Странное было чувство. С периодичностью оно преследовало меня всю жизнь. Это чувство, наверное, должен испытывать каждый художник, при наступлении которого он начинает творить.
Творить, чтобы выплеснуть на бумагу или мольберт все то безумие, которое взлохмаченным вихрем взметалось в его душе, закручиваясь в клубок, и не давая покоя начинало проноситься внутри, толкая или на безумство, или на депрессию, в зависимости – будет ли выход этому чувству наружу.
Это необходимо. Необходимо настолько, что я совсем не мог от этого отказаться.
И мне становилось невероятно приятно, когда приходило убеждение, что это действительно так. И что совсем ничего не нужно было менять. Совсем ничего.
Равно как и пытаться убеждать себя в чем-то совсем ином. (Что наверняка бы уже и вовсе противоречило происходящему. Тому, что было в реальности. Тому, отчего я теперь совсем не мог отказаться.)
Я не верил, что это все будет продолжаться слишком долго. Мне казалось, что в любой момент оно может закончиться.
И сколько я не буду убеждать себя в обратном, ничего больше не произойдет. Не произойдет другого. Того, о чем я даже никогда бы и не мог подумать. Но что в реальности - существует. Существовало. Будет существовать.
Шагая по жизни, я все реже старался оглядываться по сторонам и тем более оборачиваться назад.
Так выходило, что я понял, что излишнее оглядывание забирает слишком много сил. И часто как раз тех сил, которые могли понадобиться в будущем.
чемпион мира (США,1998), тренер-психолог 3-х чемпионов мира, преподаватель факультетов психологии, педагогики, ФиС 3-х вузов (1999-2011), автор 250 книг.