КАК СКОВОРОДА КОЛЬКУ ЖЕНИЛА
- Коль, а что ты с женой то не живешь, - поинтересовались мы у нашего водителя однажды.
- О, это трагическая история, - смеясь, ответил он.
- А что ты тогда смеешься? Расскажи, – стали просить его мы, предчувствуя веселую дорогу.
- Хорошо, - ответил Колька. – Жадность меня подвела.
Признаться, удивил. Жадность и Колька – это несовместимые вещи.
- Что, - переспросили мы.
- Да. Не удивляйтесь. Самогоночки захотел на халяву напиться. Вот уже пятнадцать лет той самогонкой икаю.
- Это как?
- Алименты плачу, вот как.
Мы знали, что у Кольки есть дочка.
- И что?
- А ничего, не моя это девка.
- Как? И почему тогда платишь?
- Потому что дурак, - констатировал он. И стал рассказывать все по порядку.
- Дело было так. Пришел я с армии. С друзьями, как полагается, дембель отметил. Наутро иду по деревне к Саньку похмелиться, встречает меня Сковорода и так ласково приветствует. Куда это, мол, Коленька идешь. Что к соседям не заходишь. Мы тебя ждали, рады видеть. Пойдем пирожками угощу. Стопочку за возвращение налью.
И я что-то так расчувствовался, не ожидал от нее такой милости.
Отказываться вроде неудобно стало. Знал ведь, что Сковорода хитрая и вредная баба, но в этот раз так искренне приглашала. Да и до Санька далековато было идти, а тут как назло дождь начал накрапывать. Можно сказать, судьба все мои дороги к лучшей жизни в тот час Сковородой накрыла. Повелся я на лесть и ласку, а еще на свою лень да похмелье.
Захожу к ним дом, а там стол от еды ломится. И банка самогонки трехлитровая на нем, как на пьедестале. Говорю, что за праздник у вас, теть Шур. Она отвечает, день рождения у Светки. Дочки ее, значит. И зовет ее. Светку я знал до армии, конечно. Страшненькая была девчонка, толстая круглая морда и две тоненьких ножки. Прямо, точно настоящая сковорода. Когда я увидел ее, смешно стало. Та же сковорода, только увеличенная со всех сторон, особенно с пупка. Надо же, подумал я, кто же это из наших на ней женился, да еще и ребенка заделал. Посмеялся над ним в душе. Не подозревал я тогда, что за злой смех тот возмездие мне скоро придет.
Усадила нас тетка Шура за стол. Выпил я стопочку, затем еще. И с каждой рюмкой Светка все красивее становилась. Не заметил, как пирожки стал из ее рук есть. И в тот самый момент, когда настроение мое было доброе, а Сковорода со Светкой стали мне как родные, меня беда и подкараулила. «Света, ты пойди, дочка, в зал, - отправила ее мать, - а с тобой, Коль, мне поговорить нужно». Да как заплачет вдруг. Слезы ручьем, похлеще дождика за окном. И бац на колени передо мной: - «Помоги, Коленька, выручай. Я тебя отблагодарю»… Я не пойму, что случилось. Сижу как парализованный. А Сковорода причитает все горше и горше. «Светку обрюхатили, она не говорит кто, позор на все село. Выручи, Коля. Женись. Потом разведешься. Скажи, мол, твое дите, в отпуске когда был, вот и сподобились»… И в таком роде час голосила. Я уже пьяненький был. Подумал - подумал, мне то что. А Светке - не жить. Она и так несчастная. Сгноят ее бабы. Тем более Сковорода меня обещала месяц поить и кормить, к тому же всех дружков моих тоже. Каждый день нам по банке трехлитровой самогона ставить. Чего не согласиться, решил я. Время есть, отпуск - месяц. Гуляй, Колюха. Только ненадолго, уточнил условия я. Сковорода обрадовалась и давай мне еще наливать. Потом не помню ничего. Занавес.
Утром вся деревня видела, как меня Светка провожала до дому. И все сразу сделали вывод – Светка от меня залетела. А Сковорода с того дня стала мне ближе родной матери. Кормила, поила, вокруг носилась, как ласточка. Я даже забыл про ее прозвище. И дружки мои ее полюбили. Стали все звать тетей Шурою, и заступаться за нее перед народом.
Две недели пролетели как один день. Я их даже не запомнил. Пил запоем.
И вот наступил день свадьбы. Все как во сне.
Помню только, что шел на роспись вслед за спасительным маяком – банкой самогонки в сетке у тещи, хотелось одного - поскорее выпить. А коварная Сковорода, таким подлым способом спасшая честь дочери, гордо возглавляя свадебную церемонию, целеустремленно вела меня, как быка на привязи, в сельсовет. Так же, маяча банкой, привела меня обратно и усадила за праздничный стол. Говорили, что свадьба была веселая. Но теща гостям жаловалась, мол, зять пропойца. Светочку совратил. Плакалась, что дочь в обиду не даст, если мол, Колька пить не бросит, быстро разведет молодых. А через неделю теща опять, вдруг, превратилась в злобную Сковороду. Выгнала меня и дружков из дома подо что ни на есть отборную русскую народную речь. Брачной ночи, как и дня, не было.
А дите через полтора месяца родилось. В сельсовете, конечно, девочку на меня записали, как я не отрекался. Светка развод не дала. Сковорода ей запретила и на наш с ней договор наплевала. Сказала, что денег на свадьбу, на меня и моих дружков столько потратила, что алиментов не хватит их восполнить. Так я стал отцом и по сей день плачу алименты. За кого, осталось от всех тайной.
Колька вздохнул печально. «Сковороду Бог за меня наказал. Сама себя она перехитрила. Прогорела с МММ. Чуть с ума не сошла. Даже жалко ее. Светка так и не вышла замуж. С годами еще страшнее стала. Сейчас в городе в гастрономе на кассе работает, очередь распугивает». И засмеялся « А дочка моя – красавица, мне даже иногда кажется, что на меня похожа. Жаль, не здоровается с отцом, Сковорода постаралась. Зато после той истории я долго не пил, лет пять, пожалуй»...
Весь день мы смеялись, представляя, как по деревне идет теща с банкой в желтой сетке, затем плетется Колька с дружками, влюбленными взглядами сжигая заповедный приз, а сзади идет печальная невеста. Ну и так далее. Смаковали историю, каждый в меру своей испорченности, как говорится.
А Колька? А что Колька. Он классно вел УАЗик по ухабам и хохотал над нашими версиями вместе с нами.
В гастроном на следующий день мы сбегали, на Светку посмотрели. Ничего особенного. Обычная женщина. Но что-то в ней от сковороды все-таки было.
Эх, Светка моя,
платье в клеточку,
Че тогда я не порвал
желту сеточку.