Он, бывало, рассказывал, что в детстве его била мама, дурь выбивала. Он считал это правильным - "теперь его ничто не сломит". И кто знает почему она так делала, может потому что считала нормой, сама выросла в таких условиях.
Мальчику повезло, он был чудно как хорошо сложен. С неуживчивым характером лучше быть хорошо сложенным. К тебе все-равно будут тянуться.
И начал он пользоваться своей внешностью, девок цеплял, потом пытался их лишить воли, переделать - "разрешить быть с собой". Но самому терпения не хватало, а потому он расставался с каждой, будь что не по его правилам. И перемалывал он барышень только так, возможно, они обогатили потом ни одного и даже ни двух психологов.
И больше всего на свете он хотел, чтобы его любили, преславуто просто так. Но, поскольку, он в это не верил, он изменял реальность как ему удобно - а в ней все девушки оказывались не теми, не способными любить, то ли вообще, то ли его конкретно.
Так и жил себе мальчик, огородившись десятью заборами, пока доберёшься до сути, в лучшем случае тебе конуру выделят.
Мы не осуждаем, заборы дело каждого.
Мы только предпочли бы уберечь своих дочерей, сестер и подруг от синебородых.
Можно любить как угодно сильно, но это будет способность, талант и заслуга того, кто любит, а не того, кого любят.