Историкам известен факт, что к концу своей жизни Ленин отошел от политических дел, ввиду своей болезни. Однако не всем известны подробности этих событий, что в свою очередь создало череду мифов о "утаивании государственных сведений" от Вождя.
Вот например, как обрисовал ситуацию Троцкий: "В середине декабря 1922 года здоровье Ленина вновь ухудшилось... Сталин тут же попытался использовать эту ситуацию, скрывая от Ленина большую часть информации, которая попадала в Секретариат партии... Крупская делала всё, что могла, чтобы защитить больного человека от враждебных выходок Секретариата".
А что было на самом деле
В мае 1922 года Ленина поразил первый удар болезни. А 16 декабря того же года - второй приступ, который окончательно убедил врачей, что Ленину осталось жить недолго. Исходя из простой задачи - дать покой больному, врачи доложили представителям Политбюро - Сталину, Каменеву и Бухарину следующее: любой политический спор может вызвать новый приступ, который скорее всего станет последним.
Члены Политбюро посоветовались между собой и решили, что " Ленин имеет право диктовать (писать) каждый день от пяти до десяти минут... Всякие посетители по политическим вопросам запрещены. Друзья и близкие не должны информировать его о политических делах".
Ответственным за всё это дело назначили - Иосифа Сталина, что в свою очередь сыграло злую шутку с будущим Вождем.
Ленин встретил свою болезнь и удаление от политических дел - глубоким разочарованием. И это не удивительно. Человек, который всю жизнь посвятил революции, делу партии и страны - отныне не имел права участвовать в обсуждениях политических дел. Это было намного больнее чем болезнь, которая приковала его к постели. Ленин открыто негодовал по поводу такого решению, и понятное дело злился. А злился на того, кто играл роль посредника - на Сталина, что впоследствии повлияло на то самое "завещание", которым так часто пользуются антисталинисты.
Однако Ленин не стал мириться с таким положением дел, он пытался получать всю необходимую документацию, и в этом деле полагался на свою жену Крупскую, сестру Марию, и нескольких секретарей.
В конце декабря 1922 года Крупская пишет письмо, надиктованное Лениным. За что получает выговор от Сталина, так как подобные "медвежьи услуги" лишь вредят больному, но никакой пользы для страны они не приносят. На что Крупская отвечает: "Я лучше любого доктора знаю, что можно и что нельзя рассказывать Ильичу, так как я знаю, что задевает его, а что нет, и в любом случае я знаю это лучше, чем Сталин".
Со всем уважением к Крупской, но она все же действовала поддавшись эмоциям. Врачи были убеждены, что Ленину нужен исключительно отдых, а любая умственная работа для него настоящее пытка, которую он не сможет осилить. Ум Ленина был уже не тот, поэтому срочной необходимости участвовать в обсуждениях не требовалось, да и подобные дела лишь бы усилили болезнь. Вот например, что писала секретарь Фотиева: "Ленин, диктуя строки, чувствовал себя неважно... Доктора препятствовали спорам между Лениным , его секретарем и стенографистом".
В феврале 1923 года состояние Ленина снова ухудшилось, у него были сильные головные боли. Доктора запретили больному чтение газет, посещения и всё, что касалось политики. Однако и тут Ильич не стал отсиживаться в стороне и попросил принести ему стенограммы Десятого Съезда Советов. Ему, конечно же, отказали, что сильно огорчило его, и поэтому вмешалась Крупская.
Дмитриевский: "Когда Крупская позвонила ему (Сталину) ещё раз, запрашивая некие документы, Сталин обругал ее самым возмутительным образом. Крупская, вся в слезах, немедленно побежала жаловаться Ленину. Нервы Ленина, уже напряженные сверх всяких сил, больше не выдержали".
5 марта Ленин надиктовал следующее: "Уважаемый товарищ Сталин. Вы грубо оскорбили мою жену по телефону и обругали её. Я не намерен легко забыть то, что сделано против меня, и мне не нужно подчеркивать, что я рассматриваю всё, что сделано против моей жены, сделанным против меня. Поэтому я прошу Вас тщательно взвесить, не стоит ли Вам забрать свои слова обратно и извиниться или Вы предпочтете жесткие отношения между нами. Ленин".
После этого пришел ответ Сталина:
т. Ленин!
Недель пять назад я имел беседу с тов. Н. Конст., которую я считаю не только Вашей женой, но и моим старым партийным товарищем, и сказал ей (по телефону) прибл. следующее:
“врачи запретили давать Ильичу полит, информацию, считая такой режим важнейшим средством вылечить его. Между тем, Вы, Н. К., оказывается, нарушаете этот режим. Нельзя играть жизнью Ильича" и пр.
Я не считаю, чтобы в этих словах можно было усмотреть что- либо грубое или непозволительное, предприн. "против" Вас, ибо никаких других целей, кроме цели быстрейшего Вашего выздоровления, я не преследовал. Более того, я считал своим долгом смотреть за тем, чтобы режим проводился.
Мои объяснения с Н. К. подтвердили, что ничего, кроме пустых недоразум., не было тут, да и не могло быть.
Впрочем, если Вы считаете, что для сохранения "отношений" я должен “взять назад” сказанные выше слова, я их могу взять назад, отказываясь, однако, понять, в чем тут дело, где моя "вина" и чего собственно от меня хотят.
Итог
Троцкий откровенно врет в своем изложении тех событий. Не Сталин решил "скрывать от Ленина информацию", а врачи так наказали членам Политбюро, дабы дать покой больному. Сталин не "использовал ситуацию", а пытался следовать программе лечения, о чем прямо заявлял как Крупской, так и самому Ленину.
А вся злость, которая накопилась у больного, естественно выпала на долю "ответственного" за его уходом - Сталина. Поэтому мы и видим письмо от 5 марта 1923 года, и "завещание", где Сталина называют "грубым".
Но, о "завещании" поговорим подробнее в следующий раз.
Было ли "утаивание" государственной информации от Ленина? Да. Но это было ради здоровья самого Ильича. Но ни в коем случае не ради интриг, как то обрисовывает Троцкий.
Спасибо за прочтение.
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропускать статьи про историю Советского Союза и социалистического движения всего мира.