютер абонента. Моя же задача – обжимка кабеля, который потом нужно было подключить к свитчу. Звучит просто. Хорошо, что я ещё не ел сегодня. Мои тупили – создать подключение оказалось непосильным трудом. "Спокойно, Ипполит, спокойно". Секунды отмерялись тяжёлыми вздохами. Звонок, как я тебя ждал, можно плыть обратно. Как чист и прозрачен летний воздух, как свежа природа, как хочется скинуть кроссовки! "В смысле, нужно обратно? "
Хотелось убивать, но пришлось шлёпать к железному ящику в темноте подвала. С админом на другой стороне трубки телефона я ещё раз перепроверил физическое подключение, ошибки не было.
– Денис! – в отчаянии произнес я, – третий раз меня сюда не заманишь, точно могу идти восвояси?
– Да. – с пониманием ответил админ.
Клиент подключен и доволен, в принципе – я тоже. Сижу на травке, курю, не моргаю, ветер шумит берёзами, лаская щеки. Прекрасный день!
* * *
Будни тянулись бесконечно долго, одинаковые как близнецы. Разбавлялись некоторыми приключениями, типа заплыва по гов..нечистотам. Рядом с тем затопленным домом стоял его двойник со своим приколом. В нем был проезд во двор. Не было секции первого этажа. Это и наложило на него особенность – все провода проходили через спец тоннель над проезжающими машинами. Начинался он в подвале. В широкой опоре была дверь с вертикальной лестницей. Только мешали всевозможные кабели, шланги, оплетки. Для того, чтобы взобраться, нужно было войти внутрь этого жгута и карабкаться вверх. Потом в полный рост горизонтальный переход по этим патрубкам, и прыжок веры в конце. Большой застыл в ужасе. У человека вскрылась клаустрофобия. Во-первых, я не представлял, как этот детина поместится в узкое горлышко технического канала. Во-вторых, я впервые видел у него подобное выражение первобытного страха в глазах. Настаивать его лезть я просто не мог.
– Большой, не волнуйся, тебе там не пролезть, я сам. Кабель придерживай, я скоро.
Я – сфинктер Джона Маклейна. Холодок издевательски лизал все тело, витую пару я держал зубами, гофры с кабелями, словно десятки питонов, приобняли весом и встретили жестким сопротивлением. На горизонтальную площадку я вылез из гущи змей словно Лунтик со словами «я, %лять, родился! » Короткая перебежка, черт с ним, не рыть же вторую лестницу, прыжок вниз. Зубы бы не вырвать зажатой "витухой". Дверь с другой стороны пришлось вышибать ногой, стара мать. Рэмбо здесь, детки! Где тут у вас маршрутизатор? Обжимаем. Обратно через подвальное окно, я ж не псих, лезть в гадюшник по доброй воле второй раз. Большой стоял готовым меня тащить за кабель обратно, изрядно потея от напряжения. Открыв рот, он напряженно всматривался в гущу гофр, поглотивших напарника.
– Все, расслабь булки, – вывел я его из состояния тревоги.
– Фух, Юран, я уж думал за тобой лезть!
– Нет, не сегодня. Пошли жрать!
В местной «пятерочке» мы уже примелькались. Охранник с нами здоровался. Обед наш был незамысловат. Лаваш, сосиски плюс соус - каждый день новый. Ну, да, мы же гурманы.
* * *
Мнение, что я тянусь к умным людям ошибочно. Я ценю в вас совсем другое, количество интеллекта и багажа для меня совсем неважно. Меня привлекает искра, огонь, желание познавать новое. Сдача позиций и спокойный дрейф по течению меня угнетает. Большой, на мою радость, хоть и не обладал обширными знаниями, имел как раз блеск в глазах. Я ему травил истории, рассказывал что-то новое каждый день, однажды он захотел постичь «дела компьютерные». Я охотно его обучал и показывал, но времени мне не хватило совсем. На тот момент я уже лет 12 активно совершенствовался в "премудростях" ПК, за несколько недель натаскать бы не смог. Но само его желание было бальзамом на израненную душу.
Он сдавал мне экзамен у двух престарелых клиентов. Их сынуля принес им компьютер, зараженный всем, чем только можно. Обычными способами настроить подключение было невозможно. Большой сдался.
– Дай-ка мне, – отстранил я его от клавиатуры, – Ты бы не смог, извини. Тут жопа.
Я опробовал пару способов. Ни в какую. Черт со всем, из-под командной строки! Не ударить лицом в грязь перед падаваном! Ага! Обожаю вызовы!
– А вы для чего интернет то подключаете? – бросил я попутно клиентам на пенсии.
– Музыку качать, фильмы, – удивленно указали мне старые пальцы на 55-ти дюймовую ЖК-панель в соседней комнате.
«Торренты, лечение компа, фишинг-сайты, трояны» – пронеслось у меня в голове. «Так, к праотцам ликбез, не нанимался».
– А, – только и протянул я. Сделано, валим.
Любимая слаботочка.
В идеале, ваш кабель интернета лежит в отдельной секции щитка. На стороне счетчиков проходят силовые, фазные. Рядом, за узкой дверкой – телефон, радио, ТВ и интернет. Это сейчас сразу прокладывают отдельную трубу все провайдеры. В наше время подключали по другим стандартам. Сколько же можно было увидеть интересного в домах времен Брежнева. Открываешь дверку, и на тебя падает клубок многовекового макраме. А там чего только нет, кабели сигнализации, коробочки разветвителей и все-все-все. Главное, аккуратно все запихать обратно, подперев шваброй, до следующего зеваки.
Вооот. Дверь клиентки была ничем не примечательна. Чистенькая, обитая натуральной кожей чебурашки. У соседей – модная, стальная, с красным глазком сигнализации. А вот откосы вокруг нее на соплях, ну, у богатых свои причуды. Пока я ползал по щитку и бегал наверх с кабелем к маршрутке, случилось непредвиденное. Наша витая пара задела таки сопли деревянного косяка соседей, тот завалился вместе с проводами сигнализации. Приехали «фисташки» в бронекостюмах с калашами наперевес. Я вернулся к разборкам. Мирно взглядом проводил бравых служителей закона. Соседи оказались полные ресентимента. Орали благим матом на всех в радиусе видимости. Все хором мыслей определили меня за главного (это, кстати, происходило постоянно. Наличие спецовки и опущенные брови располагали многих к такому заблуждению. Да и седеть я начал рано). С пеной у рта меня позвали к телефону, на проводе был наш офис, точнее Леха – бригадир.
– Слушаю, – как можно более важным тоном произнес я, показывая беснующимся владельцам квартиры свои «красные корочки».
– Как дела? – встретил елейным тоном меня Леха.
– В процессе, разбираемся! – выпалил я. Падла, ему там смешно!
– Как у тебя настроение? Ну, почему ты молчишь? Поговори со мной! – игривым голосом подтрунивал бригадир.
– Будет сделано! – гад, я тебе припомню.
Повесив трубку, тоном, полным уверенности и вовлеченности, я отчеканил извинения. Наплел про бесплатное подключение и урегулирование вопросов. Раскрытые рты просигнализировали, что уши съели. Валим отсюда, пока живы!
* * *
Вам может что-то испортить аппетит? Я вот уже слабо представляю, что же способно заставить меня расхотеть есть.
Мы с Большим ползли по техническому этажу (чердак в многоэтажках). Встать в полный рост даже я там не мог. Потому мы пробирались на корточках, попутно крепя кабель к бетонной перекладине. Задержались мы вместе у шахты вентиляции. Оттуда доносился приятный и манящий запах жареной картошки с грибами. Фантазия дорисовывала картинки шкворчащей снеди на масле в сковородке, с лучком…да нет! Жарят на последнем этаже, правда, слышно. Колливублы, производимые моим желудком, решили аккомпанировать мелодии на кухонной плите. Правда, мой сопрано против баса Большого был жалок. Мы даже не сказали друг другу ничего, лишь коротко переглянулись и ускорили темп работы. Около последней вентиляционной шахты нас ждал сюрприз. Ну да, если кто-то готовится поглощать, то кто-то обязательно находится на конечной фазе. Мы отчетливо услышали слив унитаза. Тема запахов, видимо, за те полтора месяца была раскрыта на всю катушку. Капали слезы, глаза разъедало, последняя пластиковая стяжка никак не лезла своим кончиком в замок. Что же ты там сожрал, падла? Большой одним движением перехватил инициативу и затянул последний узел. Нет! Аппетит не испортило, скорее, разбило влажные мечты о картошечке.
* * *
Чердаки, подвалы, техэтажи, все, что под вами и над. Вы слабо порой представляете, где живете. Ленина 41, одна из трех многоэтажных свечек. Отвратительная слаботочка, опять клубки телефонных проводов, сигнализаций, телевизионных кабелей. Как же это надоело! Начнем с чердака, а там видно будет.
Железная лестница на последнем этаже, квадратная металлическая дверь под потолком. Открыв тяжелую калитку, я осознал пару мыслей: 1) Большой, зараза, опять не поместится 2) мне шандец 3) жара на улице ничто, здесь духовой шкаф. Господин Алигьери, у вас там фигня описана. Вам бы тут поползать. Высота потолка – метр, пол похож на слоеный салат. Первый – стекловата, второй – тушки, скелеты, мумии мертвых голубей, третий – прочий мусор и пыль. Да! Каждый шаг производил фонтан мелкой взвеси всего, что под ногами. С меня тек пот ручьем. Для меня это необычно, но не в этой сауне. Моя жидкость и поднимаемые частицы смешались в хорошую раздражающую массу. Я уже серьезно задумывался над возможностью побриться налысо и покупкой полной химзащиты с противогазом на будущее. Терпи, терпи, под душем будешь вспоминать весь этот ужас и испытывать радость от того, что все закончилось.
Под душем я, конечно, вспоминал, как потом тряслись руки от напряжения, чтобы не расчесать кожу до кости. Как жгло глотку и удивление – как это все попало в зону бикини? Вся одежда заботливо полоскалась в стиральной машинке.
К слову, слой «мертвые голуби» часто мне встречался. Василисина 18 была им тоже богата, с щедрой дозой керамзита и шлака. О чем я поведал и моему доброму другу Дмитрию, который там проживал на последнем, пятом, этаже. Я буквально вывалился на него из люка со всем этим и словами «привет, Димммыыджжчч, неси веник! » Как ни странно, он был рад такому перфомансу.
Ленина 25. Как я тебя ненавижу! Дом перед садиком у бывшего ресторана «Лада». Его маленькая особенность в том, что в подвале находятся, помимо нашего маршрутизатора, самопальные сарайки жильцов. Банки, склянки, велосипеды, лыжи, все богатство, что не поместилось в квартирах. Проблема в том, что некоторые преграждали путь. Сам подвал был сквозным, но кладовки решили ставить и поперек. Ага, маршрутка ближе к первому подъезду, квартира клиента – в последнем. Везет, так по-крупному. В наряде значилось: "Начать работы после 18. 00". Интересная приписка, обычно выполнение было под грифом "ASAP". День был и так ужасен, подобная надпись смахивала на указание рабу его места.
Оказалось, что у клиента спал ребенок. Мы тихо постучались, чтобы спросить ключ от катакомб. Хотелось начать пораньше внизу и вернуться домой до заката. Мда, кабель кидали всеми возможными способами. Он лежал промеж соленых огурчиков, на старых картинах, как гирлянда, украшал старые лыжные палки. В квартире клиентка испускала гневные бурления относительно нас, но в сторону своих родителей: «Как они посмели прийти так рано! » Нервы заметно поутихли с нашим появлением. Знаете, есть такая порода людей, которые быстры на расправу только среди своих и умолкают при виде раздражителя, быстро потупив глазки? Этот случай. Ну, хотя бы я не ошибся, заподозрив все с самого начала. Кое-как к девяти вечера мы оттуда выбрались. За нами пришлось переделывать другой бригаде следующим днем. Настроения нет, сил нет, населена роботами… Эх!
* * *
Это был относительно новый дом. Я стоял с открытым ртом на чистенькой лестничной площадке. Передо мной явилось чудо – самая ухоженная слоботочка, что встречалась мне за мой короткий опыт. Провода проходили строем, каждый имел бирочку о принадлежности. А это, что за трубки? Неужели? В каждую квартиру шел свой отдельный широкий канал. Господи! Перфоратор не нужен. На наш свеже прокинутый кабель я повязал белую изоленту с подписью провайдера и номера квартиры. Вот уже пару минут Большой безрезультатно пытался добиться моего внимания, пора было делать подключение на компьютере клиента. Да, сейчас. «Дорогая, нам было сказочно хорошо, ты была великолепна!» – подумал я, закрывая ровную добротную створку шкафа.
«Чешка» на Ленина. Ничего особенного в подвале не запомнилось. Клиент – молодая девушка. На вопрос « где, собственно, компьютер? » ответом был легкий взмах руки в сторону малой комнаты. Мы поняли, что у нее есть дела важнее. Тачка, на которой нужно было создать подключение, вызвала негодование. Даже тогда, десять лет назад, он выглядел как экспонат из музея. Абсолютно чистый, не пожелтевший от времени 133-ий «пень», с переключателем «Lo-Hi» и ключом жесткого диска. Господи, все щели чистые, что невозможно для такого мамонта, словно он с консервации. 95-ая винда, Марти! Да, я любил эту работу. Мне приходилось видеть странных людей, контрастирующую обстановку, непонятные мне решения в быту. Разные рабочие столы, сразу видно ваши интересы, степень вовлеченности к пк, на «ты» к нему, или по имени отчеству. Откровенный швах общаг с занавесками вместо стен, богатый ремонт двухэтажной квартиры и молочных желез владелицы. Загаженные подвалы и практически целые подземные города с хорошим освещением. Целые миры, о которых никто не подозревает, скрыты в нескольких метрах от вас. Молодая мама проверяла подключение с помощью входа в Lineage (игра такая сетевая, мой несведущий друг), плюгавенькая дизайнер-фрилансер в застиранном халатике, которая настойчиво предлагает «чай-кофе-ну, хоть компотик! » и вызвавшая нас на второй день по надуманной причине. Предложение напитков было уже более настойчивое. Какой жути я только не видел! Но, мать ее, 95-ая винда! Это – перебор! Мне нужны ответы. Оказывается, хозяйка торопилась переодеться в домашний розовый спортивный костюм с белыми полосками, чтобы прыгнуть на диван и насладиться «Домом-2». Я запихнул вопросы обратно, оставил лишь один: «Где деньги, Зин? » Ее взмах руки, мой поворот головы в коридор. Вот они, у зеркала. Видимо, и нам пора, она была настолько вовлечена в священнодействие по ТВ, что мне даже неудобно было беспокоить просьбой, закрыть за нами дверь.
* * *
Господи, боже мой! Дом такой красивый, вроде бы, новый, но внутри! Ощущение, что это строение – последние потуги СССР про светлое будущее, не оставляло меня ни на секунду. Жуткая слаботочка – все перепутано, фаза от этажа к этажу бродила, где ей захочется. Гнезда из телефонных проводов плотными пробками преграждали проход нашему кабелю, его невозможно было протащить через всю эту коновязь нерадивых предшественников. Я дернул на 7ом этаже, что было сил свою витую пару – не идет, совсем. Ее плотно обхватили местные провода и не давали шанса новичку. Я собрал все мужское естество и дернул еще раз. Странно, в доли секунды я посмотрел именно туда – на оголенный кусочек фазы. Я видел, как он летит на металлическую перекладину ящика с открытыми створками, из глубины ниши навстречу мне. Миг – вспышка – потух свет во всем подъезде. Стоя у противоположной стены, с легким тремором мы обсуждали, что делать дальше, когда на лестничную площадку вышел жилец.
– Футбол не досмотреть, - пробубнил он себе под нос, затянул папироску и увидел меня.
– Надолго? – удивленно протянул престарелый фанат.
– Как пойдет, – вымучил я.
– А вы быстро среагировали, – конечно, я же в спецовке, инструмент торчит из карманов. Да, он думает, что я электрик.
Ничего умнее, а вот этот орган отшибла прилетевшая сзади стена, кроме, как позвонить в офис, я не придумал. В помощь мне определили Олега, электрика по образованию.
– Быстро ты, – встретил я коллегу.
– Недалеко работаем, что у тебя?
– Да вот, сверкнуло, – показал я на ящик с клубками проводов и счетчиков.
– Понятно, фаза легла на коробку. Хорошо, что ты за железо не держался, а то бы мне веник понадобился, тебя собрать, – отчеканил Олег.
– Мило, – нервно улыбнулся я.
– Ага, – крякнул он в ответ, качая двумя руками толстый провод фазы, тот приварился намертво, – О, смотри, тут и изолятор есть.
В ящике заботливо лежал пакет с керамическим шариком, который просто кто-то не надел на голое место, штамп «ОТК» указал на время, проведенное им здесь в забвении.
– Так, там внизу, в подстанции ребята копошатся. Я сейчас изолятор прикручу на место, им скажу, они подъезд обратно включат. Ты пока кури и суши портки.
Не успел я докурить, как свет был дарован обратно. Футбольный фанат, вышедший на площадку вторично, только и успел крикнуть:
– Ничего себе! Вот это сервис! – и убежал досматривать матч.
– Стараемся! – задумчиво через дым кинул вдогонку я.
Полтора месяца. Я успел поплавать в говне, пролезть через трубу с проводами, повстречать психов всех мастей, был объектом сальностей, пару раз еле избежал милиции с автоматами наперевес, собаки вообще не в счет, подмел полсотни лестничных площадок, вопрос «что, мать вашу, происходит? » - стал мои девизом, и еще это! Нет! Своей смертью хочу, а с моим везением, точно год не продержусь, ввяжусь по самое… Гоша?
Гоша, зараза такая, подкинул мне опять работенку. Правда, сколько можно бегать по катакомбам, пора расти, развиваться. Новая должность в другой фирме сулила другой расклад. Руководитель стройки оптико-волоконной сети. Звучит? Ага, мне тоже тогда понравилось. Инженер – новая запись в трудовой, юношеские мечты о благодатном даре всему человечеству. Я буду нести интернет, как Данко сердце. А, нет. Просто – нет. Я опять стал непрофессиональным инструментом, затачиваемым в поле, во время битвы, не готовым хоть к чему либо.
Слишком легко меня приняли на новую должность – индикатор предстоящих проблем. Но невольно задумываешься о своей уникальности (нет, родной, ты такой же как и все, запомни! Все мы разные, все мы непохожие. У всех мусор под раковиной, и куртки в прихожей). Сам главный всего и вся принял меня под священнодействием секретарши с френч прессом. Свежая выпечка и эстетическая подача кофе произвела на меня неизгладимые впечатления. Нимфа, обученная всем этим премудростям, внешностью тоже заставила мое нутро отреагировать, хоть и ненадолго. Величавый боярин предлагал мне барский подарок – руководящую должность. Я поверил везению, получил счастливый билет.
Я мог неделями не работать по факту. Звонок бухгалтера стабильно два раза в месяц, отмеряли ход времени. Она предупреждала поочередно об авансе и зарплате. Не поверите, меня дико злил факт, что я дышу свежим воздухом, когда хочу, встаю, когда хочу, работаю, когда хочу и получаю за весь этот праздник небольшие, но все же, хорошие деньги. В короткие периоды стройки я отрывался по полной. Мне давали бригаду строителей, и на неделю-две хандра уходила. Мы кидали оптику с крыши на крышу. То еще развлечение, скажу я вам. Метров 100-200 провода лежало на дороге, нужно было поднимать его над машинами, успевать натягивать, пока грузовик с мусором не переедет хрупкую жилу, пропихивать через деревья, избегать перегибов, не сбить петлей любопытствующих зевак.
На крышах своя романтика. Ветер в рыло, солнце пеклом туда же, непременно дождь. Но наверх еще надо попасть. Вот! Суть моей работы в том и была. Вотчиной стал район Загородного парка – Коммунар. Особенность его в том, что каждый дом, почти абсолютно каждый, имел свое Товарищеское Содружество Жильцов. Мне нужно было подписать договор о неприпятствии в постройке сети, пустить монтажников, а дальше дело за малым.
Каждый председатель имел ТСЖ свой прикол, свои мысли, свои страхи. Каждый дом – свой подход в монтаже. Я же имел план «будущих» веток оптики. Забегая вперед, два дома из черт знает скольки, пришлось обойти. Да и цель то оказалась прозаичней – коттеджный поселок в самом конце района. Остальные – побочный бонус. С работой я справился, по своему обычаю, оставив кучу косяков (решили их быстро, сеть жива).
Ты уже испорчен.
Все же ЖЭК и здесь присутствовал, мне хватило лишь коробки конфет секретарше этой милой организации и все ключевые телефоны, имена работников с расписаниями были у меня. Двое мне были нужны, как воздух – инженер, по совместительству женщина, и заместитель директора Саша. Первая помогала ключами к крышам, второй сдавал председателей местных ТСЖ и помог в подписании договора, а потом на моих глазах еще и вырос в директора местного ЖЭКа. Об этом событии поведала мне матрона, сидящая под его кабинетом, а еще о том, что он вам не «Саша», а Александр Такойтович. Пора было прикусывать язык, вечно я невпопад. Ладно, этот уже не нужен. Договорами я продвигался по будущей линии. Строители короткими набегами воплощали ее в жизнь. О чем я докладывал напрямую наверх. У меня не было лишней цепочки, я был единицей самостоятельной с полным карт-бланшем и планом в папочке.
Свой навык «болтологии» я приобретал в этом живописном месте. Стоило немалых порой усилий, чтобы войти в мир вечных жалоб жильцов, насущных проблем, постоянных протечек, ремонтов и сбора денег на нужды. Кому есть дело до юнца, который предлагает невесть что? Какой, к черту, интернет, крыша и так течет, а вы по ней гулять еще собираетесь? Встречных предложений по ремонту кровли было много, все получили 100 рублей в месяц в качестве аренды и мою милую улыбку на чай.
Вам нравится ваш рабочий стол? Его чистота, свой в доску монитор, мышка под рукой, мягкий стул под пятой точкой и туалет на этаже? Моим стулом было кресло авто, мышкой – телефон у уха, туалет был везде, полный сосен и опавших шишек, шума крон хвойных деревьев и света солнца. На одном из тупиков веток оптики был дом, который так и не был охвачен. Почти каждый мой приезд мы вели переговоры с председателем-женщиной на лавке двора. Это был почти обычай. Я знал, что она не хочет нас пускать, ей же было нечего делать. Мы иногда развлекались беседой. Говорили обо всем, даже зашла тема про «картавых». В ее теории такие нарушения речи сказываются еще и на «пгавописании» – почти цитата. Бессмысленно спорить, такой особенности у меня нет, в отличие от нее. Господи, да что мы только не обсудили! Но одна тема сквозит до сих пор. Она, послушав про опыт моих профессий, так и выдала: «Ты испорчен, ты не сможешь работать в офисе от звонка до звонка. Ты не дашь собой руководить, будешь почти проклятием для начальства. Посмотри вокруг, вот твое рабочее место». Я недоумевал, смотря на шумно качающиеся мачты сосен. С годами, правда, меньше.
Глупость молодецкая.
Чувствовалось за километр, что этот дом принадлежит ЖЭКу, обшарпанный, неухоженный, совковый, плоская крыша без парапета. Я почти не видел строителей в окне чердака напротив, в двухстах метрах от меня. Мы натягивали оптику. Канат тянули в обе стороны, я гордо был впереди. Звонкий щелчок и волна по жгуту пошла на меня. Я еле затормозил на краю крыши, в последний момент, почти оторвав подошвы у кроссовок, я пытался посчитать по теореме Пифагора вероятность повиснуть на этом канате над землей. Цифры говорили не в мою пользу. Я смотрел вниз, на людей, и представлял красное пятно, которое бы осталось после меня. Сколько бы сразу возникло проблем…
Опытные ребята, уже без меня, сделали всю работу. Я дал себе зарок – не лезть. Не исполнил, опять был каждой бочке затычка, но осмотрительной.
Дамы.
Почти вся сеть была готова, когда я начал развешивать объявления со своим телефоном. Листовка весело, насколько могла, гласила, что, наконец, свершилось чудо, и у вас есть возможность подключиться к очередному провайдеру.
Первый звонок был от девушки из частного дома. Ей я ничем помочь не смог. Жалко, конечно, из телефонного разговора я понял, что хотела интернет ее дочка, бабушке он даром не нужен. Семье из двух мам и двух дочек я оказался бесполезен.
Второй – мать-одиночка, почти закончившая ремонт. Все наладил, подключил, снес винду на ноуте, поставил другую. Несколько раз решал проблемы с подключением, как будто нарочно появляющихся. Ходил почти каждый день, вроде нормализовалось.
Третий – не поверите, мать-одиночка и грудничок. Проложил весь кабель по квартире, все наладил, осмотрелся, одобрительно хмыкнул обоям, ушел.
Беда какая-то, тут мужики то водятся?
Сначала.
Старую трубу котельной разрушили за ненадобностью, теперь оборудование будет газовым. Начальник дал задание – набрать 300 штук кирпичей для постройки узловой точки на техэтаже дома на пути к коттеджному поселку. Почти весь день я откалывал эти злосчастные камни. Ни рук, ни ног я уже не чувствовал. Следующий день – вручную перетащил их на чердак, пешком. Руки и ноги отвалились совсем. На третий день доморощенный строитель начал постройку сейфа для аппаратуры. Житель последнего этажа сразу забеспокоился.
– А что там будет у вас? – тряс он козлиной бородкой.
– Маршрутизаторы, аккумуляторы, – брякнул я.
– Высокочастотные волны очень неблагоприятно воздействуют на мозг! Я вас по судам затаскаю.
– Сейф будет над вашими соседями, – «сплети себе шапочку из фольги, кретин! »
– А, тогда проблем нет, – хлопнул он своей дверью.
Его соседи были очень гостеприимной семьей, состоящей из матери-одиночки и грудничка, который на момент нашей стройки спал. Девушка попросила не шуметь и выносила нам ведра с водой для раствора. С горем пополам, мы построили желаемое. Бабоньки – вы мои герои! А вот трясущие бородками козлы уже надоели.
Выпал снег, я подхватил сильнейший грипп и все же уволился. Если не знаешь, что делать, начни сначала. Магазин запчастей.
Бонус.
Промеж моих стараний в Коммунаре по ТВ прошла новость: «Дом-2 запретили показывать в дневное время»!
– Ты слышала? – радостно спросил я у Нимфы в офисе.
– Ага, – недовольно протянула та.
– Круто же? – не унимался я.
– Чем? – прищурила та глаза.
– Да, наконец, эту клоаку днем не увижу! Остальные знают? – щебетал я.
– Знают. Ты. Вообще-то. На «ТНТ-Владимир» работаешь! – заключила, привстав над своим столом, Нимфа.
– Ой! Пока!