Причуды сестер Сулеймана уже исследованы вдоль и поперек. Где бы и что ни случилось, неизменно прицепом шли козни, наговоры и нашептывания Хюррем.
Один из ярких примеров – Хатидже Султан, которой муж изменял несколько лет и только по одной причине. Хюррем запихивала упиравшегося пашу в постель к Нигяр, а потом еще и выдала эту пару.
Супруга падишаха растоптала прочное семейное счастье Хатидже в два счета. Ребенок получился тоже от ее злопыхательства.
Сама Хатидже с маниакальным упорством повторяла, что они с Ибрагимом были счастливы, если бы не Хюррем. С трудом верится, что Ибрагим был счастлив рядом с безумной женой, но султанше очень хотелось в это верить. Она закрывала глаза на все, и полагала, что сожительство мужа с Нигяр и ребенок от нее как-то могли проползти мимо прочного семейного очага, не задев его.
Сам Сулейман не верил в причастность жены к измене Ибрагима и, тем более, к рождению внебрачного ребенка. Хатидже не удалось его в этом убедить, хотя она очень старалась.
Однако, когда Хюррем находит во дворце персидскую шпионку в виде Фирузе, Сулейман ведет себя в точности, как его сестра.
Падишах недоволен тем, что его приятное времяпрепровождение закончилось. Не слышно струнного инструмента, стихов, эти глаза напротив размером с блюдце тоже исчезли с горизонта.
Сулейман чувствует себя очень некомфортно. Фирузе, как он наивно полагал, оказалась не шпионкой, это были козни Хюррем. Но во дворце держать свободную мусульманку нельзя. А уж члена персидской династии и совсем неприлично.
Кто виноват? Разумеется, Хюррем. Падишах всем видом показывает, как неприятна ему новость о Фирузе и связанные с этим изменения в режиме отдыха.
Он смотрит на Хюррем практически с ненавистью. На простой вопрос о том, какое решение принято относительно Фирузе, отвечает: «Ты узнаешь об этом вместе со всеми». Султан злится на жену за то, что она раскрыла обман его наложницы. Влезла и нарушила покой повелителя. Сулейман очень сожалел о том, что тихие радости и девушка с бандурой стали недоступны.
Хюррем растеряна. Вместо благодарности и любви, она чувствует ледяной холод супруга, которого избавила от женщины, обманывавшей его много лет.
Ситуация с Фирузе была еще и унизительна для Сулеймана. Он, повелитель мира и скольких-то там стихий, не один год просидел с макаронными изделиями на ушах. Ему обидно, что его провели, как ребенка, но эту обиду он выплескивает на Хюррем.
Часть претензий совершенно справедливо была направлена в адрес Ибрагима. Он отвечал за безопасность повелителя. Скрипач принимал в кабинете Фирузе и, вместо того, чтобы вытрясти из нее все подробности жизни, вещал о том, как опасна Хюррем.
Хюррем не входила в штат охраны повелителя. И за то, что раскопала эту грязную историю, она же и огребла.
Мустафу в этом плане и винить сложно. Он вырос на руках у маменьки, бабуси и тетушек, твердо уверенных в том, что смена сезонов с Турции напрямую связана с проживанием в ней Хюррем.
Младенец помер во время эпидемии – кто же кроме Хюррем мог его заразить? То, что сам Мустафа таскался по рынкам, не повод для болезни сына.
Сулейман будет обижаться на жену и за свое решение о казни Ибрагима. А зачем она рассказала о встрече в Бурсе и прочих проделках друга?
Пребывая практически на смертном одре, повелитель забывал о мифической вине супруги, держал за руку Хюррем, говорил, что только в ней его утешение и счастье. Причуды вируса, что можно сказать.
Поздравляю все читателей канала с наступающим Новым годом! Желаю, чтобы этот год стал удачным вопреки всему, чтобы корону вы встречали лишь в виде украшения или музейной редкости.
Думаю, что изменение сумасшедшего ритма нашей жизни, не случайны. Они могут и должны быть использованы для размышлений, принятия новых решений, встреч с прекрасным.
Желаю вам и вашим семьям благополучия и здоровья. Берегите себя и тех, кто вам дорог и будьте счастливы!