Константин Сергеевич бесспорно выдающийся театральный теоретик и более чем достоин памяти и уважения.
Однако, как же умудрилось российское кино извратить уникальную систему Станиславского. Обращали ли вы внимание, что смотреть российское кино (если его не адаптировала студия Дисней), а особенно наши “шедевральные” телесериалы просто невыносимо.
И дело не в том, что убогие неправдоподобные диалоги, бездарно адаптированные под российскую действительность сюжеты, вызывают ироничное недоумение. Этот список можно продлить до бесконечности... Нет, не только это. Во время просмотра, тебя вдруг настигает навязчивое чувство неловкости и стыда за какую-нибудь героиню, будь то простоволосая баба на селе или бизнес вумен в Москва Сити. Когда эта, так сказать актриса, начинает непотребно голосить, рвать на себе волосы, биться в истерическом припадке, видимо изображая вселенское горе. Да, становиться настолько дискомфортно, что глядя на эту феерию и грандиозный надрыв, телевизор хочется выключить.
Искренне верю, что Константин Сергеевич не таких адептов хотел выпустить в мир, когда кричал очередной экзальтированной особе: “Не верю!”. Но, почему-то, в нашем кинематографе стали считать, что поверить можно только, когда передают эмоцию путем подражания бесноватым плакальщицам. И чем сильней эпилептический припадок, тем, видимо, сильней будет затронут нерв зрителя.
Не думал Константин Сергеевич, что придется ему прилично “в гробу поворочаться”, что его системой будут прикрывать бездарность и а искусство станет несъедобным продуктом.
Я физически не могу смотреть российский кинематографический масс продукт, просто не могу.
А виноват кто? - Виноват Станиславский!