Маршал А.И. Еременко - советский полководец, во время Великой Отечественной войны командовавший различными фронтами и армиями. Наиболее известен по Сталинградской операции, где руководимый им Сталинградский фронт вместе с Донским фронтом Рокоссовского положил начало коренному перелому в войне.
А.И. Еременко известен своей храбростью и самоуверенностью (порой чрезмерной) и тем, что к нему с симпатией относился Сталин. Об этом говорит хотя бы тот факт, что в октябре 1941г, когда Брянский фронт Еременко потерпел серьезное поражение под Вязьмой, товарищ Сталин лично навестил раненого комфронта и пожелал ему выздоровления, при этом не предъявив никаких претензий.
Маршал Еременко тоже симпатизировал Сталину. До 1953г. Когда Сталин умер, он резко изменил свою позицию. Он стал писать одни мемуары за другими, где подробно рассказывал о собственных военных талантах и страшно критиковал Сталина. Мы сейчас опустим разговор о том, как маршал приписывал себе чужие достижения (у Василевского и Голованова можно почитать о том, как Еременко исказил в своих воспоминаниях события Сталинградской битвы), мы сейчас поговорим о его отношении к Сталину. Прочтите:
На Сталине, являвшемся фактически главой государства, лежит основное бремя ответственности за наши поражения...
Сталин грубо попирал азбучные истины военной стратегии...
Сталин был далек от войск, он не желал прислушиваться к мнению военачальников...
Сталин не считал нужным вдаться в детали, от которых зависело обеспечение успеха в войне...
Сталин обрекал людей на гибель своими недальновидными действиями...
Разве что по глобусу Сталин не воевал и помидорами не бросался. Все это пишет А.И.Еременко, при жизни Сталина певший ему дифирамбы. Откуда столько злости?
На мой взгляд, здесь несколько причин, и психологические причины сплетаются с личным.
Во-первых, у Еременко (как и у других предавших Сталина полководцев) был сугубо меркантильный интерес. Не переобуться и не критиковать Сталина - означало поставить крест на карьере или вовсе быть вышвырнутым из вооруженных сил и жить в нищете (как, например, было с маршалом Головановым). Оклеветать Сталина - означало подстроиться под ситуацию и получать за это бонусы. Еременко решил «держать гриву по ветру», за что, собственно, и получил от Хрущева звание маршала Советского Союза (при Сталине он был генералом).
Во-вторых, выдающиеся люди (такие как Сталин) всегда раздражают самовлюбленных и непорядочных людей (таких как Еременко). Банальная зависть. Авторитет Сталина бесспорен, его знает весь мир. А кто он, Еременко? Недооцененный военачальник, которого спустя десяток лет забудет история? Добраться до высот Сталина невозможно, но зато опустить Сталина ниже себя и затоптать его имя грязью можно! Это единственный способ превзойти великого человека, и им пользуются очень многие. Уверен, зависть тоже была одной из причин, по которой Никита Хрущев развил свою бурную и истерическую деятельность по разоблачению «культа личности».
Да и сейчас, оглянитесь вокруг. Миллионы обычных людей находят удовольствие в критике Сталина. Сталин - человек, достижения которого можно перечислять бесконечно, а ты сидишь на кухне и рассуждаешь о его недостатках. Круто!
В-третьих, у всех работавших со Сталиным людей могли быть причины для личных обид. Совершенно объективные причины. Как известно, только сильные люди не обижаются на других. Но сильных меньшинство. Слабые же таят обиды и живут с ними годами, а то и всю жизнь. Эти обиды терзают подсознание, копятся и разбухают, и если представляется удобный случай - они яростно вырываются наружу.
Вот и Еременко, видимо, прорвало. В мемуарах маршала Жукова приводится эпизод, который рассказывает о том, как товарищ Сталин «обидел» генерала. Дело было в декабре 1942г. Необходимо было руководство по разгрому окруженного в Сталинграде противника передать в одни руки. На заседании ГКО встал вопрос в чьи, Еременко или Рокоссовского?
— Какому командующему поручим окончательную ликвидацию противника? [спросил Сталин]
Кто-то предложил передать все войска в подчинение К. К. Рокоссовскому.
— А вы что молчите? — обратился Верховный ко мне.
— На мой взгляд, оба командующих достойны,— ответил я.— Еременко будет, конечно, обижен, если передать войска Сталинградского фронта под командование Рокоссовского.
— Сейчас не время обижаться,— отрезал И. В. Сталин и приказал мне: — Позвоните Еременко и объявите ему решение Государственного Комитета Обороны.
В тот же вечер я позвонил А. И. Еременко по ВЧ и сказал:
— Андрей Иванович, ГКО решил окончательную ликвидацию сталинградской группировки противника поручить Рокоссовскому, для чего 57, 64-ю и 62-ю армии Сталинградского фронта вам следует передать в состав Донского фронта.
— Чем это вызвано? — спросил А. И. Еременко.
Я разъяснил ему, чем вызвано такое решение. Все это, видимо, расстроило Андрея Ивановича, и чувствовалось, что он не в состоянии спокойно продолжать разговор. Я предложил ему перезвонить мне позже. Минут через 15 вновь раздался звонок.
— Товарищ генерал армии, я все же не понимаю, почему отдается предпочтение командованию Донского фронта. Я вас прошу доложить товарищу Сталину мою просьбу оставить меня здесь до конца ликвидации противника.
На мое предложение позвонить по этому вопросу лично Верховному А. И. Еременко ответил:
— Я уже звонил, но Поскребышев сказал, что товарищ Сталин распорядился по всем этим вопросам говорить только с вами.
Мне пришлось позвонить Верховному и передать разговор с А. И. Еременко. И. В. Сталин меня, конечно, отругал и сказал, чтобы немедленно была дана директива о передаче трех армий Сталинградского фронта под командование К. К. Рокоссовского.
Вы просто представьте, насколько сильно был обижен человек, раз даже не смог спокойно продолжать разговор. А когда смог, позабыл о субординации и стал названивать Сталину с требованием отдать предпочтение ему, а не Рокоссовскому. Рокоссовский, по его мнению, обижаться бы не стал?
Виноват ли тут Сталин? Конечно нет. Он поступил так, как того требовала обстановка. На войне таких ситуаций масса. Кто-то относится к ним с пониманием, а кто-то, как Еременко, таит обиду. Таких поводов для обид у самовлюбленного маршала могло быть за время войны множество. Добавьте сюда первые два пунка (меркантильный интерес и зависть), и вы получите клиническую картину болезни под названием «пинание мертвого льва».
Надо сказать, что этой болезнью переболели многие советские полководцы - хорошие военачальники, но малодушные люди. И чем их больше, тем ценнее те единицы, которые не пошли на сделку с совестью и остались верны товарищу Сталину.
Источник: Жуков Г.К. Воспоминания и размышления — М.: Издательство Агентства печати Новости, 1969.
Ваши лайки и комментарии выводят публикацию в топ