А в другой комнате происходило что-то совсем не радостное.
Семён Иванович развернул свёрток, достал, упакованный в полиэтиленовый мешочек, мужской носовой платок в голубую клеточку, испачканный кровью. Осторожно открыв мешочек, он вытащил платок, зажал его между ладонями, и долго сидел молча. По его лицу, сменяя одна другую, проносились волны возмущения, гнева, страха, ужаса, боли, а затем потекли слёзы. Потом он заговорил с кем-то, и ясно повторял слова отвечающего.
- Кто ты?
- Николай.
- А фамилия?
- Николай Владимирович Сурков.
- Отец Тимофея?
- Да
- Что случилось? Почему они тебя убили? Кто они?
- Мои братья: Валентин - родной брат и двоюродный - Павел. Они хотели только припугнуть, но Валентин не рассчитал силу своего удара.
- За что?
- Обвинили в обмане, но всё было честно. Не поверили. И сейчас не верят. Нет обмана, в книгах всё правильно написано.
Семён замолчал, положил платок в мешочек, завернул в ту же бумагу, в которой он был завёрнут.
Анна Тимофеевна и Никита сидели, ошеломлённые увиденным.
- Положи свёрток ещё в один пакет и убери подальше от Ольги и Насти. А сейчас пойдёмте мыть руки, - распорядился Семён Иванович.
Никита убрал свёрток в стол и отправился вслед за Семёном Ивановичем и бабушкой в ванную комнату.
**** ****
Ужин подходил к концу. На тарелку Никиты приземлился бумажный самолётик. Никита был занят своими мыслями и не сразу заметил его.
- Это ещё что за шалости? – возмутился он и строго посмотрел на Настю.
- Это секретный разведчик с донесением – прошептала Настя.
- Секретное донесение, говоришь? Ладно, - он развернул самолётик, прочитал, улыбнулся, подмигнул дочери, свернул самолётик снова, - Я отправлю самолёт на запасной аэродром, если не возражаете, - сказал он и положил самолётик к себе в карман.
- И что там написано? – спросила бабушка.
- Бабуля, ну как я могу выдавать секреты? Ты же сама меня учила, что о секретах молчат и тайны хранят.
- Да, говорила, но узнать то хочется, - сказала бабушка.
- Вон автор сидит, с ней и договаривайся, может она и тебе шепнёт на ушко, - ответил Никита.
- Никита, можно тебя на минуточку, – попросила его выйти из-за стола Ольга.
Никита встал, и они ушли на кухню.
- Никита, я хочу тебе сказать, что…
- Моя мечта живёт у тебя в животике! - перебил её Никита и положил руки на её живот.
- Нет, не так, - помотала она головой, - Наша!
- Да, наша! Спасибо! – он целовал её, она радостно отвечала. Остановились.
- Пойдём, сообщим вместе, хотя они уже знают, - сказала Ольга.
- Да какая разница, знают, не знают. Главное мы им сообщим, пусть поздравляют! – засмеялся Никита, обнимая Ольгу. – Ты рада?
- Да.
- Я счастлив! Пойдём!
**** ****
Потом были радостные поздравления и куча наставлений Насте и Никите о бережном отношении к Ольге. Ольга лишь смеялась.
- Я в деревне говорить ничего не буду, сами сообщите, - сказал Семён Иванович Никите. – Лена, Никита давал вам с Анной посмотреть папки. Ты, случайно не встречала там фамилию Сурков?
Елена Николаевна задумалась, вспоминая содержание папок.
- Встречала, там было два Сурковых. Я помню точно, что два, а имён не помню.
- Никита, вызови мне такси, попросил Семён Иванович.
Никита позвонил, вызвал. Семён Иванович распрощался со всеми и попросил Никиту подождать машину такси вместе с ним на улице.
Они стояли у подъезда, и Семён Иванович рассказал Никите, что увидел ещё, держа платок в руках.
- Николай умер не сразу. Валентин пытался ему помочь, просил прощение, а Павел, цинично, стоял рядом. Потом он увёл Валентина. Николая оставили умирать одного на берегу реки. Ночью Павел вернулся, сбросил труп в реку. Нашли и похоронили Николая двадцать дней спустя. Опознали его по одежде. Платок не Николая, а вот кровь на нём его. Это платок Валентина. Его с места преступления забрал Павел и потом, имея это вещественное доказательство, держал Валентина в страхе и в своём подчинении.
- Я посмотрю все папки снова, - сказал Никита. - Я наивно полагал, что они все принадлежат Михаилу Петровичу Осипову.
- Ты завтра в больнице посети Фёдора Степановича, встреться с Раисой Владимировной. Спроси, может быть, она знает что либо, о Сурковых.
- Я планировал завтра с ней встретиться – признался Никита.
- Я приеду вечером в четверг, и мы сходим к Лисициным. Загрузи Валерия Павловича, пусть поищет сведения о Суркове Николае Владимировиче и его братьях. Да, и к Лисициным пойдём всей семьёй, и ещё Валерия Павловича возьмём с собой. Договорись, чтобы не планировал дел на вечер четверга.
Подъехало такси. Семён Иванович пожал руку Никиты, сел в такси и уехал.
Никита, поднимаясь по ступенькам крыльца, подумал: «Интересно, убийство отца Тимофея как-то связано с доносом, или нет?»
Оглавление
Продолжение