Жизнь с отчимом была не выносима, и Мика, героиня книги Риты Навьер "Жестокие игры в любовь" решилась уйти из дома.
Жить к бабушке, которую раньше с подачи матери весьма недолюбливала.
(отрывок)
Мику Борис Германович, ее отчим, неизменно называл полным именем – Микаэла. Ну а она его… в глаза – по имени и отчеству, за глаза...
Хотя в тот день она и в лицо его так назвала. И не только так, а ещё и похлеще. Всё, что накопилось, выплеснула, глядя в его холодные бледно-голубые глаза.
Мать тогда уже неделю как лежала на сохранении в городской гинекологии. А Мика всю эту неделю жила в напряжении. Хоть от матери, по сути, защиты никакой, но всё же при ней было спокойнее, чем вот так, с ним наедине. Он, в общем-то, больше обычного не цеплялся. Цедил только: делай то, делай это, после школы не задерживайся. И сверлил своими рыбьими глазами.
Она – где пропускала его слова мимо ушей, где вяло огрызалась, но сильно не перечила: боялась его, хотя не признавалась в этом даже самой себе.
В тот день её позвала к себе одноклассница. А Мика и рада была пойти куда угодно, только не домой. До вечера время пролетело быстро, а когда она всё же объявилась, Борис Германович встретил её в коридоре со словами:
– Где была?
В голосе его отчётливо звенели угрожающие нотки. Да и в глазах, обычно холодных, читался еле сдерживаемый гнев.
Наверное, можно было бы придумать какую-нибудь правдоподобную уважительную причину, но Мика лишь гордо прошествовала в свою комнату. Не хватало ещё оправдываться перед ним. Она не мать и пресмыкаться тут не собирается.
– Где была, спрашиваю! – Отчим схватил её за локоть, рывком развернул к себе.
– Гуляла! – с вызовом ответила Мика, попыталась выдернуть локоть, но тщетно. Он лишь крепче сцепил пальцы. – Руки убери!
– Ах ты...! – прошипел он. – Гуляла она!
– Отпусти!
– Зубки научилась показывать? Распустила тебя мать. Ничего, я научу тебя старших уважать, строптивая ты...
– За что тебя уважать? – запальчиво огрызалась Мика, отчаянно пытаясь вырваться из его захвата. – Убери от меня свои мерзкие ручонки!
