21 сентября 1993 года в 20.00 президент РФ Борис Ельцин, нарушив Конституцию и присягу издал указ 1400 о прерывании законодательной и контрольной функции верховной представительной власти в России - Съезда народных депутатов. Этим был нанесен предательский удар в спину главному детищу перестройки - молодой российской демократии. Исполнительная власть отказывалась устами Ельцина от соблюдения демократических правил игры и брала на себя вопреки закону право диктовать новые правила игры всему народу.
Этот акт Ельцина был подготовлен массированной кампанией во всех контролируемых правительством и крупным капиталом средствах массовой информации. Народу ежедневно внушалась мысль, что избранная им представительная власть - враг демократии и реформ, а сплотившиеся вокруг Ельцина структуры КГБ и секретариата ЦК КПСС - проводники реформ и чуть ли не защитники демократии.
Приходится констатировать, что очень многие граждане России поверили в этот миф, как и в миф о коммунистическом составе Верховного Совета. На самом деле все было по-другому.
Верховный Совет был единственным действительно народным представительством за всю историю России. Он был избран в тот краткий миг истории, когда обкомы уже не смели вмешиваться в избирательный процесс, а денежные мешки еще не решали все и вся на выборах. Его состав отражал в целом социальный состав, взгляды и интересы российского народа в момент его наивысшего духовного подъема и материального благосостояния.
В составе Съезда и Верховного Совета фракция коммунистов составляла примерно 10%, фракция радикал-демократов - порядка 15%. Большую часть Верховного Совета составляли депутаты, представляющие интересы многочисленного тогда среднего класса. Они были разбиты на ряд фракций как умеренно-правого, так и социал-демократического толка ("реформы без шока", "молодая Россия"). Такой состав позволял выработать курс реформ, наиболее отвечавший интересам России.
Верховный Совет принял закон об именных приватизационных счетах, позволявший провести приватизацию в интересах среднего класса. В его недрах готовились законы , которые могли бы ввести реформы на перспективный путь. Наконец, в конце 1992 года Съезд добился устранения от власти части крайних радикалов во главе с Гайдаром и заставил правительство отказаться от "жесткой экономии" и проводить более мягкую и либеральную финансовую политику, в результате чего в 1993 году остановился спад, повысилась конъюнктура, оживилась инвестиционная активность.
Все это не входило в планы сил, желавших продолжения спада, обрушения уровня жизни, уничтожения среднего класса и приватизации в пользу узкого круга лиц. В рамках демократического строя реализовать их устремления было невозможно. Тогда было принято решение воспользоваться вызванной гайдаровской "шокотерапией" апатией населения, уничтожить демократическое легитимное государство и подменить его "демократизацией", то есть авторитарной диктатурой, прикрытой фиговым листком безвластных представительных органов, формируемых под контролем исполнительной власти.
Это решение и было реализовано указом 1400.
Однако, Конституция России имела механизм, предотвращающий использование президентом своих полномочий для роспуска законно избранных органов власти. В этом случае президент автоматически терял свои полномочия.
Через несколько часов после совершения Ельциным этого преступления собрался Конституционный Суд России, который констатировал факт нарушения конституции президентом, и вынес предусмотренный ей вердикт об отстранении Ельцина от поста. С этого момента Ельцин по закону перестал быть президентом, а его функции перешли к вице-президенту Александру Руцкому. Особое мнение в пользу преступного президента высказали только судьи Морщакова и Аметистов - прямые ставленники Ельцина, изначально ориентированные на политическое служение ему, а не на защиту законности и демократии.
Руцкой принес присягу на полуночном заседании Верховного Совета и с этого момента стал исполняющим обязанности президента. Гражданин Ельцин, лишившись поста и законных полномочий, сохранил тем не менее поддержку структур бывших КГБ и секретариата ЦК КПСС, которые составили так называемую администрацию президента и осуществляли текущий контроль за силовыми структурами.
В этих условиях законная власть оказалась беззащитной перед преступным кланом, захватившим силовые рычаги власти в стране и твердо решившимся установить новый режим, последствия которого мы теперь пожинаем, и которые уже тогда были легко предсказуемы. Ситуацию могли переломить только два фактора - либо гражданское самосознание российского народа, либо честное исполнение присяги офицерами. От последних, впрочем, ожидать его не приходилось, так как они уже имели опыт измены Родине, приняв Беловежские соглашения без сопротивления.
Что касается граждан, то вопрос был в том, сколько честных людей готовы прийти защищать свою Родину и Конституцию, демократию и свои интересы. Их пришло всего несколько тысяч. Народ России доказал свою неготовность самостоятельно решать свою судьбу и осуществлять демократию.
Тем не менее, победа преступного клана еще не была предрешена. Объявив России войну своим указом 1400 Ельцин не имел достаточных сил, чтобы немедленно одержать победу. Лучшие люди России, пришедшие защищать свою Конституцию и законно избранные органы власти встали непреодолимым еще препятствием на пути планов будущих олигархов.
В этот момент важную роль играла позиция интеллигенции и демократических организаций. Эта-то позиция и оказалась решающей. Движение "Демократическая Россия" в лице руководящих органов поддержало переворот и этим дезорганизовало низовые организации (по большей части вскоре распавшиеся, и почти не выступившие на защиту демократии). Видные представители интеллигенции рептильно поддержали преступные действия бывшего президента, решившегося вновь захватить власть уже в качестве нелегитимного диктатора.
Случившееся в последующие две недели было не только национальной трагедией, но и тягчайшим позором России. Нация по сути смирилась с переходом власти от конституционных властей сбросившему маску преступному клану, вручила в руки мафии не только свою судьбу, но отказалась от собственности, остатков благосостояния и перспектив на экономический подъем в течение ближайших десятилетий. Более того, нация приняла как должное расстрел ее законных представителей и зверские убийства тысяч лучших людей России, пришедших защищать свою родину и конституцию.
От такого позора нации не оправляются столетиями. Предательская роль интеллигенции в те дни неизбежно имела своим следствием окончательное падение ее престижа и влияния в обществе. Люмпенизация интеллигенции стала после этих событий неизбежностью, так как вслед за нравственным падением неизбежно и падение социальное. Резкое сокращение уровня жизни этого слоя и рост в его среде люмпенских, радикальных настроений ознаменовал исчезновение за прошедшие семь лет интеллигенции в том качестве, в каком она сложилась в сытую советскую эпоху, превращение ее в класс городских люмпен-образованцев.
Что касается предпринимательского слоя, он за редким исключением также поддержал ельцинистов и даже принимал участие в перевороте, придя на организованный Гайдаром в пользу переворота митинг. Связанные с торговцами криминальные элементы (рэкетиры) непосредственно участвовали в избиении депутатов и защитников Белого Дома после его штурма 4 октября.
Представители трудящихся классов были широко представлены среди защитников Конституции, но в целом трудящиеся граждане Москвы проявили полную пассивность в отстаивании своих прав и своего будущего, молча согласившись с кровавым захватом власти, передачей узкому криминальному кругу предприятий, дальнейшим снижением уровня жизни.
Такой была ситуация 7 лет назад.
21 сент, 2000