В этой истории я был, скажем так, циничным посредником. Впрочем, я заботился о той благополучии семьи - как мог.
Начало истории, я, к сожалению, знаю, без точных подробностей. В зиму с 1941 на 42, немецкие каратели, ещё неопытные тогда, расстреляли деревню, жителей перебили прямо в домах... Кто-то пытался убежать, их загнали обратно в дома, подстрелили, а деревню подожгли огнемётами. Из-за снега, холода и ветра, деревня выгорела не целиком, а, как бы сказать... До колен. Пол и пара венцов от домов сохранились. Кровь жителей запеклась на полу, а самих их... Обжарило. Около ста человек. Выжило две семьи - почему, не знаю. Из остатков домов, один старик, несколько баб и дети собрали дом.. Пришлось раскатить остатки сгоревших изб, наскоро стащив родных - а в деревни все были роднёй - в сторону. Почему не ушли - идти можно было в лес, а там было не выжить, или в соседние деревни, а там были немцы, и... Побоялись, что их, просто убьют. Старик помог собрать один дом, подрубив венцы из разных изб, и наладив наскоро крышу, сняв остатки с несгоревших сараев, бань и кузни. До весны дожили одна женщина, и двое детей. Как дожили, чем, почему не все - не знаю. Все они - дальняя родня. Ещё год они как-то жили в том же доме, что-то посадили - ям с картошкой на посев было много, и всю осень и часть зимы рыли картошку и пекли, дров хватало... А весной пришли наши. Фронт прошёл быстро, за пару ночей - их даже особо не допрашивал спецотдел, они считали, что деревня мертва, и одна полуседая женщина и двое белых от недоедания детей их не заинтересовали. Оставили какие-то документы, велели сообщить о себе в райцентр и в соседний колхоз, и ушли.
До 45-го, победного года, эта странная семья жила в том же доме, изредка выбираясь в райцентр, чтобы получить документы, кой-какие товары и поучить еду по карточкам. Весной 45-го в пустую деревню вернулись мужики с войны. Многие сразу ушли... Похоронить всех жителей, как положено, двое детей и одна женщина просто не смогли - стащили тела в картофельные ямы, но они неглубокие, да и закопать их было сложно... Но кто-то остался. Построили дома, стали обживаться. Семья так и осталась жить в том доме...
О истории я узнал случайно. Приятель пытался начать работать риэлтером, и ему предложили помочь продать дом в деревне. Дом был... Ужасен. По словам друга, в нём было так плохо, что семья, живущая в нём, хранила молоко в отдельном сарае - в доме оно скисало за ночь. Друг попросил съездить и посмотреть.
Я приехал - относительно неглубокое северное подмосковье - и пообщавшись с хозяевами, осмотрел дом. Самое жуткое, что кровь их родных, всё ещё можно было найти на досках и брёвнах. Они - семья - переехали из той деревни, ближе к столице, и... И перевезли с собой свой дом.
Я не некромант. Я не работаю с мертвецами. Это не мой профиль, но... Но дом КРИЧАЛ. Каждая его доска, бревно, половица КРИЧАЛА. Кровь взывала о мести, боли и неупокоенных родных.
Я выдержал в доме всего несколько минут. Мне просто стало плохо, и я впервые, за долгое время, испугался, что упаду в обморок и... И меня не догадаются вынести из этого жуткого ДОМА.
Из дома я буквально выбежал, и только отбежав метров на тридцать - там был сарай, и какие-то хозяйственные постройки - упал на землю. я бы полз от этого дома, но сил не было.
Семья хотела продать дом и огромный пустой кусок земли вокруг. Никто не брал, даже за бесценок. Стоило покупателю зайти в дом, как желание остаться хоть на минуту в этом месте покидало самых ярых материалистов и атеистов.
Я, уехав, кинул в сети клич среди некромантов и некромагов Москвы. Просил небольшой процент за указание адреса. Продать дом ковену или ордену некросов, как-то выкупить тот кровавый долг, размазать Долг на многих юных идиотов и их семьи и Рода... Что-то иное сделать с таким домом было невозможно. Обидчики мертвы или в Германии. Разыскивать не упокоенных родных по картофельным ямам и подвалам? Сжечь - нельзя. Это было как некрополь. Самое разумное - забыть, что он есть и оградить место невниманием. Но Долг - звал меня тогда.
Чем кончилась история, я так не узнал. Просто перестал интересоваться. Сцепив зубы перестал читать ответы, и игнорировав звонки. Меня угнетала сама мысль, сколько крови единовременно убитых невинных людей, взывало... О чём? К кому? И я, невольно, дал этим душам надежду.
Меня цепляло ещё с год, а потом отпустило. Не знаю, почему, и знать не хочу. Есть двери, в которые нельзя входить, книги, которые нельзя читать, и долги, которые нельзя отдать.
Может быть я слаб. Может быть. Но... То, что мне снилось в тот год... Пару лет назад, я видел огромный водопад... В Кисловодских горах. В своих снах я видел похожий. Из крови врагов. Я не был готов тогда, не готов и сейчас. Я хочу прожить жизнь без войны, мести и вечной неутолимой жажды мести.