Внимательно вчитывайся, брат мой, в эту правдивую и разумную книгу, чтобы с твоими детьми не случилась та беда, от которой стонут и гинут родные нам Галичане.
ГАЛИЧАНЕ.
Вверху справа в шляпе — Гуцулы.
» слева — Лемковцы.
Внизу справа — Словак.
» слева с книжкой — Всхидно-Галицкий Русин.
Как живется Галичанам под конституцией.
Когда в половине XIV века Галицкая Русь захвачена была польским королем Казимиром, называемым польскими историками «Великим» *), в этой искони русской области было одно русское население: русское крестьянство, русское мещанство, русские торговые люди, русское духовенство и землевладельцы — дворяне с боярством сильным и богатым. Народ не знал крепостного состояния, и Галицкая Русь, достояние русскаго князя Владимира святого, была самой богатой русской областью.
Казимир Великий нанес Галицкой Руси тяжелый удар. При нем от древняго русскаго боярства остались лишь следы. Он наметил ту политику относительно галицко-русских городов, которой придерживались, как он сам, так и ближайшие его преемники, чтобы посредством немецкаго, так называемаго «магдебургскаго» права придать галицко-русским городам чужеземный характер. Неменьше зла причинили этому русскому краю и преемники его. Владислав Ягайло полюбил Галицкую Русь за то, что он мог в ней свободно распоряжаться и, пользуясь этим правом, он стал раздавать земли, села и города польским панам, чем положил начало польскому землевладению в Галицкой Руси. По его следам пошли и преемники его. Польские паны, приходя в Галицкую Русь нередко с вооруженной силой и, помогая друг другу, нападали на соседния имения русских владельцев, отнимали у них эти имения, или грабили и раззоряли, жителей же подчиняли себе, а других разгоняли ни с чем, равно как и самих владельцев. Таким образом, число русских дворян, русскаго владельческаго класса, быстро уменьшалось в Галицкой Руси, а число польских панов и шляхты все более и более росло, и господствующим, преобладающим сословием в русской области становились поляки-латиняне,
----------------
*) К этому времени в Галицко-Волынской Руси не стало своих природных русских князей; старшая ветвь рода Даниила Романовича прекратилась; некому было отстоять Галич, хотя из-за него много лет боролся литовско-волынский князь Любарт с польским королем, но последний был сильнее, и Галицкая Русь была захвачена им и с тех пор потеряла свою независимость.
4
пока к нашему времени не осталось в крае ни одного русскаго помещика. Вместе с польским панством в крае настало и закрепощение крестьян.
Когда край перешел в 1772 г. к Австрии по первому разделу Польши, которую сгубили: ея конституция, иезуиты и жиды, народ русский в Галицкой Руси был в полном закрепощении. Император Иосиф II, объезжая в 1774 г. вновь приобретенный край, писал к своей матери, Императрице Марии Терезии: «Наша Галичина преисполнена самой лучшей воли, но здешний крестьянин такой несчастный, что лишь наружностью напоминает человека». Это было «быдло» польскаго пана.
Иосиф II сознавая, что произведение сырых продуктов (непосредственныя произведения земли) составляет благосостояние края, считал своим долгом освободить, по возможности, труд земледельцев от притеснений, что и сделано было им между 1775 и 1781 годами. Панщина была значительно облегчена, указом же от 11 Февраля 1789 г. крестьяне сделались собственниками занимаемой ими земли, которую помещики отнять у них не могли.
На крестьянских землях тяготел лишь правительством определенный сервитут *) труда в пользу помещика. Взамен этого крестьяне имели сервитут на помещичьем имении, в силу котораго помещик обязан был отпускать крестьянину из своих лесов известное количество топлива и строительнаго материала и, сверх того, позволить пасти крестьянский скот на своем пастбище. Еще раньше, именно указом от 10 сентября 1782 г., правительство Иосифа II отдало все леса, принадлежавшие громадам, под надзор и в управление помещикам. Крестьяне могли из своих собственных лесов брать дерево лишь с согласия помещика. Эта мера имела целью ограждение крестьянских лесов от истребления. Однако помещики вывели из права надзора право собственности и стали считать не только леса, но и луга, пастбища и пашни, находящиеся в тех лесах, своею собственностью. Конечно, правительство приказало старостам (начальникам уездов) брать крестьян в свою опеку, но они в этом отношении ничего не могли сделать, ибо дело должно было итти судебным порядком, на который старосты не имели влияния.
Императорский указ от 11 Апреля 1848 г., уничтоживший крепостное право в Галичине и во всей Австрии, закреплял за крестьянами ту землю, которой они владели в минуту обнародования Императорскаго указа. Вследствие этого уже при самом освобождении крестьян образовался неимущий класс, не получивший никакого
---------------
*) барщина.
5
надела. Число таких крестьян определяется 7/9 всего населения Галичины.
В октябре того же 1848 г. «Главная Русская рада», как представительница галицко-русскаго народа, приготовила прошение (петицию) в державную думу по делу сервитутов и незаконнаго захвата помещиками крестьянских земель.
На сейме в Львове 1861 г., по возстановлении конституции, возникли самые горячие споры по вопросу о сервитутах, Комиссия, назначенная в 1848 г., должна была определить цену крестьянскаго труда в пользу помещика и цену крестьянскаго сервитутнаго права в помещичьих лесах и пастбищах, и путем вознаграждения обеих сторон освободить земли крестьян и помещиков от взаимных повинностей. На сумму, определенную помещикам в размере 90 миллионов 795 тысяч 277 гульденов (семьдесят пять миллионов 106 тысяч 221 р.) помещики получили процентныя бумаги. Принимая цену всех галицких поместий в 134 миллиона гульдена, с присоединением к этому 63 миллионов долга, видим, что цена панщины определена в 70% этой суммы, и, таким образом, утрата панщины была очень выгодна для помещиков. Иначе были вознаграждены крестьяне за свои сервитутныя права, лежавшия на помещичьих лесах и пастбищах. Топливо для отдельных хозяев, например, исчислено было в 8 1/2 крейцеров (около 7 коп.) и даже менее в год: число имевших право пользоваться лесным сервитутом, показывалось неверно. Например, в одном селе (Каменке Волошской), вместо 1050 домохозяев, признали лишь 319, которым присуждено было вознаграждение за три воза топлива по 22 1/2 крейцера (18 коп.) Всюду крестьяне жаловались.
Указом от 5 июля 1853 г. и распоряжением от 19 ноября 1857 г. помещику предоставлена была свобода вознаграждать крестьян наличными или землею. Сверх того закон постановил, дабы в случае, если отягощенная сервитутом земля помещика не давала столько дохода, чтобы из нея можно было, без ущерба для возделывания почвы, удовлетворять притязания крестьян, последние довольствовались и меньшим вознаграждением. Такого преимущества закон не признавал за крестьянскими землями. Помещики делали из него широкое употребление и всегда отговаривались малодоходностью своих земель.
Крестьяне требовали за свои сервитутныя права землю,— помещики давали им ничтожныя суммы наличными. Цена помещичьих сервитутных прав исчислялась по современной цене труда и плодов земли (в это время, в Крымскую войну — 1853-1854 г. —
6
цены на все были высоки); цена же крестьянских сервитутных прав исчислялась по цене 1835-1845 годов, когда хлеб, топливо и лес были очень дешевы.
В правительственном распоряжении было даже сказано, что сервитутное право помещика можно оценить по выгодам, которыя оно могло ему принести в будущем!... После указа 1853 года сервитут церковных доходов и школ не мог быть отменен. Однако, в Галичине областная администрация, по поручению наместника графа Голуховскаго, исключила из этого постановления греко-католические русские приходы, и помещики могли за лес и пастбища русским священникам определять какое им было угодно вознаграждение. Многие помещики, однако, не воспользовались таким правом. Сверх того, помещики, расчитывая на повышение цен за землю, опять стали захватывать крестьянские участки. Особенно отнимали они у крестьян участки, расположенные среди леса. Если вблизи панскаго леса крестьянские луга поросли корчами, пан считал их к лесу.
Отмена сервитутов произвела коренной переворот в экономических отношениях Галичины. Крестьянину вдруг отказали совершенно в пастбище, или требовали высокой платы за каждую штуку скота. Крестьянское хозяйство разстроилось. В новейшее время у одиноких крестьян, в особенности на Подолии, нет даже одной коровы. Владельцы больших имений улучшили свое хозяйство, крестьянин — свое раззорил. Но что возмутительнее всего было — это то, что помещик требовал от крестьян за воз дров 2-3 гульдена (1 р. 60 — 2 р. 40 к.), а тот же воз был оценен для крестьянина при отмен сервитутов в 8 1/2 крейцеров и меньше, т. е. в 23 1/2 - 35 1/2 раз меньше. Сверх того, способ хозяйства его был прежде натуральный. Наличными он платил лишь государственную подать; помещику же за лес и пастбище работал, даже священнику за похороны и свадьбу платил телятами и коровами. Вдруг у него потребовали за все гроши: государству плати удвоенный, и вскоре затем и утроенный налог, помещику плати за дрова, лесной материал и пастбище, учителю плати также наличными. Галичина почувствовала крайний недостаток в деньгах, и еврейская лихва развилась в ней до чудовищных размеров. Многие жиды нажили лихвою столько капиталов, что впоследствии могли покупать поместья. Они брали от 1 гульдена лихвы по 5-10 крейцеров в неделю, то есть 250%-500%. Крестьянин, взявший у жида весною корец жита, отдавал осенью два корца. Гуцулам, жителям гор, жиды уступали корец кукурузы, стоивший 5 злотых, за 18 злотых, и сверх того брали еще лихву.
7
Жиды брали с крестьян векселя, сами произвольно вписывали должную сумму, и место уплаты долга устраивали так, чтобы крестьянин не мог явиться для своей защиты в суд. Например, на векселе крестьянина из окрестности города Львова они вписывали как место уплаты Черновицы и посредством черновицкаго суда требовали уплаты. Для Львовскаго крестьянина путешествие в Черновицы, куда не было еще железной дороги, было просто невозможно. Таким образом, не один должник, занявший 5 злотых, должен был уплатить 200-300 злотых.
Вследствие недостатка путей сообщения, вывоз сырых продуктов был затруднен, и крестьяне, нуждаясь в деньгах, продавали хлеб и скот за безценок. Тогда-то стали одни жаловаться, что отмена панщины не принесла им добра, другие стали домогаться права дальнейшаго пользования помещичьими лесами и пастбищами. Отнятие пастбищ сделало нищими жителей гор, особенно гуцулов, которые до того жили одним скотоводством: лишение пастбищ, которыми они владели на правах собственности с незапамятных времен, со времени их поселения, было лишением их куска насущнаго хлеба. На лугах гуцула водворился жид, а прежний владелец лугов, гуцул, пасет стада жидовския.
Желая спасти себя от раззорения, крестьяне возбудили тяжбы с помещиками, и таких тяжб возникло до 32 тысяч. Крестьяне поодиночно и громадами отправлялись пешком в Вену с жалобами к Императору и возвращались, не добившись, конечно, аудиенции у «конституционнейшаго» монарха, не имеющаго обыкновения принимать депутации от своих славянских народов. Ведение тяжб обходилось громадам от 2 до 3 тысяч гульденов. Исчисляют, что крестьяне и помещики израсходовали на тяжбы до 30 миллионов гульденов, из чего более половины приходилось на долю крестьян. Так крестьяне, лишенные леса и пастбищ, кроме вознаграждения за панщину (сверх 90 миллионов гульденов), обременились еще долгом на тяжбы, приблизительно от 15 до 20 миллионов гульденов.
Крестьяне стали хлопотать на Львовском сейме в 1861 г. об учреждении особаго суда для решения споров о сервитутах, но помещики этому воспротивились, а один из них сказал: «Человеческая справедливость, происходит ли она от правительственной власти, или от мирового суда, или от суда присяжных, не может быть совершенна. Один Бог справедлив». На том помещики и успокоились.
В 1882 г. во всей Восточной Галичине менее двух моргов земли (1 десятины) имели 215 тысяч 997 крестьян; от 5 до 10
8
моргов (2 1/2—5 дес.) — 193 тысячи 71 крестьянин; от 10 до 20 моргов (5—10 дес.) — 188 тысяч 458 крестьян, от 20 до 50 моргов (10—25 дес.) — 60 тысяч 676 крестьян, от 50 до 100 моргов (25—50 дес.) — 4 тысячи 194 крестьянина. Всего же имели земли 659 тысяч 396 крестьян из 3 миллионов 220 тысяч всего крестьянскаго населения, т. е. около 1/5 населения. А так как в плодородной местности 10 моргов (5 дес.) и в неплодородной 20 морг. необходимы для существования крестьянской семьи, то смело можно утверждать, что более половины крестьян, владеющих землею, принуждены искать заработков на стороне, и, в случае их недостатка,— недоедать и даже голодать. Вблизи городов крестьяне могут найти себе заработок в городе, но живущие подальше от городов находят заработок только у помещика, поляка или жида, у которых нанимаются за поденщика, нередко за 10—20 крейцеров (8—16 коп.).
Беднота населения служит причиной, почему помещики и правительственная власть могут производить выборы в сейм, в поветовыя рады, и государственный парламент по своему произволу, и крестьянское население не пользуется вполне своими конституционными правами. Русские и польские крестьяне очень выносливы в лишениях и крайне бережливы, если они только не пьяницы. Польский мазур превосходит бережливостью галицкаго русскаго крестьянина. Он тщательно сберегает каждый грош, меняет его на банковые билеты и прячет их в старом молитвеннике, который хранится у него где-то в укромном месте. Если сбережет порядочную сумму, думает о покупке земли. Если он не находит ея в своей местности, то ищет ее в русской Галичине. Ежегодно много мазуров поселяется в Восточной Галичине и тем пролагает путь к ополячению края. Так как галицкий крестьянин кормится скудно, то вследствие этого он малосилен, и фабриканты и заводчики приглашают иностранных рабочих, немцев и чехов. Галицкий средний крестьянин ест: черный хлеб, борщ (без мяса), картофель, капусту, горох, фасоль, лук,— мясо же видит лишь раз в год, в Светлое Воскресенье, и то не всегда и не всюду; бедный же и того не имеет, питается хлебом и луком.
Прежде в Галичине было много рыбы, и она составляла пищу для населения; теперь ея нет, и лишь предание указывает на места, где раньше водилась рыба. Да если бы она и была, то крестьянин не мог бы ею пользоваться, так как законом краеваго сейма крестьянин не пользуется правом ловли рыбы в реке, на берегу которой он живет, он не может даже выкупаться в этой реке; правом этим пользуется арендатор участка реки. Тот
9
же закон запрещает крестьянину убивать зверя на своей земле: зверь принадлежит арендатору охоты. Ловецкий же закон предоставляет это право лишь тому, кто возьмет в аренду не менее 200 моргов земли. Крестьянину же это не под силу.
Податная система и враждебное к крестьянам отношение польской власти не дают им развить промышленности и торговли, убивая даже и кустарный промысел. Крестьяне, знающие ремесло — сапожное, столярное, слесарное, кузнечное, не могут устраивать своих мастерских, так как весь заработок ушел бы на уплату промысловой подати. Едва крестьянин займется каким-нибудь изделием, как староство (уездное управление) тотчас же налагает на него промысловую подать, поглощающую весь его доход, а между тем, промысловая и торговая способность есть у галичан. В Подольских округах и на Покутье делаются ковры, во многих местностях есть домашние гончары. Бойки (одно из горных племен галицких) из Синоводка завладели торговлей плодами в целой Галичине и даже за ея пределами. Для ведения торговли они образуют товарищества, в роде наших артелей, члены которых в Львовской церкви св. Николая приносят присягу в том, что будут добросовестно вести свое дело.
В торговле галицко-русское население встречает самыя большия затруднения. Так, когда некий Баландюк из Ляцкаго стал торговать церковными ризами, Золочевский староста Родер, забрав его товар, запретил торговлю и даже бросил его в тюрьму со словами: «Москаль, бунтовщик! Так долго буду тебя душить, пока не уйдешь из Ляцкаго!»
В Бурканове, близ Висневчика, некий Иосиф Былов открыл лавочку. К нему стали придираться и вовлекли его в тяжбу, которая довела его до раззорения. Семен Снегурка из Хлиневки сделал для себя сани, ценою в 2-3 гульдена (1 р. 60 — 2 р. 40 коп. ), за что должен был заплатить налог в 24 гул. (около 20 руб.), хотя он вовсе не ремесленник. На Федю Горника в Старых Богородичнах наложили заробковую подать в 400 гульд. (320 руб.), хотя он не знает никакого ремесла.
Поветовыя (окружныя) кассы не хотят давать ссуды тем русским, которые обезпечивают свое имение в русском страховом обществе «Днестр". До чего стеснительны в Галичине налоги доказывает такой закон, что крестьянин, зарезавший корову или теленка по случаю свадьбы в своем доме, обязан заплатить акцизную подать жиду, арендующему продажу мяса в уезде.
Податное бремя главным образом ложится на крестьянине и на низших сословиях в виде акциза, пошлин на съестные про-
10
дукты, домашнюю птицу и скот, при ввозе в местечки и города, земельной и домовой чиншевой подати. Густо разбросанныя заставы на земских дорогах и мостах дополняют картину податного гнета в Галичине.
Законом 1869 г. Государственнаго парламента в целом государстве должна была быть проведена оценка доходов с земли, в целях установления земельной подати. Деятельностью краевых 1) и поветовых 2) комиссий, составленных для этой цели, руководила главная комиссия в Вене. На 600 человек галицкой комиссии было лишь 24 крестьянина: в русской Галичине — 8 крестьян и 2 священника, остальные члены были из среды крупных помещиков, которые защищали лишь свои интересы. Последствием такого состава комиссии было то, что, например, доход с лесов, находящихся в руках шляхты, был оценен весьма низко, и вообще часть земли шляхты совсем освободилась от причитающагося на ея долю податного бремени, которое пало на крестьянскую землю. По имеющимся сведениям, из 25 миллионов 160 тысяч гульденов общих поземельных доходов Галичины должно было выпасть на крупныя имения 10 миллионов 819 тысяч гульденов 3), на крестьянския же земли — 14 миллионов 341 тысяча гульденов. Однако, комиссия определила с больших имений 7 миллионов 735 тысяч гульденов, с крестьянских же земель — 17 миллионов 425 тыс., то-есть уменьшила шляхте 3 миллиона 85 тысяч дохода, причислив таковой к доходу с крестьянской земли. В 1881 г. установлена была земельная подать в 22 7/10% с чистаго дохода. Таким образом, крестьяне платили за крупных землевладельцев ежегодно 681 тысячу, то есть сумму, на которую можно было бы содержать, по крайней мере, 2000 народных школ.
Крупная промышленность пользуется также в Галичине, как и во всей Австрии, особым покровительством: так один метрический центнер (6 пуд.) каменной соли, добыча котораго обходится в 58 1/2 крейцеров (47 коп.), продается потребителям по 8 гульд. 50 крейц. (6 р. 80 коп.), фабрикам же и заводам в Силезии и Моравии за 30-50 крейц. (24-40 коп.), еврею Гутману,— даже за 25 крейц. (20 к.).
Для погашения постояннаго дефицита (недочета) в бюджете (прих.-расх. смете) государства, в 1888 г. акциз на водку поднят на 35 крейц. на гектолитр спирта, при чем, во избежание конкуренции между винокуренными заводами, определяется ежегодное количество спирта, выделываемаго каждым из них. Повышение винокуреннаго акциза и
-----------
1) Край — область, губерния.
2) Повет — уезд.
3) Гульден — 80 копеек.
11
затем последовавший выкуп в Галичине пропинации (торговля водкой) у помещиков в пользу края, имели последствием то, что новые налоги должны были поднять цену на водку, и содержатели корчем, исключительно жиды, стали разбавлять водку водой и придавать ей одуряющия и раздражающия свойства посредством мочения в ней табака и одуряющих растений, растворения в ней перца, квасцов и других раздражающих, вредных для здоровья веществ.
Дорожный закон, изданный сеймом в 1884 г. и утвержденный правительством в 1885 г., определяет, чтобы каждый, у кого есть хоть маленькая хатка на селе или в местечке, работал на громадской дороге шесть дней, или за работу платил деньгами; помещик же доставлял бы материал из своего леса стоимостью в 5% додатков к непосредственным податкам (т. е. добавление к податкам). Вычислено, что крестьяне и мало-мещане дают на общинныя дороги один миллион гульденов работою или деньгами, помещики же лишь 32 тысячи гульденов, хотя они владеют почти 40 процентами всей земли, следовательно, несколько меньше половины. В Стрыйском повете, например, крестьяне и мало-мещане уплатили на дороги в 1888 г. 18 тысяч гульд., помещики же — всего 1.200 гульд., тогда как должны бы уплатить 7.200 гульд. Обстоятельство, что бедный бобыль, халупник, в несении дорожной повинности сравнен с владельцем 100 моргов (50 десятин) земли, а помещики почти освобождены от содержания громадских дорог, вызвало волнение среди крестьян Западной Галичины и в некоторых местах Восточной.
До 1887 г. из государственной казны уплачено помещикам в Галичине 75 миллионов гульд. в вознаграждение уничтоженной панщины. В этом году государственный парламент отказал в дальнейшей выплате, и последнюю принял краевой сейм, для чего потребовалось увеличить налоги, так называемые «додатки до податков», на краевыя потребности, и в 1893 г. — поднять непосредственныя государственныя подати на 68% (т. е. на каждый рубль прибавить 68 коп.). В это время большая половина краевых доходов употреблялась на уплату краевых долгов. Если считать подати, платимыя государству, налоги на содержание краевых властей и издержки на управление общин (громад), далее — на содержание духовенства, врачей, натариусов и т. д., то получится около 100 миллионов гульд. на содержание лиц, предающихся умственным занятиям. Цену же производительности в Галичине исчисляют в 341 миллион гульд. Таким образом, на содержание 6 миллионов населения,
12
занимающагося производительным трудом, приходится 241 миллион гульд., т. е. 40 гульд. на душу, что, конечно, недостаточно.
В 1880 г. оказался у помещиков крайний недостаток в деньгах. Они продавали за безценок жидам леса, уступали крестьянам часть своей земли, кредитныя учреждения были буквально засыпаны их векселями. Выкуп пропинации должен был доставить шляхте новые капиталы свыше 63 миллионов гульд., которые, как новый долг, лег на Галичину. Собственником пропинации в селе и местечке стал край, управителем же — его краевой отдел, который продажу питей в селах и местечках отдавал в аренду обыкновенно помещику, прежнему собственнику; помещик же сдавал свое арендное право жидам. Утверждают, что многие из шляхты получили от своих под-арендаторов столько чинша, что из него выручили свой прежний доход, какой имели до выкупа пропинации. Но не все помещики состоят арендаторами, некоторые даже устраняют из своих сел шинки.
Но выкуп пропинации помог не надолго. Последнее время помещики из мелкой шляхты опять задолжали в банках, и долг их растет страшно. В 1905 г. он возрос до 250 миллионов. Крестьянское же землевладение обременено долгом в 50 миллионов.
Галичина считается страной земледельческой, однако, в западной Галичине спросите, откуда мука?— «Из Венгрии».— Если по дороге встретите возы с зерном для мукомольни и спросите: «откуда эта пшеница?» — «Из Венгрии».— В городах Западной Галичины продают даже печеный хлеб, привозимый из Моравии. Если зайдете в Западной Галичине в лавку с огородной зеленью и спросите: «откуда эта цветная капуста, яблоки, груши?» — «Из Тироля, из Вены, из Моравии, из Силезии». С наступлением лета бойки (русские горцы) и жиды по всем городам Галичины продают венгерския вишни и черешни, и осенью — венгерския сливы. С 1899 г. во всей Галичине продаются италианские апельсины по 2 крейц. штука, а галицкия яблоки той же величины по 5-6 крейц. штука, а часто нельзя его и найти. А, между тем, климат и почва Галичины благоприятствуют развитию плодов и овощей.
Рыбу привозят в западную Галицию из Силезии и других мест и продают за баснословную цену.
Галицкая почва дает лишь третью часть того, что дают Чехия и Моравия; даже благодатнейшия места в Галичине не дают того, что дают земли в западных провинциях Австрии. Причиной этого — недостаток в просвещении и в сельско-хозяйственных знаниях у крестьян и обычай у помещиков сдавать земли в аренду жидам, которые стараются извлечь из земли за время аренды как
13
можно более выгоды, а по окончании срока аренды возвращают ее совершенно истощенною. Из крестьян держит лошадей тот, кто владеет не менее 5—6 моргами лучшей земли (2 1/2 — 3 дес.). Владеющие меньшими участками нанимают лошадей для своего хозяйства у более богатых хозяев, и вследствие того не могут в свое время ни хорошо возделать почву, ни во-время убрать хлеб. Земледельцы жалуются на страшное обременение земли налогами.
В Галичине земледельцы платят: 1, от чистаго дохода, определеннаго казной, 22 7/10% поземельной подати, затем идет «додаток» на потребности края, в размере 68% с поземельнаго налога (что составляет еще 14% с дохода), еще известный % додатка на потребности повета (до 20% с поземельнаго налога), за тем еще додаток на потребности громады,— все это вместе составляет до 57% с поземельнаго дохода (57 коп. с рубля), то есть более половины.
Сверх всего того, что платит крестьянин, он должен еще строить и поправлять школьныя здания, приходския здания и церковь, платить подать за свою хату (домово-классовая подать) и исправлять дорожную повинность. Хорошо, если урожай, но если случится град, засуха, наводнение, появятся на полях мыши или вредныя насекомыя, то крестьянин раззорен.
Такое печальное положение русскаго крестьянина ведет к тому, что они десятками тысяч уходят на заработки в Россию, Румынию, Германию, Угрию, и переселяются в Америку. Число галицких крестьян, отправляющихся на временныя работы за границу и переселяющихся в Америку навсегда, доходит до 150 тысяч в год. До 1903 г. продававшияся помещиками поместья покупали русские крестьяне при содействии банка, организовываясь под руководством священников и адвокатов, в товарищества. После покупки имения, крестьяне делили его на участки и разбирали их между собою. Когда такого рода покупки стали повторяться чаще, польские политики увидели, что полякам в восточной Галичине угрожает ослабление. Это обстоятельство и было одною из причин следующаго постановления: помещики, вынужденные продавать свои имения, не смеют допустить перехода их земли в русския руки. Они обязаны продать свою землю исключительно польским крестьянам. Это постановление вызвало следующия последствия: банки, в том числе и краевой, основанный на счет края, следовательно, и на счет русскаго крестьянина, составляющаго половину народонаселения всей Галичины,— отказались выдавать русским крестьянам ссуду на покупку имений; одновременно с этим, поляки основали во Львове «парцелляционный банк,» который занимается исключительно покупкой
14
имений и перепродажей их польским крестьянам. Так как однако в русской Галичине мало польских крестьян, то поляки постановили вызывать таковых из Западной Галиции и даже из Америки. Вызовом польских крестьян для поселения в Восточной Галичине занялись не только польские агитаторы, но и власти. Для вызова польских крестьян, переселившихся в Америку из Австрии, Германии и России, отправился осенью 1902 г. в Америку польский посол Львовскаго сейма, Ян Стопинский, который и устроил это дело. Значение этой колонизации для русскаго населения края, в религиозном, национальном, политическом и экономическом отношении, в высшей степени опасно. Для России усиление на границах ея враждебнаго населения также не безопасно, в виду замыслов поляков и украйнофилов (первых — возстановить Польшу по Днепр, вторых — создать независимую Русь-Украйну от Карпат до Кавказа), замыслов, которым покровительствует австрийское правительство.
К сожалению, о Галичине никто у нас не думает, кроме горсти славянофилов, да поляков, жидов и украйнофилов; зато тем с большим интересом относится к ней Австрийское правительство.
Картина экономическаго состояния Восточной Галичины была бы неполною, если бы здесь ничего не было сказано о жидах.
Составляя 11 процентов (11 на сто) всего населения края, жиды преимущественно населяют города. Торговля, за редким исключением, находится в их руках; ремесла также переходят в их руки. Во многих городах большинство портных жиды; токари, стекольщики и бляхари одни жиды. Число ремесленников жидов растет ежегодно, благодаря школам, основанным бароном Гиршем, из которых ежегодно выходят хорошо обученные мастера. Жиды-капиталисты и купцы оставляют местечки и малые города и переселяются в большие города. Они скупают дома у христиан в центре города, придавая ему жидовский характер. Мещане также преимущественно жиды.
Сравнительно с городами, села меньше подвергаются нашествию жидов. Жид поселяется в селе лишь в качестве корчмаря. Лишь в гористых местностях жиды охотно поселяются в селах, занимаясь торговлей рогатым скотом. Такая торговля очень своеобразна. Жид дает крестьянину телёнка на выкормку. Крестьянин держит его и кормит 2—3 года, и тогда оба они идут на рынок, продают бычка и делят выручку пополам. Доход жида от такой сделки громадный: затратив на покупку теленка 4—5 гульденов, он чрез 2—3 года получает 30—40 гульд. и боль-
15
ше, не рискуя затраченным капиталом, так как в случае падежа скота обязан вознаградить жида за убыток крестьянин, который сам получает небольшой барыш, или никакого.
Откупщиками, подрядчиками, арендаторами, предпринимателями — жиды. Они постепенно вытесняют польскую мелкую шляхту из поместьев. В Тарнопольском повете половина поместьев, в Долинском и Стрыйском — большая их часть принадлежит жидам. У жида Поппера 60 тысяч моргов (30 т. десят.), жиду Канарку принадлежит целый угол от Ниска к Висле. Жиду легче удержаться в качестве помещика или арендатора имений, так как у него, во 1-х, малыя потребности — он сыт одной селедкой, и во вторых, с земледелием он соединяет и другия дела: откуп пропинации, дорожныя мыта *), торговлю и т. п., и вследствие этого он может, в случае неурожая, убытки по земледелию покрывать доходами с других занятий. Состоя банкирами, капиталистами, купцами. промышленниками и предпринимателями, жиды в Галичине так же, как и в Буковине, составляют силу, с которою польская шляхта принуждена считаться, а несчастный галицко-русский крестьянин совершенно придавлен с одной стороны польской шляхтой, с другой — жидом.
Что же получил русский галичанин от конституции, и в чем ея блага для народа? Право сильнаго («кулачное право») работает при конституции во всю! — Кто сильнее, для того и законы, и льготы, и права, а бедному при конституции неоткуда и помощи ждать.
--------------------
*) Откупы дорожных застав.
ГАЛИЦИЯ.
Галиция обведена черною границей. Нижнюю часть составляет Буковина.
На самом верху и справа Россия: наверху — Привислянския (польския) губернии с городами: Замостье, Ченстохов, в правом углу — Волынская губерния с Почаевом, Кременцем, Дубно, а ниже — Подольская губ. с Каменец-Подольском. Ниже Галиции идет Австро-Венгрия с городом Буда-Пешт. В Галиции главный город Львов (Лемберг). От него идет железная дорога чрез Броды и Радзивилов в Россию. В Буковине главный город Черновицы.
Волынский Союз Русскаго Народа задался целию снабдить все сельские отделы библиотечками и обращается ко всем сочувствующим лицам с просьбой о помощи.
Помощь можно оказывать:
1) Пожертвованием разных пригодных для сельскаго народа книг.
2) Присылкою рукописей для издания.
3) Уступкой Союзу права перепечатывать уже изданныя книги.
4) Деньгами на издание книг.
Союз с благодарностью принимает годныя для народа книги и рукописи по всем отраслям знания: религиозно-нравоучительныя, историческия, сельско-хозяйственныя, ремесленныя, а также повести, стихотворения.
Почтовый адрес: Почаев. Союзу Русскаго Народа.
Железнодорожный адрес: Кременец, Ю.-З. ж. д., на имя предъявителя.
[Витте Е. И. Как живется галичанам под конституцией. ПОЧАЕВ. Типография Почаево-Успенской Лавры. 1908 г.]
См.
Витте Е. И. Белоруссы и литовцы, Буковина и Галичина, Владимир-Волынский, Люблин, Как живется галичанам под конституцией, Христианство в Чехии после Войцеха и насаждение латинства, Крещение Руси, Угроруссы
Подписаться на канал Новости из царской России
Оглавление статей канала "Новости из царской России"
YouTube "Новости из царской России"