Стереотип о том, что вебкам — это легкие деньги для студентов и студенток отчасти формируют сами работодатели. «Легкая работа для студенток в СПб», «Присоединяйся к нам и начни свой путь к богатству!», — призывают сайты известных вебкам-студий. The Vyshka погрузилась в мир кибермоделинга и выяснила, как веб-модели совмещают университет с работой, сколько зарабатывают и почему вебкам — это совсем не «легкие деньги».
КАК ВСЕ УСТРОЕНО
У каждой вебкам-модели есть tip-меню, в котором перечислены услуги и их стоимость в «токенах» — специальной внутренней валюте сайта. За каждые 100 токенов покупатель платит десять долларов, а вот модель получает только пять из них. За действия вне списка девушка или парень может назначать цены прямо во время трансляции или просто отказаться их выполнять. Просьбы бывают разные: иногда просят надеть джинсы или чулки, иногда — что-то более необычное. Как-то раз клиент написал Свете: «Я хочу, чтобы ты стояла на корточках, плевала в тарелку и лизала свои слюни».
За отдельную плату девушки могут связываться «в привате» с одним конкретным посетителем сайта. Ева рассказывает, что в первый месяц работы ей пришлось смотреть, как клиент обмазывается фекалиями. Но обычно люди, которые пишут модели что-то грубое или требуют действий, запрещенных сайтом, отправляются в бан.
Если во время стрима модели не донатят, она может делать все, что захочет: лежать, танцевать, болтать с посетителями, большинство из которых иностранцы. Девушки признаются, что вебкам серьезно подтянул их разговорный английский.
ВЕБКАМ И УЧЕБА В ВУЗЕ
Никита рассказывает, что люди ошибочно думают, что вебмоделинг — это легкие деньги и все вебкамщицы — обязательно студентки. По его словам, очень многие учащиеся ВУЗов пробуют стримить, но не задерживаются в индустрии надолго, ведь это не так просто, как кажется. Об этом говорит и Ева: «Это такая же работа, как и любая другая. Нужно соблюдать график, следить за трендами, правильно выстраивать отношения с клиентами, хотя бы немножко понимать, как работают психология и маркетинг».
Раньше Света хотела стать блогером в Instagram и популяризировать науку. Девушка пыталась учиться сначала на историка, потом на политолога, но качество российского образования ее не устроило. Сейчас она занимается вебкамом, чтобы накопить на учебу за рубежом.
Вопреки сложившемуся мнению, она говорит, что совмещать кибермоделинг и учебу — не так-то просто. «Я знаю очень мало моделей, которые учатся и работают одновременно, потому что на стриминг тратится очень много времени и сил. В основном, все студийные модели работают по 7-9 часов в день. Но для выхода в топ надо стримить больше». Чем выше положение модели «в топе» — тем больше у нее зрителей и донатов.
Студент медицинского Сергей вебмоделит примерно год. Правда, он учится на последних курсах и стримит не так много — чаще по вечерам в свободное от учебы и работы медбратом время. «В начале обучения времени на сон не хватало, не то, чтобы на работу», — признается Сергей. Из-за дистанционного обучения и самоизоляции он работает больше: запускает с утра трансляцию и параллельно делает домашнее задание.
Сергей надеется, что вебкам станет его основной работой: «Откровенно говоря, есть шансы даже не заниматься медициной при достаточной популярности на вебке».
СТАЛКИНГ, ДЕАНОНИЗАЦИЯ И ШАНТАЖ
Света считает, что вебкам невозможно совмещать со многими видами работы и учебы из-за риска деанонизации. «Есть одна довольно популярная модель, у которой больше 300 тысяч подписчиков, она учится на врача. Понятно, что если в больнице, в которой она будет работать, об этом узнают, то ее просто выгонят. Все мои подруги из индустрии не понимают, зачем она продолжает учиться».
Деанон — один из главных страхов для большинства кибермоделей. Клиенты часто пытаются узнать их настоящие имена, места жительства, страницы в соцсетях. Именно поэтому, например, большинство моделей не имеют страничек в соцсетях или довольствуются «пустым» профилем «Вконтакте».
Никита рассказывает, что настоящее имя каждой пятой модели становится известным. «На западе с этим вроде спокойно, всем давно все равно, но не у нас».
Света очень обеспокоена тем, что кто-то из ее окружения поделится ее личными данными, даже если это ник в телеграме. О работе Светы знают только парень и близкие друзья. Семья думает, что девушка ведет трансляции компьютерных игр на YouTube.
Диана говорит, что в вебкаме в любом случае нужно быть готовой к деанону и последующей травле и что она сама часто сталкивается с шантажом. «Нежным лучше в вебкам не идти. Меня лично деанонят минимум раз в три месяца. Угрожают разослать видео друзьям и родственникам и требуют денег, но я отказываю».
«Это не та работа, которую одобряет общество, — подчеркивает Ева, — нужно понимать, что, возможно, друзья окажутся не друзьями, парень окажется не таким хорошим и адекватным, как казалось раньше, а кто-то, возможно, начнет шантажировать. И записи стримов останутся в интернете навсегда».
Текст: Наталья Синеокая
Иллюстрации: Яна Варфоломеева
Редактор: Анна Терешева