Посадочными шаттлами оказались канонерки Республики, широко применявшиеся ее Великой Армией в Войны клонов. Колеб и Галлак получили задачу: после высадки проследовать вместе с отрядом клонов-солдат на северо-запад и занять здание парламента. Оба героя сразу поняли, что им досталась самая важная цель - заставить местное правительство подчиниться воли Империи.
Это понимание несколько приподняло боевой дух Колеба, но он по-прежнему волновался. Галлак же не обольщался важностью их миссии, так как ко всему прочему понимал, что людям в этой битве отводится роль пушечного мяса. Они нужны будут лишь для того, чтобы отвлекать огонь на себя в то время, как клоны героически расстреливают врагов.
В одном из коридоров, по которым десантники шли к своим шаттлам, были огромные, почти что панорамные, иллюминаторы. А за ними солдатам открывались картины космической баталии. Пусть, многого рассмотреть не удавалось, но даже мимолетного взгляда хватало, чтобы впечатление осталось в памяти надолго.
Колеб мог наблюдать разные космические истребители, кружащиеся в неимоверном танце, гоняющиеся друг за другом. Зеленые и красные лазерные выстрелы мелькали пестрой россыпью. Колебу это казалось эффектным, такое зрелище, разноцветные огни и шныряющие, как будто нарисованные, истребители завораживало его. И, судя по всему, не только него, и не только Галлака.
Крупных звездолетов было мало. Несколько фрегатов Конфедерации, один крейсер Торговой Федерации и три крейсера класса “Бунтарь”. Вся эта флотилия пыталась справиться с одним единственным звездным разрушителем Империи, линкором “Победа”. В одном из иллюминаторов Колеб и весь его отряд поймали взглядом взрыв корабля “Бунтарь”. Колебу этот взрыв показался невероятно огромным, так как был он гораздо больше своего источника - бывшего конфедеративного звездолета. Огненная волна от него обдала все бьющиеся корабли, но никому не повредила, растаяв где-то далеко за пределами пространства битвы.
Большие звездолеты тоже двигались, но это было почти что незаметно для глаз солдат в коридоре с огромными иллюминаторами. Их командир, видя отвлеченность своих подчиненных, приказал им перейти на бег. Теперь ни Колебу ни Галлаку было не до выстрелов и взрывов в космосе, они теперь видели только всполохи.
Посадка в шаттл прошла быстро, как по писанному, никто ничего не думал в это время, как те дроиды, с которыми им придется столкнуться на поверхности. Полет к планете тоже был, как в вакууме. Лишь дыхание сослуживцев давало Колебу понять, что он не в вакууме, где ничего не слышно. Задумавшись над этим, он открыл для себя, что даже сверхновые звезды взрываются в безмолвии, никто никогда их не услышит.
Развивать мысль было некогда, шаттл вошел в атмосферу. Его трясло несколько мгновений, а потом открылись боковые двери. Солдатам и, в частности, Колебу и Галлаку открылась панорама другой битвы. В мегаполисе тут и там мелькали вспышки взрывов и выстрелов из пехотных бластеров. Где-то летали друг за другом истребители, стреляя яркими лазерами. Изредка по ним велся огонь с земли. Колеб не мог понять, из какого оружия он велся. Галлак видел лучше (или он мог лучше различать лазерные лучи по интенсивности их свечения), и понимал, что по истребителям Империи (моделей, созданных во время Войн клонов) стреляли зенитные орудия.
Все это звучало, но звуки были спутанными, сливаясь и отражаясь эхом от стен домов.
Высадка прошла без сучка без задоринки. Никто, вопреки опасениям Колеба, не обстреливал место посадки шаттла. Сразу же после началось то, чего не солдаты, не участвовавшие в битвах ранее, не могли представить. Взвод, состоящий из одного отряда людей и двух отрядов клонов, шел улица за улицей к своей цели. Сами солдаты сначала были в напряжении, просматривали каждую щель, боялись любого шороха.