2020 год не был похож ни на какой другой. Коронавирус заразил более 67 миллионов человек, затронул 80% рабочих мест и заблокировал миллиарды.
Заманчиво представить, как бы 2020 год обернулся по-другому без пандемии. Какое дополнительное время у нас было бы с близкими? Какие дни рождения, свадьбы и вехи мы пропустили?
И хотя кризис затронул всех нас лично, он также повлиял на новостные события во всем мире, оказав влияние на миллионы людей.
Вот только четыре политических вопроса с четырех континентов, которые были изменены пандемией.
1. Выборы в США
Президентские выборы должны были выглядеть совсем иначе. Должны были быть шумные митинги и напряженные поездки вверх и вниз по избирательной трассе.
Вместо этого пандемия означала, что личные митинги были отложены, и Джо Байден принял кандидатуру Демократической партии в почти пустой комнате. Несколько участников мероприятия в Белом доме заразились, а сам президент был доставлен в больницу после положительного результата теста.
Эксперты считают, что проиграл Дональд Трамп по разным причинам, но его борьба с пандемией была одним из важнейших факторов.
«Совершенно очевидно, что последствия пандемии значительно повредили Трампу, - говорит Алан Абрамовиц, профессор политологии в колледже Эмори. По его словам, Трамп не принял адекватных мер и «в какой-то степени не одобрил» руководящие принципы общественного здравоохранения, такие как социальное дистанцирование и ношение масок, отключив достаточное количество избирателей в колеблющихся штатах, чтобы склонить чашу весов в пользу Байдена.
По иронии судьбы, добавляет профессор Абрамовиц, в кризисных ситуациях люди обычно сплачиваются за президента. «Если бы Трамп серьезно и эффективно отреагировал на пандемию, я думаю, он бы довольно легко выиграл выборы».
Пандемия также вызвала экономический спад, от которого обычно страдают действующие президенты.
Аллан Лихтман, историк, который разработал систему «13 ключей», которая правильно предсказывала каждую президентскую гонку с 1984 года, назначил выборы Джо Байдена в августе 2020 года - на основе нескольких факторов, включая краткосрочную и долгосрочную экономику.
«Это была неудачная реакция Трампа на пандемию, которая привела к его поражению», - говорит профессор Лихтман, профессор истории Американского университета. Г-н Трамп преуменьшил значение пандемии и поэтому не смог быстро локализовать инфекции, что «стоило ему краткосрочного экономического ключа и долгосрочного экономического ключа».
Covid-19 означал, что Демократическая партия перенесла большую часть своей кампании в онлайн, что, возможно, также помогло кампании Байдена.
«Байден запомнился оплошностями и ошибками», - говорит Майлз Коулман, помощник редактора «Хрустального шара» Сабато, политического аналитического бюллетеня Университета Вирджинии.
Пандемия означала, что г-н Байден занял более низкую позицию - и выборы стали «просто голосованием за или против», а не «выбором между двумя кандидатами».
Однако, добавляет г-н Коулман, тот факт, что республиканцы продолжили традиционную личную кампанию, также означал, что «Трамп выиграл у небелых избирателей в сельской местности, где у людей может быть не лучший Интернет - где вам нужно ходить от двери к двери, чтобы связаться с избирателями. "
Наконец, профессор Лихтман считает, что пандемия также помогла повысить явку избирателей за более чем столетие. Пандемия «создала реальное ощущение чрезвычайной ситуации в стране ... Я думаю, это убедило американский народ - как сторонников Трампа, так и сторонников Байдена, - что эти выборы были самым важным событием в их жизни».
2. Протесты Гонконга
В 2019 году мир охватил разворачивающийся кризис в Гонконге. В международном финансовом центре почти еженедельно происходили акции протеста в поддержку демократии, часто включающие столкновения с полицией, слезоточивый газ, а иногда и стрельбу боевыми патронами.
В то время как демонстрации вызвали осуждение со стороны Пекина и некоторых предприятий, общественность в основном выглядела сочувствующей, как показали местные выборы в конце 2019 года, когда демократические группы победили с огромным перевесом . Однако к 2020 году улицы Гонконга были в основном тихими, движение стало подавленным, а демократические законодатели либо подали в отставку, либо вообще покинули территорию. Что изменилось?
По словам студенческого активиста Джои Сиу, пандемия, поразившая Гонконг в январе, привела к снижению количества демонстраций с самого начала. «Гонконгцы осознают серьезность вируса, учитывая, что у нас есть опыт вспышки Sars 2003 года».
Однако первая и вторая волны пандемии были сдержаны относительно быстро. Аналитики утверждают, что более сильное воздействие произошло из-за того, что пандемия привела к строгим правилам проведения общественных собраний, которые также использовались для наказания людей на демонстрациях.
Виктория Хуэй, профессор политики в Университете Нотр-Дам, говорит, что власти всегда хотели остановить антиправительственные протесты, и «пандемия дала властям предлог» сделать это под прикрытием общественного здравоохранения. Несколько продемократических активистов были оштрафованы, а протесты запрещены в соответствии с принципами социального дистанцирования.
Г-жа Сиу говорит, что многие раньше были готовы рискнуть принять участие в несанкционированных демонстрациях, поскольку все еще оставался «шанс, что нас не арестуют, и шанс, что мы выиграем в суде».
«Но теперь, с запретом на публичные собрания, полиция может привлечь к ответственности любого, кто, кажется, принимает участие в продемократическом протесте, и оштрафовать вас на 2000 гонконгских долларов (260 долларов; 190 фунтов стерлингов)».
Правительство заявляет, что его правила основаны на науке и необходимы для предотвращения инфекций.
Затем произошли два важных события - введение всеобъемлющего закона о национальной безопасности и перенос парламентских выборов, которые, как многие считают, ограничили продемократическое движение Гонконга.
Закон о национальной безопасности объявил «разжигание ненависти» к правительству, призыв к странам ввести санкции в отношении китайских чиновников или использование определенных лозунгов протеста, как преступления, караемые пожизненным заключением . Пекин давно заявлял, что такой закон необходим для защиты целостности Гонконга, но некоторые утверждают, что сроки принятия закона, который, наконец, был введен в мае, «в значительной степени были определены Covid-19».
«Пекин рассчитал, что остальной мир будет озабочен», - говорит профессор Хуэй.
Влияние закона было мгновенным. Некоторые продемократические группы распались, а магазины сняли плакаты в поддержку протестующих. Активисты стали намного больше бояться протестовать, говорит г-жа Сиу.
Сторонники закона, однако, утверждали, что это необходимо для восстановления стабильности после года зачастую жестоких протестов.
Месяц спустя, на фоне третьей волны заражений, правительство объявило, что выборы в законодательные органы будут отложены на год - несмотря на то, что некоторые эксперты в области здравоохранения заявили, что все еще можно безопасно проводить опросы. Правительство заявило, что отсрочка была необходима, учитывая «огромный риск заражения», и десятки других выборов по всему миру также были отложены.
Однако правозащитные группы считали это политическим шагом, поскольку продемократические группы надеялись получить большинство в парламенте. В последующие месяцы несколько других продемократических политиков были предъявлены обвинения полицией или вообще дисквалифицированы.
В ноябре все законодатели Гонконга, выступающие за демократию, подали в отставку в знак протеста, в результате чего в законодательном органе впервые почти не было голосов несогласных.
3. Тигрейский кризис в Эфиопии
Многие за пределами Африки не слышали о Тигре, регионе на севере Эфиопии, до 2020 года.
Но в ноябре разразился конфликт между правительством Эфиопии и региональной партией, Народным фронтом освобождения Тыграя (НФОТ), в результате чего появились сообщения о сотнях погибших и более 40 000 человек, бежавших в соседний Судан. Были опасения, что боевые действия могли дестабилизировать весь регион .
Одним из факторов, спровоцировавших кризис, стало то, как правительство разрешило конституционный кризис, возникший после того, как национальные выборы были отложены из-за Covid-19.
«Отсрочка выборов - одна из основных причин этой войны», - говорит Цедейл Лемма, главный редактор Addis Standard.
При новом премьер-министре Абии Ахмеде Эфиопия взяла на себя обязательство проводить демократические реформы в 2018 году. Национальные выборы, запланированные на август 2020 года, стали первой возможностью для большинства оппозиционных групп сразиться «после десятилетий отсутствия в политическом пространстве», - говорит она. «Все были взволнованы».
«Между соперничающими группами было много политической напряженности, и хотя некоторые из них выразили озабоченность по поводу возможного насилия после выборов ... у людей была надежда, что выборы разрешат напряженность».
Когда в марте разразилась пандемия, первоначальное решение избирательной комиссии отложить голосование было принято большинством оппозиционных групп. Однако это также вызвало конституционный кризис, поскольку срок полномочий правительства должен был закончиться в сентябре.
Правительство не смогло пойти на компромисс с оппозиционными партиями относительно того, что должно происходить дальше, говорит г-жа Цедейл. Вместо этого партийный юридический совет принял решение продлить срок полномочий правительства и отложить выборы на неопределенный срок до тех пор, пока пандемия не закончится - и за это проголосовала верхняя палата парламента, которая полностью контролируется правящей партией, добавляет она. Это означало, что правительство потеряло легитимность по отношению к своим соперникам.
Комфорт Эро, директор программ по Африке в Международной кризисной группе, говорит, что «пандемия и решение, связанное с выборами, добавили масла в и без того взрывоопасную ситуацию».
По ее словам, Эфиопия уже находилась в «хрупком переходном периоде», когда возникали напряженные отношения между правительством и регионами, а также угрозы межобщинного насилия. Оппозиция расценила перенос выборов «как еще один пример того, как премьер-министр не советуется со своими соперниками и действует в одностороннем порядке».
В ответ НФОТ, у которой уже были давние трения с г-ном Абием, провела 9 сентября собственные региональные выборы вопреки федеральному правительству.
«Это была соломинка, которая сломала спину верблюда - НФОТ больше не признавала центральное правительство, в то время как федеральное правительство отказалось признать НФОТ - они вступили в фазу взаимной делегитимизации, и после этого война стала вопросом того, когда , - говорит г-жа Цедейл.
Эфиопские войска захватили столицу Тыграя в конце ноября, объявив о победе, но боевые действия продолжаются в некоторых частях региона, и ООН предупредила об «ужасающем воздействии на мирных жителей». Конфликт - это «трагический и печальный исход ... мы упустили прекрасную возможность построить политику, основанную на консенсусе», - говорит г-жа Цедейл.
4. Политический кризис в Израиле
В апреле политические обозреватели начали говорить, что пандемия «спасла» политическую карьеру Биньямина Нетаньяху .
Г-н Нетаньяху только что был приведен к присяге на пятый срок в качестве премьер-министра в правительстве единства со своим соперником Бенни Ганцем. Страна находилась в состоянии политической неопределенности почти год - несмотря на то, что в период с 2019 по 2020 год было проведено три выборов, - поскольку ни у одного блока не было достаточно мест для формирования правящей коалиции.
Фактически, на последних мартовских выборах г-н Ганц был приглашен сначала сформировать правительство , так как его поддержало незначительное большинство депутатов, объединенных целью свергнуть Нетаньяху.
Однако у оппозиции «возникли трудности с формированием правительства, потому что они представляли очень широкий круг партий - от правых националистов до левых коммунистов», - говорит Аншель Пфеффер, обозреватель газеты Haaretz.
Затем началась пандемия, когда Нетаньяху все еще выполнял функции временного лидера.
«Люди внезапно почувствовали чрезвычайное положение, и Нетаньяху взял на себя ответственность за политику Covid, заявив, что он единственный, кто руководит страной в чрезвычайной ситуации», - говорит Пфеффер. «Пандемия произошла в самый подходящий для Нетаньяху политический момент - она, безусловно, помогла Ганцу присоединиться к нему еще больше».
Ганц, который поклялся никогда не сидеть в правительстве с Нетаньяху в качестве премьер-министра, защищал свой разворот, говоря, что «сейчас ненормальные времена».
Согласно условиям правительства единства, г-н Нетаньяху и г-н Ганц будут сменяться премьер-министрами, а г-н Нетаньяху будет первым. Многие расценили это соглашение как победу Нетаньяху, который бросил вызов призывам оппонентов уйти в отставку после того, как несколько месяцев назад ему было предъявлено обвинение в коррупции. Он отрицает обвинения во взяточничестве, мошенничестве и злоупотреблении доверием.
Пандемия дала Нетаньяху передышку, говорит дипломатический корреспондент Globes Таль Шнайдер. «Вся закулисная проблема - это уголовный процесс - он просто хочет выиграть больше времени».
В отличие от этого, добавила она, г-н Ганц больше не представляет политической угрозы, поскольку считается, что он «обманул своих избирателей» и свою базу, присоединившись к Нетаньяху в правительстве.
И правительство единства просуществовало недолго - всего восемь месяцев спустя оно рухнуло из-за спора из-за государственных бюджетов.
В марте израильские избиратели пройдут четвертые выборы за два года, и Нетаньяху пообещал вернуться с «огромной победой».