Зигмунд Тейн. «Путевые заметки скромного исследователя: звери, которых стоит увидеть»

Дарнак

Загадка: Сколько раз нужно повторить просьбу налить молока мужчине с ведром этого самого молока?

Ответ: Сколько угодно, если он глухой.

Прошу прощения за столь резкое вступление, дорогой читатель, но данная (во всех смыслах) нелепейшая ситуация никак не хочет оставить меня в покое. Дело в том, что я и мой помощник Стивенсон во время путешествий по Ханским землям на севере, наткнулись на небольшое пастбище, где разводили толстошкурых дарнаков. Мы посчитали, что нам несказанно повезло, ведь вода не так давно закончилась, утепляющий пар в баллонах заканчивался, и под одежное белье грело все меньше, и словно перечисленного нам было мало, ещё и голод начал давать о себе знать.

Нам повстречался мужчина, укутанный в меха, и носящий на глазах нечто наподобие очков (аксессуар выглядел как прямоугольный кусок дерева с прорезанными тонкими отверстиями для глаз и прикрученными тремя линзами разной степени увеличения, а держался на затылке благодаря кожаному ремешку). Он заметил, как мы машем руками, приблизился с ведрами полными теплого молока, исходящего паром на холоде, и замер.

Уже сейчас, зная, что ему не повезло лишиться слуха, я осознаю, как глупо выглядели мы со Стивенсоном, когда под снегопадом сначала словами, затем криком и, в конце концов, глупыми жестами пытались выпросить немного молока: Персональное немое представление от бродящего цирка клоунов.

В скором времени к нам прибежала девочка и объяснила, что ее дедушка лишился слуха во время войны Тысячи Искр. Я принес извинения за столь неловкое недоразумение и объяснил ситуацию, в которой мы с моим коллегой оказались. Благо, девочка узнала мое лицо и с радостью согласилась приютить нас в юрте. Все же не зря меня уговорили на выбивании моего лица на кожаной обложке книг. Ушло немало мешочков с данириями, однако и на этом поступке взошли свои плоды.

На данный момент я пишу эти строки, сидя на шкуре дарнака, попивая свежее дарначье молоко, закусывая сваренным дарначьим мясом и греясь рядом с паровой печкой. В этом поистине уютном месте мне пришла в голову мысль, что за все свои похождения я смел обделить вниманием самое полезное животное во всей Империи.

Дарнак – всеядное млекопитающие. Данный вид обитает практически во всех известных исследователям территориях (исключением являются Вымирающий континент и земли Санов) и, как я уже успел отметить, является самым полезным животным для большинства разумных существ.

Во многом данное утверждение основывается на тех ресурсах, что может дать дарнак. Рассмотрим на примере: Вес половозрелого существа достигает от ста до пятисот тридцати килограммов (все зависит от территории, где его разводят, пропитания, ухода и многих других факторов). Из них четверть — это толстая шкура, из которой шьется одежда, ковры, одеяла и так далее. Две четверти — сытное мясо. Остальное же — это жир, внутренности и скелет.

Из первого создают масло и мыло, из внутренностей шьют бурдюки, натягивают струны, готовят различного рода блюда (не используется разве что мочевой пузырь, и кое-что ещё, о чем я не стану упоминать), а из крепких костей делают украшения. Нередко ножи, трофеи и даже стрелы, а кто-то умудряется добавлять костяную муку в алхимические зелья и настойки.

Однако, особый интерес вызывает дикий дарнак. Помимо всего перечисленного, данная особь столетиями обитала среди дикой природы, отчего приобрела некоторые особенности. В первую очередь – ряды острых рогов, расположенных на носу. Во-вторых, окрас: если у прирученного скота преобладает коричневый или черный цвет, то у вольных особей шкура может выкраситься в белый или болотный (при неподвижности особи может послужить отличной маскировкой). Слышал истории о том, что кто-то смог лицезреть семейство розовых дарнаков. Бред объевшегося волчьего мака сумасшедшего.

Последнее отличие — это безо всяких сомнений их способность преодолевать немыслимые расстояния. Максимум, на что способен домашний дарнак — это пройти сто метров, поесть, вернуться и упасть. Обычное же семейство вольных дарнаков (от трех до восьми особей в среднем) способно протопать шестью копытами расстояние превышающее путь от Радагаста до Солтиса в три раза. Данный вид транспорта пользуется огромным спросом у охотников и путешественников, однако остается немалый шанс, ненароком заснув на густом уютно мехе своего «скакуна», оказаться сброшенным на дорогу или, в худшем случае, быть съеденным.

Не стоит забывать, что зверь вольный и всеядный.

Кстати, о вольных и всеядных. Стивенсон только что вошел в юрту и принес с собой пару мешков с провизией. До ближайшего поселения должно хватить с лихвой, во всяком случае, так утверждает сам Стивенсон. Будем надеяться, что это так.