…Я не помню, была ли верующей моя суровая бабушка Евдокия. Нас, своих внуков, она никогда не хвалила, не целовала–не обнимала. Но мы-то, дети, знали, чувствовали, как она нас любила. Поэтому нам так нравилось бывать в её доме. Его после войны построил дедушка-фронтовик, который, к сожалению, очень рано умер. Только там можно было часами качаться в гамаке, сшитом из мешковины, уплетать необыкновенно вкусные пушистые блины с растопленной на сковороде сметаной, и чувствовать себя важными и нужными.
… Родилась бабушка в 1897 году, в пригороде Минска, в многодетной крестьянской семье. И нам, внукам, рассказывала про то, что царя-батюшку Николая II, видела собственными глазами. Была она неграмотная, в храм не ходила, да и там, где они с мужем жили, его не было.
…Бабушка почитала одного-единственного святого, которого называла Николаем Чудотворцем, и рассказывала про него чудеса чудные. Когда было очень уж трудно, только у Николая-угодника она просила защиты. И всегда получала её! Но никогда не забывала его благодарить. За то, что в войну, когда убегали с детьми из горящего Минска, остались живы, за то, что у шестерых детей были кусок хлеба и крыша над головой, за то, что сама научилась прекрасно шить, и все модницы в округе одевались только у нее. Она умела быть благодарной и полезной многим. И нас, своих внуков, именно этому научила - благодарить за всё, что имеем. И людям помогать. А к Николаю Чудотворцу за защитой обращаться только в крайних случаях. Таких случаев и в моей жизни было немало. И каждый раз этот святой выручал и спасал меня…
…Вот и этим летом, когда 20 дней я жила на заброшенной даче своих друзей (тому была предыстория, о которой я рассказывала), ночи там были очень холодные. Я замерзала, но каким-то чудом не заболела. И уже собираясь уезжать, подняв глаза, вдруг увидела под самым потолком маленькую, скромную открытку-иконку Николая Чудотворца…