Чемодан, дамская сумка и ноутбук. Тяжелее всего черный чемодан Samsonite, несмотря на легкую маневренность колесиков, 22 кг дают о себе знать.
В нем бережно упакованные подарки: пакет к пакету, коробка к коробке. Статус тетушки, работающей в Москве, обязывает привезти презент каждому племяннику и племяннице. Но уже предвижу диалог с мамой:
- А у тебя есть что подарить тете Машидат?
- Мам, ну не могу же я везти подарки на всю родню.
Похоже я успеваю на 6-ти часовой Аэроэкспресс. Тяжелая деревянная дверь Белорусского вокзала, рамка металлоискателя. Сначала на ленту сканера с трудом водружаю чемодан, одетый в яркий чехол, потом ноутбук, и только потом сумку, чтобы она встретила меня сразу после досмотра. Бегу по коридору. Села!
Отдышавшись после пробежки, оглядываюсь. В чистеньком вагоне Аэроэкспресса пусто и прохладно. Пожалуй, не стоит снимать пуховик. Сонные пассажиры лениво заполняют лучшие места - чтобы у окна и по ходу движения. Есть время, чтобы еще раз уточнить терминал вылета и проверить наличие уже оплаченного билета на Аэроэкспресс в приложении Wallet мобильного телефона.
Терминал B Шереметьево – мое любимое место вылета. Просторный, свободный, завлекающий дорогими магазинами,он блестит, словно новая игрушка. Жизнь в нем не похожа на суету крупного аэропорта. Пассажиропоток небольшой, сотрудники вежливые и спокойные.
- Куда летите?
- В Махачкалу.
- Багаж на ленту, пожалуйста.
Я с радостью на время расстанусь с неподъемным для меня чемоданом. «В добрый путь, мой любимый самсонайт! Надеюсь ты не улетишь другим рейсом, у тебя не оторвут ручку, не сломают колесики и не порвут чехол», - направляю мысленные пожелания моему верному дорожному спутнику.
Выход на посадку в Махачкалу я легко узнаю по людям, скопившимся около него. Серьезные мужчины в меховых шапках и дубленках, пристально осматривающие с ног до головы каждого вновь «прибывшего», молодые мамаши с колясками и детьми, один из которых обязательно грудного возраста. В дагестанских семьях минимум двое детей, а навещать с внуками родителей хотя бы раз в год – святая обязанность. Пожилые матроны обязательно в платках и универсальных длинных черных платьях, в таких удобно ходить и на рынок, и на соболезнование, и в гости. Непременный атрибут статусности - черные, длинные в пол норковые шубы. Девушки все как на подбор: выпрямленные утюжком волосы, большие темные глаза обрамляют нарощенные завитые ресницы, скулы подчеркнуты хайлайтером, губы накачены гиалуронкой, шубка из шиншиллы или хотя бы брендовый пуховик, платок от Armaniили Louis Vuitton и главный отличительный признак - высокие каблуки. Всегда выглядеть на высоте в плане внешнего оформления – таков их негласный девиз. Пристроившись за ними в очередь, я вдыхаю запах дорогого парфюма.
Место 7А. Мое любимое. A или F – мне обязательно нужно кресло около окна, чтобы смотреть в иллюминатор во время более чем двухчасового полета.
- Извините, Вы сели на мое место, - строго обращаюсь я кженщине в кардигане со стразами.
- Неужели? - щурится, разглядывая посадочный талон. А может мы с тобой поменяемся?
В Дагестане не распространено обращение на «Вы», такого местоимения нет в языках коренных народностей. Но я сама так и не научилась обращаться к незнакомым людям на «ты».
- Нет, я специально его бронировала.
Видя, мою непреклонность, женщина, поджав губы, пересаживается на другой ряд.
Холодный завтрак, кажется так обозначают в описании рейса толстую безвкусную булку с кусочком мяса (только индейка или курица, никакой свинины на махачкалинских рейсах), майонезом и полупрозрачным листом салата. Я беру ее, но для того, чтобы взять, неполную чашку кипятка в маленьком пластиковом стаканчике. Утешаю себя мыслью, что скоро наемся домашней маминой еды. Задолго до отпуска в голове давно сформировался список кафе, в которые я обязательно должна пойти с друзьями. Махачкала – это рай для гурмана!
В соседних креслах молодая интеллигентная пара, на коленях красивой девушки с пышными черными волосами ценный груз – переноска с котом.
Рука с идеальным шеллак-маникюром чуть приоткрывает дверцу.
- У него так бьется сердце!
- Как ты думаешь, это от страха или на него так перепад давления влияет?
- Может его взять на руки?
- Вряд ли разрешат в салоне самолета.
Самолет рисует круги над Каспийским морем. Оно серое и мрачное, каким полагается быть морю зимой. Белые барашки волн похожи на узорчатую шаль, накинутую на водную поверхность.
Чем ниже, тем отчетливее видны силуэты знакомых мест: вот парк с многолетними соснами на берегу моря, ресторан «Бриз», куда приезжают даже со столицы республики, чтобы поужинать, а летом на открытой веранде на расстоянии вытянутой руки бьются волны. Узкая полоска пляжа. Прямо в море словно Форт Боярд возвышается бывшийсекретный торпедный цех военного завода «Дагдизель». Эх жаль, что он по сей день недоступен для экскурсий. Мог бы стать точкой притяжения туристов. А вот и база пограничников, знаменитый экраноплан «Лунь», ТЭЦ, с советских времен странным образом соседствующая с оздоровительным санаторием.
Визуальную экскурсию прерывает диалог соседей:
- Он такой напряженный! Стал часто дышать.
- Погладь его, может ему спокойнее станет, вслед за девушкой склонился над переноской парень.
В голове крутится мысль: «Почему я не кошка у суперзаботливых хозяев?»
Поле, увядшая трава, которую не успел засыпать снег (и выпадет ли он здесь в этом году?), коровы, мирно пасущиеся за забором аэропорта. Шасси глухо стукаются о покрытие посадочной полосы, самолет чуть встряхивает, заставляя сердце нервно замереть.
- Уважаемые пассажиры, добро пожаловать в город Махачкалу! Местное время….
- Ля иляха илля ллах, - неожиданно группа бородатых мужчин в хвосте салона начинает петь нашиды.
Знакомые звуки молитвенных песнопений еще раз напоминают мне, что я прибыла на родину.