Их боготворила вся страна, их таланту поклонялись и уважали все, но что стояло по ту сторону их таланта? Давайте узнаем.
Голос народа, алтайский самородок, про Василия Шукшина говорили что он видит душу русского человека.
Иного мнения его вторая жена Шукшина Лидия Чащина: “Василий Шукшин был многогранен и многолик. Но ко мне он повернулся таким лицом, что врагу не пожелаешь! Для меня Шукшин - это первая рюмка водки, первая сигарета, первая оплеуха, первый аборт, первая подлость и унижение, с которыми я столкнулась в жизни. От нашего пятилетнего брака не осталось ничего материального: ни детей, ни имущества, ни писем, ни даже совместных фотографий...Нашего с Васей ребенка рожать я не стала - и эта боль до сих пор меня не отпускает.” (интервью журналу “7дней, январь 2013)
Лидия и Василий познакомились во ВГИКе, ей было 17, ему 29. Так называемую свадьбу сыграли в общежитие, росписи в Загсе не было. На следующий день они поклялись на крови что будут вечно верны друг другу. Но вскоре Василий приревновал жену в однокурснику и пьяным ударил Лидию в первый раз. Последовали раскаянье и мольбы о прощении. Позже выяснилось что с первой женой Шукшин так и не развелся - просто “потерял” паспорт и заменил на новый - без штампа. Постоянные пьянки, загулы с женщинами, агрессия, рукоприкладство, отсутствие денег - все это сопровождало их брак. Как актриса узнала позже, деньги все-таки у Шукшина были, он их хранил на 5 сберкнижках и с Лидией просто не делился. Когда она узнала о своей беременности, Василий предложил ей поехать на Алтай и там рожать и воспитывать ребенка. Чащину это не устраивало и она решила сделать аборт - Шукшин об этом знал и не препятствовал.
Об ужасном характере Ивана Пырьева ходят легенды. На Мосфильме его называли Упырьев. Скольким актрисам он закрыл вход в кино за отказ от “сотрудничества” - про это будет отдельная статья. А пока вот несколько воспоминаний о руководителе Мосфильма.
Тамара Каспарова костюмер фильма Кубанские казаки: “Как же он на всех орал! Матом не обкладывал только исполнителей главных ролей. В одну из наших, в реквизиторшу, взял и бросил на съемках бутылку с кефиром. Это было очень трудно выдерживать. Мне, кстати, Иван Александрович, тоже устроил сцену. Дело было так. Началась репетиция с актером, который приехал на съемку уже одетым. Они стали работать, и вдруг Пырьев видит, что у актера нет полевой сумки. Сразу вызывает меня - слава богу, я была рядом и начинает бесноваться “Почему нет сумки!? Почему нет сумки!?Где сумка!?” Я начинаю объяснять, что актер сам одевался дома и, наверное, ее забыл. А он вдруг “Так вот марш к нему домой! И чтоб пешком, быстро!!! И чтоб сумка в кадре была!!!” Я растерялась, повернулась и пошла. А идти 12 км по жаре туда, а потом обратно...В общем, мне повезло: ассистент по актерам потихоньку сказала шоферу чтобы тот незаметно меня отвез. Вернулись через полчаса, передаю сумку, а он мне с усмешкой “Ну, как я тебя, крысочка, а?” К этому случаю я отнеслась спокойно, только запомнила навсегда. И как он любил заставлять всех что-то делать насильно, каким унизительным образом обращался с людьми. И этот вечный мат...Но чего не отнимешь: на репетициях Пырьев очень много показывал сам. И очень часто это бывало лучше чем у актеров.” (караван историй, сентябрь 2014)
Василий Шукшин рассказывал “Понимаешь, Москва никогда не примет человека, если он порядочный и честный. Мне это сам Пырьев сказал. Мы всю ночь проговорили с Пырьевым. Он учил меня, как надо жить, точнее приспосабливаться. С тех самых пор Пырьева я не видел, да и не хотел видеть. Но то, что он мне говорил, я на всю жизнь крепко запомнил.”
В 1952 году построили Дом на Котельнической набережной, лакомый кусочек в виде квартире хотели очень многие. Сохранилось письмо, которое Пырьев написал Лаврентию Берии с просьбой выделить его семье квартиру.
“Дорогой Лаврентий Павлович, вместе с моей женой Мариной Ладыниной и большой семьей, я живу в двух небольших смежных квартирах, соединенных между собой проходом через уборную…..Я, и Марина Ладынина - неоднократные лауреаты Сталинской премии и народные артисты Союза ССР. Очень и очень прошу Вас, дорогой Лаврентий Павлович, помогите нам!” Квартиру им выделили.
Под конец жизни его постоянным развлечением было регулярное дежурство у Дома Кино и не пускание в оный всяких парикмахеров и мясников , которым члены союза кинематографистов в качестве обмена на блат давали билеты в Дом Кино , получаемые за факт членства в союзе кинематографистов.