Скорее всего, появления расхожего выражения «найти ребенка в капусте» было связано с тем что культура русского крестьянина была тесно связана с этим овощем.
Капуста являлась одной из основных огородных культур и позволяла выжить русским семьям долгой, морозной зимой, доставляя к крестьянскому столу витамины, микроэлементы и необходимую для здоровья клетчатку. Капусту на Руси заквашивали сотней разных способов и хранили ее свежей, в вилках в погребе, и если погреб был хороший, глубокий, то капуста оставалась в нем свежей вплоть до апреля.
«Капустничков» находили на «капустицах»
С капустой был связан и сельскохозяйственный календарь русских. Высаживали ее на поля 18 мая, в день Св. Ирины (18 мая), которую называли «рассадницей», а рубить начинали осенью, начиная с 27 сентября, с праздника Воздвижения Креста Господня, а заканчивали на Сергея-«капустника» (8 октября), после чего начинались особые хозяйственные праздники – «капустицы» или «капустники», на которые помещики или крупные землевладельцы созывали девушек и парней.
Девушки шинковали капусту для закваски, а парни помогали им таскать мешки с кочанами да веселили, сыпля шутками-прибаутками и частушками. А после того, как капуста была заквашена, хозяин устраивал для работников праздничный ужин с песнями и плясками.
На этих «капустицах» частенько складывались пары, которые потом женились и рожали детей. Так что, возможно, выражение «найти ребенка в капусте» появилось именно от «капустников». Был и еще один нюанс – скорее всего, отдельные парочки «грешили» в эти дни на сеновалах, после чего случались внебрачные дети, про которых и говорили, что их «нашли в капусте», а младенцев так и называли – «капустничками».
Уборка капусты провоцировала преждевременные роды
Вторая версия происхождения этого выражения говорит в пользу того, что оно было напрямую связано с частыми родами женщин на капустном поле во время уборки капусты. Дело в том, что после Филиппова (Рождественского) поста на праздники частенько справляли свадьбы, после которых ровно через 9 месяцев (то есть в октябре) должны были появляться дети.
Поскольку уборкой капусты занимались только женщины (связано это было, по-видимому, с тем, что капуста олицетворяла женское начало, а ее рубка – символизировала обрезание пуповины, как бы связывающей овощ с землей), а труд этот был тяжелым, на поле часто случались преждевременные роды, что и позволяло позже молодым родителям шутить, что они в буквальном смысле нашли ребенка в капусте.
Капусту использовали при родах
Третья версия капустного происхождения младенцев связана с тем, что капусту использовали при родах. Часто женщины уходили рожать в баню, которую во многих деревнях Руси топили по-черному. Стелить роженице дорогие простыни, которые после родов приходилось из мистических соображений сжигать, не позволялось, и тогда лавки застилали чистым капустным листом, который считался к тому же целебным, ведь капуста, похожая на плод, должна была дать матери и младенце силу земли.
Если же ребенок во время родов получал травмы, например, синяки, то к ним тут же привязывал капустный лист – такой прием лечения кефалогематомы (родовой травмы) практикуется в народной медицине до сих пор.
Отказ от ребенка – для его же блага
Есть и мистическая версия происхождения выражения «найти ребенка в капусте» – она говорит о том, что в древние славяне-язычники очень боялись злых духов, ведь детская смертность была в те времена высокой, и поэтому они делали вид, что ребенок, проявившийся в их семье – вовсе не их, чужой, и не имеет никакой ценности для семьи. Именно для бесов они говорили вслух друг другу и родственникам, что младенца «нашли в капусте» во время уборки.
Чтобы обмануть злых духов и завистливых людей, существовал даже обряд нахождения «названных» родителей.
Младенца оставляли на дороге, прятались в кустах и ждали, пока по дороге не пойдет кто-нибудь, не заметит младенца и не возьмет его на руки. Тогда настоящий родитель показывался из кустов и принимал ребенка из чужих рук, обставляя все так, словно это дитя и не его вовсе, а чужая сиротинушка. А нашедший младенца взрослый человек становился названным отцом или матерью. Если это был чужой человек, то никакой особой функции, кроме сакральной, он не выполнял, а если это был недалеко живущий сосед, то он был обязан принимать в воспитании ребенка посильное участие и принять его к себе в семью, если настоящие родители умирали.
Между прочим, отговорки про капусту и аиста были распространены не только на Руси. Во Франции и в Италии детей тоже «находят в капусте», в Австралии детей приносит кенгуру, в Грузии их приносят орлы, в Англии – почтальон, а северные народы находят младенцев в тундровом ягеле.