После окончания института в 1985 году я остался работать на кафедре «Робототехники и технической кибернетики» . Женился на одногруппнице и переехал жить к ее маме. Своей значит теще. Теща была в разводе со своим сильно пьющим мужем и всех мужчин сильно ненавидела. Кроме нас в ее двухкомнатной хрущевке жила младшая сестра моей жены. Естественно наши отношения сразу не сложились. На кафедре квартиру или комнату в общежитии не давали и когда в октябре пришла повестка в военкомат с предложением послужить два года в группе советских войск в Германии , то я не раздумывая согласился.
Из нашего сибирского города одновременно призвали тридцать молодых офицеров или как нас в армии называли «пиджаков» . Сначала нас на месяц привезли в какую то лесную часть в Шеневальде, если не ошибаюсь. Там у нас было что-то вроде учебки для офицеров. Нам читали какие-то лекции и проводили занятия по преодолению полосы препятствий.
Все занятия были довольно формальные. Ничему полезному для службы нас не учили. Собственно как и в институте на военной кафедре. Там мы зачем то изучали технику давно снятую с вооружения. Здесь взрослые дяденьки в чине от майора до подполковника просто рассказывали нам истории из своей службы. Многие из них служили в Афганистане и делились интересными историями. Все это так называемое обучение никак не помогло нам в дальнейшем служить в реальных частях Советской армии в ГСВГ.
Месяц пролетел быстро и уже к Новому году мы были распределены по разным частям. Мне с девятью другим «пиджаками» досталось честь служить в абсолютно новой части под Берлином. Город назывался Редерсдорф. Командир у нас был бывший афганец подполковник. Фамилии называть не буду. Вдруг обидится на что то. Думаю, что он себя узнает. Здоровый, очень сильный физически, с черными волосами и властным голосом он просто наводил трепет на солдат.
Часть была новая, и необходимо было с нуля налаживать наш быт. В первые дни службы в новой части мне поступило предложение от заместителя командира по тылу возглавить ремонт общежития для офицеров. Я естественно согласился. После работы на кафедре служба для меня была не понятной. С утра построение на плацу. Потом с песней мы ходим кругами и если плохо поем , то это может затянуться часа на два. Я как то решил на это мероприятие совсем не ходить, а сразу идти к штабу после развода, но меня быстро вычислили и организовали поиск. Больше я так не делал. Я был командиром взвода в роте, а ротный был озабоченный личной жизнью мужчина, у которого жена была в другом городе и он постоянно туда ездил.
Он достаточно беспечно относился к своим обязанностям, и взводным приходилось часто огребаться от командира части за различные нарушения личного состава. Хотя человек он был хороший. Надо сказать, что все мужчины, с кем я служил в Советской армии, оставили у меня о себе самые приятные воспоминания. Были, конечно, отдельные неприятные личности, но это исключение из правил.
Зам. по тылу договорился обо мне с командиром части и я стал начальником стройки офицерского общежития.