Самолёты разъединяют.
Я боюсь самолетов.
Однажды я поднялась на борт самолета и села в кресло. Мне было страшно.
По узкому проходу между кресел шла стюардесса.
Тонкая, очень тонкая, она напоминала ивовую ветку.
Темная униформа, темно-русое каре и милый, затейливо повязанный шарфик из красного атласа.
Я схватила её за руку.
Я буду ткать этот текст из воздуха.
В огромной и очень светлой комнате много народу.
Самая красивая - рыжеволосая девушка с незабудковыми глазами и огромными топазами (капельки неба в огне её волос).
Её зовут Екатерина.
Белый, очень красивый халат с оборками и кружевами.
Она самая нарядная.
Меня «смотрят». Я вцепилась в руку Екатерины и крепко, очень крепко её жму, словно хочу часть своей боли перелить в нее.
«Это я вчера её так хорошо посмотрела»- гордо говорит Екатерина.
В следующий раз, когда я пытаюсь поймать её руку, она отпрыгивает от меня и прячет руки за спину.
Я сжимаю руку Мананы.
Её рука полная, очень крепкая, очень горячая.
«Пожалей её, ей же ещё твоего ребёнка принимать! Зачем ей руку ломаешь?» - говорят мне.
Ласковая и тонкая, очень тонкая, загорелая рука стюардессы легла мне на колено.
«Не бойтесь. Если бы что-то могло случиться, я бы не пришла на работу»
Самолёт тяжело и одышливо начал свой путь против часовой стрелки.
Где-то там, высоко, бесконечное утро несло меня к солнцу, глупому и мордастому, как подсолнух. А чья -то рука отщипывала от моего сердца по кусочку. Ей было меня не жаль: человеческое сердце бесконечно.
Я сошла с трапа. Бесчувственный, зато надёжный бетон успокоил меня.
Самолеты соединяют.
Но я их не люблю.