Бернард, как и каждый день до этого, с завидным упорством точил длинное лезвия меча.
- Привет друг, как дела? Я смотрю ты с ним всё возишься.
- А как же иначе? Если я не буду этого делать, то он заржавеет и сгниёт.
В вечернем воздухе раздавался мерный шелест точильного камня о закалённую сталь.
Поблизости с хижиной юноши не было соседских домов или других признаков живых людей. Только тонкая тропинка соединяла его жилище с остальным миром в этом густом лесу.
Пение метала аккомпанировало трели сверчков и игре ветра с верхушками деревьев. В сочетании с ароматами древнего леса атмосфера невольно погружала в транс.
- А ты собственно зачем пришёл, Уильям?
Гость, погрузившись в ощущения, не сразу понял, что к нему обращаются, так было хорошо.
- А? Что? Да я… Это… за тебя беспокоюсь.
- А что за меня беспокоиться? Я этот лес как свои пять пальцев знаю. Меня здесь не одна животина не тронет, я их даже подкармливаю, так что зря ты так, со мной всё хорошо.
- Ну как же, Бернард, ты так глубоко в лес забрался, всё со своими зверушками, да и с… Мечом. Может ты бросишь это дело, а?
- Зверушек? Ни за что. Им без меня никак. Кто их, кроме меня, оберегать будет?
Голос юноши флегматично звучал на манер его занятия. Казалось, что он просто игнорирует очевидное.
Уильям глубоко вздохнул и на минуту замолчал, вновь погружаясь в монотонную музыку вечернего леса.
Ореол света от костра превращал безмолвную сцену в сказочную картину. Друзья сидели рядом друг с другом без особых причин, они сами были смыслом.
- Слушай, дай я тоже попробую, - с этими словами Уильям положил руку на рукоять меча.
- Нет, - Бернард весь напрягся – убери руку пожалуйста, я сам.
Уильям отпустил меч, так и оставив его торчать в спине друга.
- Я надеюсь однажды он станет достаточно острый, что бы ты смог доверять кому-нибудь до конца.