В начале XX века кумжа (озёрная или ручьевая форель, лат. Salmo trutta) и радужная форель (Oncorhynchus Mykiss) были привезены в Южную Америку для любительской ловли и развития ранней аквакультуры. Спустя 40 лет в тот же регион завезли канадского бобра (Castor canadensis) с целью развития войлочной индустрии.
Эта история заинтересовала Ивана Арисменди, гидроэколога из Университета штата Орегон. Он родом из Чили, однако с 2007 года живёт в Орегоне, где бобёр – официальный символ штата и маскот университета, в котором работает учёный. Иван задался вопросом, как появление бобров в Чили повлияло на состояние инвазионной форели.
В ходе полевых работ на чилийском архипелаге Огненная Земля Арисменди и его команда установили, что строительство бобровых плотин меняет водную среду, создавая больший ассортимент высокоэнергетических источников пищи для кумжи, что приводит к её бурному росту.
«Мы обнаружили, что бобры косвенно способствуют росту форели, потенциально укрепляя её живучесть», — сказал Арисменди, доцент кафедры рыболовства и дикой природы в Колледже сельскохозяйственных наук.
Полученные результаты были опубликованы в журнале Ecology and Evolution. Они особенно важны для Тихоокеанского северо-запада, где сейчас пытаются повторно разводить бобров для восстановления популяций форели. Форель и лосось входят в семейство лососёвых и имеют много общего.
Исследование также помогает заполнить пробелы в понимании экологического влияния инвазивных видов. Хотя и существует множество исследований, показывающих, что ввозимые виды — главная причина снижения биоразнообразия, последствия инвазии нескольких видов изучены слабо. Уже существующие исследования показывают, что при внедрении в экосистему нескольких видов общее взаимодействие между ними имеет незначительное или отрицательное влияние на среду.
Однако новая публикация противоречит этим выводам, показывая исключительно положительное влияние бобров на форель.
Кроме Арисменди, соавторами статьи стали Брук Пеналуна из Лесной службы США и Исследовательской станции Тихоокеанского северо-запада в Корваллисе, а также Карлос Хара из Института исследований морей и озёр в Чили.
Исследователям часто приходилось полагаться на лошадей, чтобы добраться до полевых станций на Огненной Земле, поскольку они находились очень далеко. Когда учёные нашли места, где кимжа жила по соседству с бобрами и без них, они поймали форель из этих мест и сравнили её рост и рацион.
Темпы роста определялись путём измерения длины чешуи форели, по которой, как и по кольцам у деревьев, можно определить возраст. Рацион же определялся по содержимому желудков рыб и по источникам пищи, доступным на месте.
Как выяснилось, рост кимжи на участках, где находились бобры, шёл на 14% быстрее, чем там, где их не было.
«То, что мы видим в этих прудах, полностью соотносится с тем, что мы наблюдаем между бобром и лососевыми на северо-западе Тихого океана», — сказал Арисменди.
Редакторы: Дарья Кустовская и Вера Круз, автор блога Обзоры фильмов и книг Веры Круз.