(Продолжение часть 2)
Фото автора. Поселок Маук.
В 1943 году направили учиться на курсы машинистов в Моршанск. Нина сначала боялась, что не справится со своими четырьмя классами.
Однако экзамены сдала на отлично. За это наградили четырьмя метрами материала. Их было всего восемь девчат, которые вместе учились на курсах машинистов. На обратный путь денег не было ни у кого. Связали кружева девчата, продали на базаре по сорок пять рублей за одно изделие. На вырученные деньги купили хлеба. Булка хлеба стоила сто рублей. Обратно до дома, чтобы добираться, надо пройти девяносто километров. На автобус денег нет. Отправились пешком. Прошли сорок километров за один день. Пошли в местный сельсовет. По четыре человека устроили на ночлег. Девчата продали свои отрезы материала, а Нине жалко было, и привезла домой маме. Затем прошли еще сорок километров до Горелова. Девчонки остались там ночевать. А Нина остальные семь километров прошла одна пешком и в шесть утра была уже дома. Это было в сорок четвертом году. Распределили по машинам. Устроилась на работу скреперовщицей. Ее поставили с мужчинами. Сначала плакала, что на других машинах одни девчата. Сестра успокоила, убедив, что если транспорт сломается, парни будут ремонтировать, а ей не придется прилагать усилия. С ней на пару работал Иван Холодилин, который потом стал ее спутником жизни.
Брат отца охранял военнопленных немцев. Рассказывал, что немцев кормили неплохо. Однажды оказался в столовой и увидел своими глазами и даже отведал их пищу. Работа шла с восьми утра до двенадцати часов. Затем до четырех часов отдых. И уже снова до двенадцати часов ночи. Работали в две смены. Больничные листы не полагались. У Нины пошли страшные нарывы на пятках, ходить было очень болезненно, а деваться некуда. Когда совсем стало невмоготу, обратилась к бригадиру Николаю Абрамовичу. Пришлось показать свои больные ноги. Тот без лишних разговоров отправил в больницу, чтобы могла подлечиться. За пятиминутное опоздание на работу судили. Одна девчонка явилась на пять минут позже, хотя ее лично сама будила Нина. Где-то замешкалась, дали полгода условно.
Немцы – они тоже люди. Мы знаем много историй, когда они оказывали помощь нашим русским. Спасали детей. Войну развязал Гитлер со своими приближенными, а простой народ не хотел братоубийства. Кормили немцев в плену также один раз в день. И вот они были вынуждены ловить лягушек, отрезали ножки и в топке варили их, укладывая в железные банки.
Завидев Нину, молоденькую девчонку, кричали ей вслед: « Ква- ква-ква и рукой показывали кушать». Она брезговала и мотала головой, показывая всем своим видом, что не желает кушать их лакомство.
Май месяц. Девятое число 1945 года. Нина Махортова, которая была курьером, кричит: « Слезай с лебедки, война кончилась! Митинг будем проводить».
Немец издалека спрашивает у Нины, что случилось. Та громко и радостно крикнула: « Гитлеру капут, войне конец!» Тот побежал сообщать своим друзьям.
Брат Александр принимал участие в военных действиях, только судьба сыграла с ним злую шутку. Надо же было случиться такому, что восьмого мая попал в плен к немцам, а девятого мая сорок пятого года объявили победу. И вернулся домой только в сорок седьмом году.
В годы войны тяжело приходилось с заготовкой дров. И опять же эти самые дрова кормили народ. Нина вспоминает, что с Марусей, со старшей сестрой ходили в лес, сами валили березу, распиливали вручную, пила называется в шутку « Дружба-2». Затем кололи на чурбаки, складывали на санки и в два часа ночи отправлялись в другое село, до Горелова, за десять километров от дома. Санки дров меняли на ведро картошки. Почему ночью ходили, догадались сами, наверно. Так скрывались от лесников, они не разрешали. И вот однажды, когда вдвоем также находились в лесу, заметили одного чужака, лет сорока. Тот долго наблюдал за ними и потом подошел к ним близко, и объяснил свое присутствие. Добродушные девчушки взяли его с собой в дом. Он Анастасии Павловне рассказал, что в лесу работает бригада лесорубов, и нужда в обуви и одежде для них. Бесхитростная женщина побежала по соседям, и сами полураздетые люди, поделились своим последним ради рабочего класса. Натаскали всякого тряпья и обуви. Мужичок забрал все с собой и наказал, чтобы еще поискали одежды. Он должен вскоре снова появиться здесь. У девчонок в первый раз еще расспрашивал про то, есть ли рядом поблизости заводы. Они выложили всю правду, не задумываясь о том, если мужчина работал здесь, сам должен быть осведомлен.
Анастасия по делам была в сельсовете и заодно ходила платить за свет, и вдруг что-то подтолкнуло ее спросить у бригадира лесорубов, что за бригада вальщиков работает в лесу. На что тот удивленно посмотрел на женщину и ответил, что кроме них никто не работает.
Когда он прослушал объяснения односельчанки, наказал быть начеку и доложить о приходе этого подозрительного типа. Тот не заставил себя долго ждать. Через несколько дней был уже снова в доме Анастасии. Та послала за бригадиром дочку, а там быстренько предупредили милицию, и прибыли к дому Дубовицких. При задержании этого мужика, обнаружили рацию при нем. Оказался он шпионом. Сразу забрали и увезли, куда надо.
Нина Васильевна при разговоре упоминала и про вши, которые кишмя кишели в голове. Перед тем, как зайти домой, она отряхивала прямо на улице, которые гроздьями висели в волосах. Мама, как могла, вычесывала их костным гребнем, а в пятнадцатилетнем возрасте Нину подстригли на лысо. Она на работу ходила в платке, спустив его краешек до самых бровей, стыдясь своей бритой головы.
С ней в одной бригаде работал Иван Холодилин, которому приглянулась симпатичная восемнадцатилетняя девушка. Предупредил ее, что придет свататься к ним с отцом вечерком. А она просила его не ходить, объясняя, что пустая трата времени, потому что он ей не был люб. В тот день Нина уходила в лес по ягоды. А в лес, сами знаете, ходят не в нарядной одежде. Как только дошла до дома, мама всплеснула руками и велела не ходить в избу, а пойти к соседям, чтобы переодеться в красивую одежду. За столом сидели отец жениха, сам жених, и матушка ее. Когда спросили согласия Нины пойдет ли она замуж, только хотела раскрыть рот и дать отказ, как увидела из-под стола крепкий кулак будущего супруга. Она была в курсе еще до этого о его угрозах в случае отказа. Как-то припугнул девчонку, что если не пойдет за него замуж, всем доложит, что он уже забавлялся с ней. Хотя это было сущей неправдой, она боялась очернить свое доброе имя, волей-неволей пришлось дать согласие на брак.
В марте 1947 года родилась дочка Валентина. А мужа как раз в это время забрали в армию, в Австрию.. Прослужил молодой вояка ровно три года и восемь месяцев. Вернулся домой в ноябре пятьдесят третьего года. Вскоре в пятьдесят четвертом году на свет появился сын Анатолий.
Через три года второй сын Юрий. И снова через три года младшая дочка Людмила.
Правда младшая появилась на свет уже в Челябинской области в Санарке. Туда заманил брат Нины Александр. Родителей мужа тоже забрали с собой. Уже обзавелись домашним хозяйством. Коровку купили, которая давала 21 литр молока. Жизнь в Санарке тоже нелегкой была в послевоенные годы.
Как говорится в пословице: рыба ищет, где глубже, а человек, где лучше.
Брат Александр сам сначала переехал в Каслинский район, поселок Маук, затем переманил и сестер. Покидать обжитое место было жалко, но делать нечего, пришлось снова менять местожительство. Молочную корову продали сразу же. Мебель также оставили, взяли только носильную одежду. Мебель сколотили на новом месте. Оттуда переехали одновременно восемь семей.
Пока жили в Мауке, поменяли разные дома. Последний домик давно списанным считается, и нет его давно на балансе, а только после долгих обещаний ничего не откололось на ее долю.
Начальником лесопункта тогда был Уфимцев Иван Александрович, у которого Нина поинтересовалась, сколько можно будет здесь проживать. На что тот ответил, что лет десять точно неплохо проживете. И вот уже пятьдесят седьмой год пошел, как она проживает в поселке. Приехала молодой тридцати- трехлетней женщиной, а уже в новом следующем году будет отмечать, даст бог, свое девяностолетие.
При первой встрече я тоже убеждала ее, что приехала только на три года, как положено, отработать после окончания вуза. И сама уже проживаю здесь тридцать третий год.
Мы с ней, не сойдя с места, проговорили ровно четыре часа. Так легко и приятно было беседовать с этой удивительной женщиной, что не чувствовали усталости ни она, ни я. В конце беседа велась за чашкой чая.
Это судьба не только Нины Васильевны Холодилиной, в девичестве Дубовицкой. Это судьба всех наших русских и нерусских женщин. На их плечи легли все тяготы военной поры, которые они с мужеством и храбростью, трудолюбием выдержали, работали не за деньги, а на двести граммов муки, которая считалась нормой.
PS Тетя Нина дожила до 90 лет, потом ее не стало. Я рада, что успела вовремя встретиться с ней и узнать многое из ее судьбы и ее родных. Пусть земля будет ей пухом!
Кому понравился рассказ, ставьте, пожалуйста, лайки и подписывайтесь на мой канал. Буду рада общению с вами. И благодарю за внимание и прочтение.