Человек не свободен от того, что мысль о расставании с чем-либо принимается им с крайней болью. Ну, допустим, мне скажут, что я никогда в жизни больше не буду есть жареную рыбу. Я отнесусь к этому с досадой, но досада будет легкой. Значит, зависимости от жареной рыбы у меня нет. Но лишите меня кофе – и я забегаю по потолку. Значит, я его раб.
И так во всем. Кто-то не может отказаться от сигареты, кто-то – от лени, кто-то – от поездок, денег, телесных удовольствий или бесконечных развлечений, и это как всаженный в грудь крюк, дергая за который нас ведут куда угодно.
Из дневника невернувшегося шныра
Влажное, болотом пахнущее крыло ударило Сашку по щеке. Он очнулся и понял, что едва не потерял все. Главное, чего от него добивались эльбы, – чтобы он бросил повод и перестал сопротивляться. Человек в шторм управляет большой лодкой, которую бьет волнами. И вот ему внушают, что от его усилий ничего не зависит, зачем держать руль, когда лодку просто швыряет из стороны в сторону. Он бросает руль – и в следующую секунду лодку переворачивает. И только исчезая в пучине, он понимает, что лодкой все-таки управлял и погиб только потому, что струсил.
Сашка не запомнил момента, когда его выбросило из болота. Он просто понял, что летит уже по двушке, а с ним вместе летит Даня. На куртке Дани стремительно таяла пена болота, которой он был заплеван с головы и до ног.
– Нет, ну они там все перебесились! Ксенофонт все-таки Equus asinus! Типичный такой Equus asinus! – убежденно сказал Даня.
– Кто?
– Ну дикий осел он, а не философ! Он утверждал, что Сократ говорил, что врагам нужно причинять больше зла, чем сделали бы враги. Но я-то помню цитату Платона! Платон говорил, что Сократ учил прощать людям и обиды, и боль, и всякое зло, какое бы они ни причинили.
В голосе Дани не было ни малейшего удивления, что он встретил в болоте философа Ксенофонта и что тот вступил с ним в беседу. Сашку же поразило другое: там, где ему мерещатся ужасы, другим, оказывается, является Ксенофонт.
– Как-то ты больно легко от эльбов отбиваешься! – сказал Сашка.
Даня скромно улыбнулся:
– Есть такое дело. Я обнаружил, что чаще всего эльбы меня обманывают, когда я мыслю эмоционально. И я воюю с ними развернутыми суждениями.
– Чем?
– Надо сделать что-то неприятное, а они сразу орут: «Не хочу! Не могу!» Раньше я думал, что это мое «не хочу!», и уступал. А при развернутой мысли я говорю себе: «Да, я не хочу этого делать, но почему? Даня, сформулируй причину!» И сразу понимаю, что мне лень, я трушу, я устал, мне себя жалко, я хочу спрятать голову в песок. Тут мой мозг уже видит, что аргумент гнилой, и я назло эльбам делаю все наперекор.