Они старели красиво. Даже не старели как будто, а переходили в другую фазу.
⠀
Морщины при улыбке стали чаще. Чёрные волосы отливали серебром.
⠀
Очки появились. Раньше не было. А сейчас обязательно.
⠀
Вместе с очками появилось желание вязать салфетки из тонкого кружева. А у него - отгадывать судоку.
⠀
Они старели вместе, словно наперегонки. Она стала пить таблетки по утрам, он - вечером. Ей непременно нужно было тёплое одеяло, ему - плед. И гуляли вместе уже медленно. Ногами не шаркали, почему-то было стыдно.
⠀
И он, видя как она засыпает в кресле с книгой, поудобнее взбивал подушку.
⠀
И пил горькую настойку из трав, потому что она вычитала в журнале, что это помогает. Варить нужно было на медленном огне, постоянно помешивая, пять часов. И она варила. Потому что для него. А он пил, потому что ради неё.
⠀
Вечером смотрели фильмы о войне. Переживали. Зарекались больше не смотреть и смотрели снова.
⠀
Ждали дальневосточную ярмарку, покупали мороженную рыбу и варили уху по-фински.
⠀
Потом, уже вечером, включали торшер с абажуром, доставали красный кожаный фотоальбом и аккуратно перелистывали картонные страницы.
⠀
Она замечала, что руки у него дрожат, он - как много морщин стало у неё на запястье.
⠀
Это была добрая, уютная, тёплая старость.
⠀
Это были счастливые люди.