Запад ничего не добивается от России

OPEC:
А каковы ориентиры "нового курса", который требует Запад?

Сама постановка этого вопроса исходит из неверной посылки. Запад - не юридическое лицо, не структурированная группа интересов и не ЦК КПСС. Мирового правительства тоже не существует за пределами редакции газеты "Завтра". Запад есть некая весьма обширная и слабоструктурированная среда, в рамках которой ведут борьбу разнородные силы и группы интересов. Эти силы конкурируют между собой, входят в некие альянсы, иногда координация действий происходит опосредованно - путем поддержки позиции идейно близкий сил помимо непосредственного контакта. Так складываются некие обширные, но весьма расплывчатые системы интересов, равнодействующие которых при некотором абстрагировании можно считать для некоего периода определенными борющимися между собой тенденциями.
СССР до 1989 года по отношению к этой среде выступал как единая структурированная организация. Хотя он был намного слабее Запада в целом, но именно эта определенность и скоординированность представляла серьезнейшую угрозу, которая в виде своего отражения формировала на Западе антикоммунистическую и антисоветскую тенденцию, никогда, впрочем, не бывшую определяющей.
После 1991 года Россия является достаточно открытым и малоструктурированным государством, представляя собой относительно автономную, но все же часть мировой экономико-политической среды. В силу этого мировые процессы разворачиваются на российском пространстве также, как и в остальном мире, с некоторой степенью искажения.
Важнейшей составляющей мирового процесса последних трех лет является перехват доминирования, смена одной тенденции другой. В конце 80-х-начале 90-х доминировала тенденция, ориентированная на глобализацию, открытость экономик, минимизацию регулирования, рост взаимозависимости, продвижение западных ценностей, декларирование либерального политического инструментария, содействие частной инициативе и гражданскому обществу, сокращение социальных гарантий. С конца 90-х стала четко вырисовываться альтернативная тенденция, нацеленная на большую национально-государственную определенность, защиту рынков, инстиуциональный подход в экономике, стимулирование самостоятельности "третьего мира", продвижение национальных интересов, приемлемость силового инструментария и определенности позиций, вплоть до бескомпромиссности, государственную инициативу в сфере научно-технического прогресса и обороны, скепсис в отношении гражданского общества, признание необходимости поддержания необходимого уровня социальных гарантий.
Эта новая тенденция на уровне гражданского общества начала формироваться в США с середины 90-х, и быстро породила как экстремистские антиглобалистские движения (объединившие весьма разномастную публику, что всегда бывает при хорошем финансировании), так и весьма серьезные и нешумные клубы крупных финансовых воротил и политических идеологов. В Европе триумф левых сил во второй половине 90-х стал выражением этой новой тенденции, а победа Буша на выборах вопреки всем законам и приемлемым методам стала триумфальным завершением перехвата власти.
В России группа Примакова-Лужкова была составной частью этой общемировой тенденции. Она проиграла, старая команда Путина-Чубайса-Березовского победила в силу тотального контроля над российскими СМИ. Это поставило Россию в противофазу к происходящим на Западе процессам, превратило Россию во враждебное общемировым тенденциям государство. Разумеется, это повлекло резкое охлаждение отношений с теми государствами, где антиглобалистская тенденция получает преобладание.
Понятно, что основной тенденцией президентства Буша будет укрепление позиций антиглобализма и в США и в Европе. Если руководство РФ не сменит курс и не войдет в резонанс с новой тенденцией, оно будет этим провоцировать нарастание враждебных действий как со стороны Западных государств, так и со стороны политических групп интересов, гражданского общества.

21 фев, 2001