Я плакала. Честно. Долго и навзрыд, когда читала эту историю. Книга Анны Старобинец "Посмотри на него". Современная проза. Пронзительный рассказ женщины, которая пережила прерывание беременности на позднем сроке.
Анна не плачет всю книгу. Она рассказывает о своем горе, о своих чувствах, публикует и разговоры с другими девушками, которые прошли через это. Рассказывает об отношении наших врачей и о западных. Нет, она не критикует медицину.
Никогда не забуду день, когда я написала согласие на убийство собственной дочери. Девочка во мне боролась и росла, ручки ножки все соответствовало сроку, но сердце в таких условиях сказали стало сдавать, все гипертрофировано. Господи ни кому не пожелаю пройти через это – убить собственного ребенка… Мне в 10.30 утра просто ввели натрий хлор ; вставили ламинарии, потом живот болел жутко, часа 4 не отпускало вообще. 3 раза в день с утра кололи но-шпу, окситомицин (по-моему) тот же натрий хлор и чего-то еще. Схватки начались ближе к 7 вечера, начиная с 9 вечера схватки повторялись каждые 30 секунд, при этом без остановки рвало, в 01.40 – я родила свою убитую девочку…
Вся книга полны выдержками с форумов, записанных разговоров. Перед Анной встает вопрос: убить и родить или выносить и смотреть как сын умирает после родов. На 16 неделе беременности у Анны обнаружили порок развития плода: поликистоз почек. Это показания к прерыванию. Всем известно, что с 18 недели уже можно почувствовать как малыш толкается.... Вы представляете состояние матери в этот момент? Я представляю....Я помню ощущения своих двух беременностей....Свою радость, когда сын и дочка начинали толкаться в животе, даже когда мне это приносило неудобство, я радовалась....Я наглаживала свой живот и была счастлива...
Так каково же матери, когда она чувствует, что ее ребенок жив и уже заявляет о себе...но ему не суждено жить...Что вместо радости от появления на свет новой жизни, женщина будет наблюдать как он погибает и абсолютно ничего не может сделать....
Анна делает бесконечные узи и надеется на лучшее. Но чуда не происходит. Малыш обречен.
Гораздо чаще на поздних сроках “искусственные роды” осуществляются с помощью препарата мифепристона и аналога простагландина.
Еще один способ “искусственных родов” – солевой аборт, или “заливка”1. Из плодного пузыря иглой откачивают жидкость и вводят солевой раствор. Через некоторое время плод умирает от химического ожога и кровоизлияния в мозг.
Прерывание Анна сделала в берлинской клинике "Шарите". В отличии от российских больниц, там заботятся о матери. О ее чувствах и переживаниях. Стараются создать условия, которые облегчают страдание насколько это возможно. Малыш уходит из жизни щадящим способом, не чувствуя боли. Детки чувствуют боль на этих сроках беременности. Анна делает такой вывод, что различия между клиниками в России и Европы в том, что в России терпеть боль это норма! В Европе другой подход. "Чистка" и "Выскабливания" - понятия, которые были в российской практике совсем недавно, в Европе уже атрофированы давным давно.
После искусственных родов в матери борются два чувства: посмотреть на своего мертвого малыша или нет? В клинике предусмотрено это. Вне зависимости от желания матери, малыша помещают в специальный холодильник и наряжают новорожденного, делают слепок ручки и фотографию. Как правило, матери передумывают и возвращаются, чтобы посмотреть на своего ребенка. В них нет ничего ужасного. Это ребеночек.
Там в корзинке лежит мой маленький ребеночек. Одетый во все голубое и укрытый голубой пеленочкой в окружении искусственных цветов. У него горестное выражение лица, насупленные едва различимые бровки и плотно сжатые губки....
Анна пережила панические атаки. Даже после следующей удачной беременности, она все еще переживала горе утраты. Психологи не могли помочь. Постепенно она оправилась и научилась с этим жить. Нет, не забыла. Такое не забывается....Матери просто учатся с этим жить и нести свое горе через всю жизнь.
