Добрый день, дорогие читатели!
Бросьте в меня камень, если сегодня на всей земле остался хоть один человек, кто не задавался вопросом: прививаться в нынешних пандемических условиях или нет. Вот лично вы что думаете?
И 250 лет назад этот вопрос стоял также остро.
Тогда речь шла об черной оспе, которая в Российской империи из 10 заболевших уводила на погост четверых. Так что каждый заболевший понимал, что шансов у него примерно 50 на 50: либо быть, либо нет.
Что можно сказать про оспу? Ничего обнадеживающего: высокозаразная инфекция, передающаяся по воздуху, смертность от которой при худшем раскладе достигала 90%. Но выжившие приобретали стойкий пожизненный иммунитет.
Чтобы понимать масштабы бедствия: эпидемии оспы регулярно буйствовали в Европе и России, начиная с VI века. Они выкашивали целые города.
Большинство европейцев имели на лице и теле отметины перенесенного заболевания.
Во Франции, например, полиция рассматривала отсутствие оспин «особой приметой». А в Германии ходила поговорка: «никому не избежать оспы и любви».
Болели все сословия, включая королевские дома и царские фамилии. В 1730 году от оспы умер наследник дома Романовых, 14-летний Петр. И Екатерина II (коронована в 1762) очень боялась черной оспы и повторения этой печальной истории со своим сыном Павлом.
Она приняла решение о личной вакцинации, когда у наставника цесаревича Павла, с оспой вначале слегла, а потом умерла невеста. Болезнь подошла очень близко к монаршей семье.
Решение о вакцинации – дело хорошее, но надо понимать, какие тогда были времена и возможности медицины.
До начала серьезных исследований и открытий, связанных с иммунной системой и вакцинами, было по меньше мере сто лет. И тот метод, который использовался для противооспенной вакцинации в XVIII веке сейчас покажется полной дичью.
Метод назывался вариоляцией. Его суть в том, что на руке прививаемого надрезали кожу и «вводили туда оспенный материал». Императрицу прививал английский врач Томас Димсдейл, который сделал буквально следующее.
Он вскрыл оспину у заболевшего маленького мальчика, обмакнул в рану нить, а потом провел зараженной ниткой по надрезу на руке Екатерины.
Этот метод придумали османы. Проанализировав характер и течение оспы, они начали экспериментировать с вакцинацией вначале на пленных, а потом на детях-сиротах.
Самодержица заболела через несколько дней. Но в легкой форме.
Пока длилось недомогание, она велела постоянно держать запряженной карету с лошадьми. Чтобы на случай летального исхода (все бывает) прививший ее врач мог экстренно покинуть Россию и избежать расправы. Предусмотрительно, не правда ли?
Стоит ли говорить, что матушка-императрица полностью выздоровела? Вслед за ней прививку сделали наследнику престола Павлу. За его выздоровлением следила вся империя. И после этого в очередь на вакцинацию выстроился весь двор. Прививка от оспы вошла в моду.
Мальчонке, ставшим донором оспы для императрицы, Саше Маркову, был пожалован дворянский титул и новая фамилия – Оспенный. На гербе семейства Оспенных красуется его рука с оспенной пустулой.
Томас Димсдейл также получил титул, звание лейб-медика и внушительную пенсию. Он уехал на родину, но годы спустя вернулся в Россию прививать внуков Екатерины.
Примерно в это же время во Франции от оспы скончался Людовик XV.
Прошло почти 2 века. И только в 1980 году Всемирная организация здравоохранения официально объявила, что черная оспа полностью побеждена.
Но это не значит, что инфекция ушла из нашего мира. В лабораториях штаммы черной оспы хранятся до сих пор. Болезнь не исчезла, она просто затаилась на время в пробирке.