Экономика становится основой политики и идеологии. Если раньше политики утоляли жажду власти, то теперь — лишь жажду наживы. Когда-то суверенные страны выстраивали торговые отношения, защищая собственные интересы, но транснациональные компании задушили конкуренцию внутри стран.
Обогащающийся за счёт чужих денег Запад мог бы решить проблему бедности и неравенства, разделив с голодающими континентами избыток доходов.
Пока мир опутывают сети торговых точек и реклама, отечественные производители задыхаются без шанса на долю прибыли. От западных экспортёров тесно на внутренних рынках сбыта.
Когда Штаты теряют контроль над потоками денег, они отбирают чужие «игрушки» силой.
Трамп потребовал продать американской компании TikTok, угрожая полным запретом приложения на территории США. Формально социальная сеть была признана «угрозой национальной безопасности США» и способом кражи персональных данных. Но не так страшны китайские коммунисты, как упущенные доходы от рекламы и не захваченные каналы влияния на аудиторию.
Насыщая свои потребности, США экспортирует не только товары, но и войны. Циничное и хитрое разорение стран Северной Африки и Ближнего Востока вооружёнными конфликтами — это пример власти Запада. Америка маскирует захват бедных регионов мира под борьбу за демократию и обогащается за счёт чужих страданий. Когда Каддафи, Хусейн или любой другой национальный лидер пытаются бороться за интересы своего народа, их сметает уже не экономическое давление, а военные силы НАТО.
Разрушение государственности и без того ослабленных развивающихся стран становится корнем терроризма и революций. СМИ, Интернет и радикальная оппозиция — оружие тех, кто ведёт гибридную войну. Нетерпеливые требования резких перемен делают страну уязвимой.
Попытки насильно сменить власть в своей стране и получить всё и сразу обречены на провал: даже при успешном перевороте страна страдает от гражданских войн, колонизации Запада и потери суверенитета и свободы.