Котят было трое. Все голубоглазые, серо-белые — прямо в маму. Гордая мамочка, кошка по кличке Маркиза, первые два дня ни на секунду не покидала своих детишек, постоянно их вылизывала и кормила.
А на третий день решила, что её родительский долг выполнен сполна, и дальше воспитанием могут заниматься люди. При этом она довольно оригинально выбрала нового «папу» для своих малышей. Им она назначила самого старшего в семье — деда Пашу.
Дед жил в самой дальней комнатёнке: туда Маркиза и перетащила ночью всех трёх котят по очереди. Нельзя сказать, что это привело деда в восторг.
— Ну и бессовестная ты, Маркиза! Настоящая кукушка! А если я повернусь и задавлю кого-нибудь их твоих наследничков? Что бы ты тогда делала? — выговаривал наутро дед Паша Маркизе. Та честно пришла и теперь перетаскивала потомство обратно в коробку.
Такое «великое переселение народов» она устраивала ещё несколько раз. Слава Богу, дед Паша, как и большинство людей его возраста, спал чутко и никого не задавил. Даже будто привязался к этим малышам.
Вскоре Маркиза дошла до того, что и кормить потомство стала на дедовой кровати. До этого дед Паша не особо обращал внимание на копошение, а тут заметил, что двое котят всячески отталкивают от матери третью. В итоге серенькая малышка слепо копошилась возле матери — и практически не получала молока. Дед Паша в такие моменты хмурился — а то и менял местами котят, чтобы поели все.
Шло время, и котята, которые уже вполне считали дедову кровать своим собственным логовом, постепенно становились самостоятельными. Они уже лакали не только материнское молоко. Стало понятно, что их можно пристраивать в другие семьи.
Новых хозяев для двух котят нашли довольно быстро — через интернет. Голубоглазые милахи сразу вызвали интерес.
— Ну вот, для двух уже нашли новых хозяев. Думаю, сегодня и для третьей найдётся, — рассказывал внук деду Паше, показывая объявление в сети. Дед снова нахмурился.
— Ты это, внучок, снимай объявление с публикации. Всё, что хотели, мы уже сделали, — хмуро сказал дед.
— Погоди, а третья, что с ней делать будем? — удивился молодой человек.
— А её себе оставим. Будет у меня жить. Греть стариковскую кровать. Она, кажется, уже привыкла, — неожиданно улыбнулся дед Паша. И его морщинистое лицо в этот момент будто засияло.
Кошку назвали Соней — имя подбирал сам дед Паша. И сама кошечка, казалось, считала именно его своим настоящим хозяином…