Возвращение

Глава 1

Когда ее ввели в допросную, она даже не удивилась, встретившись с офицером, сидящим за массивным столом, взглядом, будто ожидала именно его здесь увидеть. Он же нервничал так, что непроизвольно потянулся за пачкой сигарет во внутренний карман офицерского пиджака.

Он был готов к этой встречи – она не могла не состояться, тем более, когда к нему, старшему офицеру секретной службы Империи, попали материалы ее дела.

Офицер смотрел на нее сквозь сизый сигаретный дым, заполнивший маленькую допросную моментально – сырое и непроветриваемое помещение никогда не нравилось молодому офицеру.

- Guten Tag, Katharina. – Офицер малодушно надеялся, что она его просто не узнала, поэтому он и заговорил на немецком. Катерина прекрасно владела языком –это он еще помнил.

Молодая женщина в ответ кивнула.

- Ich heisse…

- Я прекрасно помню твое имя, - резко оборвала его Катерина.

- Отлично. Это упрощает задачу. – Офицер надеялся, что его голос не дрогнул.

«Узнала», - стукнуло в висках.

Он помнил ее короткостриженной, щекастой, улыбчивой и какой-то…смешливой.

Сейчас же перед ним сидела излишне худая, с морщинками возле глаз, с туго заплетенной косой, холодная молодая женщина.

Он пытался вспомнить, что чувствовал к этой женщине тогда – и не мог.

Офицер потер рукой усталое лицо, будто прогоняя воспоминания.

- Фрау Золотарева, согласно Великому закону Свободной Объединенной Империи, Вы являетесь государственным преступником, Вас будут судить по всей строгости…

- Ром, давай без помпезности. – Она снова оборвала его. Как будто они сидели на маленькой кухне, как это часто бывало – тогда – она курила, запивая дым чаем, смеялась и спорила с ним.

Сейчас - ее голос не выражал никаких эмоций.

Офицер устало вздохнул. И снова ладонь прошлась по его лицу.

В висках продолжало стучать.

Нет, сегодня никаких допросов. Хотелось домой, к Магде, на их кухню – просторную и светлую…И никаких воспоминаний.

- Уведите! – крикнул он в закрытую дверь.

Катерина удивленно подняла бровь, но ничего не сказала. Сержант, скрутив ей руки за спиной, вывел из допросной.

***

Магда уже спала, когда он вернулся домой.

Чтобы не будить ее, Роман остался спать в гостиной на софе, которую они выбирали с Магдой.

***

- Нет никакой вашей Империи.

Вторая встреча началась именно с этих слов. Сегодня Катерина выглядела хуже – на правой скуле красовался кровоподтек.

Роман знал, что военнопленных регулярно бьют – да что там – избивают. И догадывался, что некоторые офицеры иногда заглядывают в камеры – как к мужчинам, так и женщинам – вместо борделя.

Его так и подмывало спросить, не заглянул ли к ней какой офицер, он помнил, что в постели Катерина была превосходна – ее вполне могли выкупить, как это частенько бывало.

Вместо этого:

-Ты должна отвечать на мои вопросы. Только отвечать на мои вопросы.

Ему вдруг захотелось пожалеть ее уставшую, в замызганном свитере, с обломленными ногтями; согреть – казалось, что от нее пахнет холодом камеры, в которой ее держали.

Катерина подняла глаза – офицер отвернулся, ему совсем не хотелось встречаться с ней взглядом.

- Кто являлся организатором подпольного движения «Жизнь и свобода»?

«Глупее название не могли придумать»

Катерина молчала.

- Сколько человек входит в эту организацию?

Опять молчание.

- Местоположение организации «Жизнь и свобода»?

Кажется, она даже не дышала.

Роман начал выходить из себя – закурил. Потянул сигарету ей – Катерина с жадностью выхватила ее из рук.

Курили молча. Офицер уже понял, что ничего не добьется прямыми вопросами – вместе с тем, ему были нужны четкие ответы.

- Помнишь, как ты мне письма писала? – глядя сквозь нее, начал Роман, - Жаль, при переезде они потерялись… Почему-то очень хорошо помню первое письмо: «Ромашка, подаренная тобой…», - он начал было цитировать, как Катерина оборвала его:

-Какая мерзость.

Мимолетное движение руки – Катерина даже не успела понять, что происходит – как оказалась на полу, сплевывая кровь от разбитой губы. Табуретка – высокая металлическая, на которой она сидела, упала в след по инерции и больно ударила по спине.

«Теперь симметрично», - Роман носком сапога подцепил ее лицо за подбородок.

Жалости к Катерине он больше не испытывал.

Глава 2