Аромат цветов витал по комнате. Он был не таким сильным, как день назад, два, три. Это были розы, которые он подарил ей. Они отдавали последние вздохи своей краткосрочной жизни ради неё... Стояли где-то там, на комоде у стены. Они были от него, они прекрасные, они скрашивали её мучительное время без него. Без его рук, без его тепла, без его поцелуев... Она хотела увидеть его хотя бы на минутку, но она знала, что минутка - это мало. Им нужно больше! "Тррр" - внезапный звонок в дверь. В этот день она была одна, родители веселились где-то в центре города. Она не думала, кто там, что там, почему так поздно и кто-то тревожит звонок её входной двери. Она знала - это он. Без капли страха в сердце она распахнула дверь. На пороге стоял он. Её сердце зажглось, тело получило заветную струю тепла, а глаза взмокли. Они не видели его всего неделю, но успели утратить ту жизнь, которую получали от него. Она обняла его за шею, повисла на нём и сразу же позволила губам вкусить его вкус. Ммм... Какой же сладкий был их поцелуй. Такой долгожданный и страстный. Никаких слов не нужно было - всё и так понятно... Он не отпускал её ни на секунду. Так и потащил, держа её крепко и уверенно, давая время их губам воссоединятся после столь долгой разлуки. Они вошли в спальню в танце. У этого танца нет имени, но некоторые называет его просто - любовь. Они продолжали целоваться, дыхание сбилось, сердцебиение било все рекорды Формулы 1, а их возбуждение набирало обороты. Он знал, что сегодня её вечер. Он хотел посвятить всего себя именно ей. Тёплое дыхание проходило по её лицу, оно было исследователем, который ищет своё сокровище, сокровище было прямо под носом... Он не стал томить. Снял с неё любимый свитер, такой мягкий и нежный, но до её тела ему было далеко. Незаметно исчезли её джинсы. Они были ни к чему сейчас. Затем выбыл из игры её лифчик. Грудь... Обворожительная, дивная и идеальная. Она составляла тандем его ладоням. Идеальное сочетание... Её соски уже стояли, они чувствовали его пальцы, как датчики. Он держал её грудь в ладони, другой рукой гладил талию, а параллельно продолжал играть с её языком во рту. Их языки были снежинками на зимнем ветру, одна бегала за другой. Как же аккуратно и нежно он сжимал её грудь. Он не хотел навредить, так как считал её нежным лепестком, который нужно беречь и лелеять. Плавно, очень медленно и со сложностью он всё-таки оторвал свои губы от неё. Она не хотела их отдавать, но знала - дальше будет лучше... Он не хотел спешить, отдавая последние силы её желанию. Он целовал шею, долго и нежно. Каждый сантиметр. Несколько минут спустя перешел к ключицам. Они возбуждали его больше всего, но они - не последняя точка на карте. На карте её тела... Следующим пунктом в этом путешествии стала грудь. Его губы любили отдыхать именно там, так как это место было настолько родным и близким, что ему хотелось оставаться там вечность. Он целовал каждый миллиметр, словно исследуя местность, которую он и так знал прекрасно. Она была уже на пике, а это было только начало. Но она не хотела ничего говорить, хотя в голове были грозные мысли "Возьми меня", "Спустить ниже", "Перейди к главному блюду!". Она сковывала эти мысли, а он задержался на груди надолго, зная, что любимая в восторге. Но он решил пожалеть её, перешел к животику. Он исцеловал и его, не забывая и о талии. Такой изящной и такой филигранной. "Неужели всё? Неужели он перейдёт к ней?" - проносилось в её голове. Нет. Он пропустил пункт назначения и пошел ниже. Её ноги. Если бы его спросили, что его возбуждает в ней больше всего, он бы ответил, что всё. В каком-то смысле это было правдой, но её ноги устраивали Третью мировую в его голове. Они были её визитной карточкой. О них можно было бы сочинять легенды, но не нашлось бы в мире поэта способного подобрать эпитет, который охарактеризует их сполна. Он целовал каждую клеточку её тела, одновременно даря наслаждение и мучая таким долгожданным окончанием. Ниагарский водопад не сравнится с тем, что творилось выше её колен... Он сжалился. Не каждому человеку дано чувство жалости, благо оно у него было. Соприкосновение его губ с её "Клеопатрой" не сравнить ни с чем. Можно попробовать поставить это в один ряд с палением метеорита, который уничтожил динозавров, но метеорит не принёс столько эмоций и он убил жизнь. А его губы породили её стон, который разрушил девственную тишину. Она застонала, для его уш это было песней, он знал, что на правильном пути. Его язык соприкоснулся с её киской, из-за чего она "запела" ещё сильнее... Она не сдерживала эмоции, её руки гуляли по его волосам, а стоны так и хотели сочинить что-то лучше симфонии Моцарта. Он сёрфил языком, вызывая волны возбуждения со стороны Тихого океана. Она не смогла выдержать и десяти минут. Она поддалась, сдалась, пала... Феерический оргазм был ярче фейерверков на День Независимости США. А стоны... Стоны стали криками, криками наслаждения... Он подполз к ней, лёг рядом. Она легла ему на плечо и обняла. "Я тебя люблю" - такое мягкое и ожидаемое, вырвалось с её уст. Это всё, что было нужно для его счастья. "Я тебя тоже" - истощенно ответил он. Они лежали и слушали сердца друг друга... Запаха цветов не было слышно. Цветы завяли. Сегодня был только один цветок - её.