В начале 80-х годов на совещании в Главке Миннефтехимпрома СССР я вылез не по рангу и поставил вопрос о том, что на данный момент надо заниматься уже не текучестью кадров, которая упала до 10% и ниже, а дефицитом рабочей силы. Ответом было всеобщее удивление. Начальник главка потребовал принести отчетность. Под рукой оказалась профперепись, которую проводили раз в три года. Открыли первую строку и увидели, что на флагмане отрасли "Красном треугольнике" численность промоперсонала падает уже 9 лет подряд! Все зашумели, но замминистра, присутствовавший на совещании вдруг резко прекратил дискуссию, раздраженно сказав, что "это больной вопрос", и не здесь нам его обсуждать. Совещание закрылось. Впрочем, через некоторое время от главка поступило распоряжение "заняться дефицитом". К сожалению, я вскоре после этого ушел в Академию Наук, а во время перестройки наше подразделение, а потом и все министерство упразднили. Началась новая эпоха.
Ещё одна история. Где-то в 50-е годы один американец изобрел так называемые интегральные схемы, когда вместо сборки и пайки электронных схем на текстолитовых пластинах он предложил размещать электронные элементы (конденсаторы, сопротивления и т.п.) непосредственно на кремниевых пластинах. Эффекты миниатюризации и снижения себестоимости превзошли все ожидания. Технология стала стремительно развиваться.
С некоторым опозданием эту технологию стали внедрять и у нас. Но выход годных изделий и, что не менее важно, их надежность в процессе эксплуатации, были ниже плинтуса. А производство - это понятно - имело в первую очередь оборонное значение. И вот в ЦК КПСС - это абсолютно реальная история - собрали группу инженеров и поставили задачу разобраться. Для этого их направили на небольшой опытный завод, предназначенный для отработки новой технологии.
Разобравшись, инженеры пришли в ужас. Например, в помещении, где создавались микросхемы, работал масляный вакуумный насос. При каждом обороте он выбрасывал в воздух мельчайшие капли масла, губительные для микросхем. А на первом этаже во исполнение постановлений того же ЦК КПСС о хозрасчете и самоокупаемости директор наладил производство офисных стульев. Металлические трубки пилили и сгибали прессом. Летела металлическая пыль, проникавшая и в помещение, где изготавливали микросхемы. И т.д. Все это инженеры сообщили директору, но он послал их подальше. Тогда инженеры собрались и решили составить письмо или записку в ЦК КПСС - ведь это же он их туда направил. Но неформально было принято еще одно решение: если после письма на заводе ничего не изменится, они никогда больше не будут пытаться что-то улучшить, ратуя за государственные интересы.
Как можно догадаться, никаких мер принято не было. Инженеры разошлись по своим прежним работам или устроились куда-то еще. Группа распалась.
Порой наши ученые и инженеры делали уникальные вещи, но в производство они не шли. Даже в очевидных случаях решения не принимались. Или принимались с очень большим опозданием, когда отчеты западной резидентуры рисовали уж совсем катастрофическую картину. Почему? Почему ЦК КПСС не захотел принять никаких мер во исполнение своего собственного поручения?
Источник: Сергей Белановский