От престижной работы в «плехановке» до отшельничества в заброшенной рязанской деревне. За последние тридцать лет жизнь Виктора Мезенцева полностью изменилась. Несколько раз он оказывался в ситуациях, когда, казалось, нет никакого выхода: потеря семьи, онкология, отсутствие работы, жилья и документов, предательство родственников. Последние четыре года Виктор обитает в деревне под Сапожком у посторонних людей, которые его приютили. Как живет добровольный отшельник и почему его приехали спасать «из рабства» социальные работники, узнала корреспондент РЗН. инфо Дарина Купер.
Главный бухгалтер в университете
Деревня Курган в Сапожковском районе заброшена уже несколько лет. После крупных пожаров уцелели только два дома. Вот уже четыре года в одном из них живет Виктор Мезенцев. У него нет ни паспорта российского образца, ни родственников, ни прописки.
Мезенцев родился 29 февраля 1960 года. Во времена перестройки работал главным бухгалтером в Российском экономическом университете имени Плеханова, жил в Подмосковье. Семейная жизнь не сложилась. В конце девяностых он расстался с женой, собрал вещи и переехал в общежитие. После устроился на работу в управление Федерального казначейства по Москве.
Жизнь шла своим чередом, пока мужчина серьезно не заболел. С диагнозом «воспаление легких» он попал в реанимацию. Врачи спасли Виктора, но поставили неутешительный диагноз — онкология. Мужчина остался без работы.
В это время троюродный брат Мезенцева из Сапожка предложил ему переехать к нему. Родственник только купил дом и попросил помочь с ремонтом. Житель Подмосковья согласился.
В Сапожке Виктор начал посещать местный храм, помогать там, познакомился с протоиереем отцом Олегом. В 2013 году мужчине предложили поработать ночным сторожем в богадельне при храме. Отношения с братом стали ухудшаться — родственник сильно запил и начал выгонять Виктора. Мужчина окончательно обосновался в богадельне.
Сторож в богадельне
В монастыре Виктор встретил семью Соловьевых, которые приходили туда работать: Светлана прачкой, Сергей помогал по сантехнике. Подружился с их детьми, которые часто бывали в богадельне.
Как-то настоятель храма обвинил Виктора в том, что тот выпивает, и попросил уйти из богадельни.
«Провинился, — говорит мужчина, — батюшка посчитал, что я запил. Конечно, это было не в больших масштабах, но ему виднее. Это его право».
Протоиерей обратился в местное управление соцзащиты, чтобы они помогли Мезенцеву.
«Дело было в ноябре 2016, — рассказывает Виктор. — Из богадельни я должен был уже уйти, но приехать в центр, который предлагала соцзащита, мог не раньше, чем через три-четыре недели. Да и то, не было ясно, что там что-то получится».
Семья Соловьевых, узнав о проблеме бывшего сторожа, прониклась к нему сочувствием.
«Стоит с сумочкой, плачет, стало жаль его, — вспоминает Светлана. — Он ведь еще, когда работал в богадельне, сломал ногу, до сих пор хромает. И зрение плохое».
Соловьевы решили приютить Виктора в старом доме родителей в той самой заброшенной деревне Курган. Деревня находится в десяти километрах от районного центра. Добраться до нее можно только через поле по проселочной дороге.
Отшельник в деревне
В деревне Мезенцев присматривает за домом и за стадом баранов. Говорит, что знает каждое животное по голосу и имени. Домашний быт скрашивают кот и собака.
«Моя главная обязанность — накормить собаку и кота, по режиму три раза в день. — Виктор смотрит на облизывающегося кота и добавляет — кота получается чаще. Приглядываю за стадом баранов. Поить их не нужно: они воспитанные, сами на речку ходят, зимой получают воду из снега. Летом пасутся тоже сами, зимой насыпаю им зерна».
Самому мужчине продукты регулярно привозят Соловьевы. Каждую зиму доставляют дрова: в доме печное отопление. В нем есть все необходимое: электричество, вода, мебель с телевизором и телефоном, по которому Мезенцев часто созванивается с подарившей ему кров семьей.
Все это время Соловьевы пытались восстановить паспорт «отшельника», делали запросы по месту его прописки в Московской области. Однако попытки оказались неудачными. Тогда супруги взяли советский паспорт, который был у мужчины, чтобы решить вопрос через адвокатов. А Сергей написал о проблеме постояльца в соцсети. С этого момента и началась путаница.
Социальные работники, которые посетили Виктора после сообщения в соцсети, посчитали, что мужчину заставляют работать и отобрали паспорт. К делу подключили Уполномоченного по правам человека в Рязанской области Наталью Епихину. Мезенцев успокоил их и объяснил: семья, наоборот, помогла ему.
На данный момент соцработники занимаются восстановлением прав мужчины.
«Самое главное сейчас — решить вопрос с паспортом. — говорит Епихина. — Сделали запросы, направили письма. Также нужно узнать, считается ли он без вести пропавшим. Ждем ответов и результатов. Затем будем решать вопрос о размещении его в доме-интернате, о возможном трудоустройстве либо досрочной пенсии».
Автор: Дарина Купер