Позвольте мне рассказать историю, когда два мира коснулись друг друга. В ночь, когда убили всю ее семью она осталась без дома, без страны, без своего мира. Он живет себе обычной жизнью, не зная о существовании других миров. За одну ночь две их реальности изменятся. Что это? Дружба? Любовь? Вера в чудеса? Что их ждет впереди, и смогут ли они разобраться в хитром сплетении тайны, что объединяет их?
Феникс
Тяжёлые серые тучи накрыли крышу замка, и я чуть не упала с окна, пытаясь вытянуть шею, наблюдая за ними. Расправить крылья и полететь, дальше, и дальше, слушая их рассказы. Бабушка часто смеётся надо мной, и говорит, что мне ещё многому надо учится, потому что правление достанется мне. На что всегда ей отвечаю, что вся власть перейдёт к моему младшему брату, и мне это не к чему. Грустное покачивание седой головы, и прямая спина бабушки уходит. Я знаю, что стоит ей зайти за угол, и её плечи сникнут, под тяжёлым гнётом той ответственности, что приходится нести. А может, она знает что-то такое, что не видно нам.
Совсем рядом раздался звонкий смех брата, топот маленьких ног, и вдогонку смех сестры. Я не могу пропустить это веселье! Где мой маленький принц?
Я выскочила из комнаты, и осмотрелась, пытаясь понять, где они. В конце длинного коридора яркие вспышки огня разбивали темноту, и я побежала на их свет.
— Аха! Я вас нашла! – ещё одна яркая вспышка, и сестра превратилась в человека. Тонкая диадема украшает её голову, а длинные серебряные волосы собраны в какую-то сложную прическу. Как она это делает? И не сложно вставать в несусветную рань, чтобы изобразить такое гнездо на голове? Мои волосы всегда собраны в обычную косу, без всяких украшений. Часто достаётся из-за этого от бабушки, но мне всё равно. Была бы моя воля – всё бы отстригла.
— Айли, ты меня ужасно сильно напугала! – нежный голос, тонкая рука откидывает с лица невидимую прядь волос. Мы с ней похожи как две капли воды, разница только в цвете глаз, но она женственная начиная от пальцев рук, заканчивая пальцами ног, а я нет. Я даже в платье смотрюсь ужасно, а она нежный, прекрасный цветок.
— Айли, нельзя так делать! Она учила меня превращаться, а ты всё испортила! – голос моего брата очень похож на нежный голос сестры.
— Прошу прощения, Ваше Высочество, я не хотела Вам мешать, — легкий поклон, и мой маленький принц начинает смеяться. Бедный, всё никак не привыкнет к такому обращению, а пора. Сестра тоже перестаёт хмуриться.
— Астрея показывает мне как надо делать, но это, похоже действует только на девочек. У мальчиков другой способ, но мне не верят. Я тоже смогу как вы превращаться и летать, вот увидите! – слегка пухлые губы Акифа начинают дрожать. Понимаю, как ему сложно приходится. Несмотря на свой юный возраст ему придётся стать правителем, но он боится, что не сможет править так, как делал отец, пока не научится превращаться в Феникса.
— Ваше Высочество, не стоит расстраиваться, у Вас всё обязательно получится. Вам нужно время, не все дети достигают зрелости так рано, — Астрея проводит по тёмным волосам нашего брата. Он совсем не похож на нас, и даже не похож на родителей, но ни у кого нет сомнений, что он нашей крови. Его серые глаза наливаются слезами, которые Акиф пытается сдержать. Наш сильный принц! Как же ему порой бывает сложно!
— Хотите, мы вместе с Астреей будем Вас учить превращаться? Либо, у меня есть лучшая идея! Пойдёмте на гору? – брат с сестрой смотрят на меня с серьёзным взглядом, и через несколько секунд раздаётся громкий смех, и меня поддерживают, говоря, что это отличная идея. Уф, гроза миновала.
Быстренько собраться, сестра переодевается в более удобный костюм. Тёмно-зелёная рубашка подчёркивает цвет её глаз, диадема убирается в шкатулку. Я решила остаться в своём синем платье, которое ещё когда-то сшила мама для себя. Мама…как же, порой нам не хватает её. Акиф её даже не помнит, хорошо, что ещё остались портреты отца и матери. Я точно её не забуду, Астрея, думаю, тоже. Она полная копия матери, даже характер такой же. А вот я пошла в отца. Только внешность мамы, а вот глаза отца. Бабушка говорит, что я и характером в отца.
— Акиф юн и слаб, он не сможет быть достойным правителем, а ты сможешь, — преследует меня голос бабушки, пока мы поднимаемся на гору.
Братец бежит впереди, а Астрея пытается его догнать. Я смеюсь, и бегу вслед за ними. Набегавшись, мы с сестрой падаем спинами на землю, и молчим. На небе ни облачка, начинает клонить в сон.
— Эй, не спи! Я тебе сейчас принесу самых красивых цветов!
Я приподнимаюсь на локтях, и смотрю вслед убегающему мальчику. Астрея сидит рядом, и улыбается.
— Бабушка говорит, что он никогда не сможет превращаться. Что ему не повезло родиться в это время, волшебство умирает, — грустный взгляд Астреи наблюдает за мальчиком, а потом она поворачивается ко мне. – Как думаешь, такое возможно? Для меня он всё равно остаётся принцем, и наследником на престол, даже если ему десять лет.
— Он вырастет ещё, а когда созревание дойдёт до своего пика, то он обязательно превратится, вот увидишь. А бабушка ещё лет сто править будет. И даже твоих детей будет учить, — я смеюсь и тыкаю сестру в бок.
— Меня выдают замуж. Бабушка уже договорилась с кем-то. Честно говоря, мои мысли только об этом. Надеюсь, это недалеко, — Астрея отправляет мне грустную улыбку.
— Не может этого быть! Ты ещё маленькая! Тебе всего семнадцать лет. Бабушка не могла так поступить с тобой.
— Ты забыла, что через неделю нам стукнет по восемнадцать? Глупышка ты моя. Я не думаю, что она нашла бы мне плохого кандидата. И более чем уверена, что я буду рядом с вами всегда.
Мне не нравится этот разговор. Чувства смешиваются где-то в области живота, а мысли в хаотичном беспорядке бегают по голове, натыкаясь друг на друга.
— Ну что ты, дурочка? Расстроилась? – Астрея обнимает меня за плечи, а мне хочется плакать.
— Может, поговорить с бабушкой? И она передумает? А если он плохой?
— Айли, не неси чепухи. Никто не передумает, это, во-первых, а во-вторых, бабушка точно не отдаст меня за плохого человека. К тому же, значит не я буду продолжателем рода.
— Но ты можешь ею стать! Из тебя получится прекрасная мать!
— У меня нет дара. Я неполноценный Феникс. Как ты. Я не умею лечить, я даже не могу лечить саму себя. Телепатически могу общаться только с тобой, но это потому что мы связаны. Перемещаться тоже не могу. Я обычная красивая птица, не более. Весь дар у тебя.
— Ты просто не созрела. Вот увидишь, ты всё сможешь, — бурчу я, в ужасе понимая, что она права. Из нас троих только я являюсь полноценным Фениксом.
— Ты кормишь сказками себя, меня, и Акифа. Всем давно ясно, что Акиф родился обычным человеком. Он никогда не сможет быть и подобием нас, как бы грустно это не звучало. Вот увидишь, через месяц решатся наши судьбы. Когда наступит совершеннолетие, то меня выдадут замуж, а тебя оставят на престоле. Я думаю, что смогу забрать Акифа с собой.
— Вы решили меня оба оставить? Знаешь, что? Я больше не хочу разговаривать на эту тему. Ни слова больше! Принц бежит, смотри какие прекрасные цветы!
А вечером разразилась гроза.
Русалка
Тёмно-синее небо медленно окрашивалось белыми полосами, разбавленные красными разводами. Задумчивый взгляд голубых глаз наблюдал за небом, а длинные пальцы медленно проводили по синим волосам, словно расчёсывая их. Розовые губы что-то шептали, понятное лишь девушке.
Сил не было. Последнее волшебство ей пришлось потратить для переселения. Их осталось мало, а той, кто является хранительницей реки, озера и леса не чуждо и переселение в тело человека. Ей нравилось новое обличие. Русалка закрыла глаза, вспоминая своё детство. Громкий смех, босые пятки, белые платья, что мелькают сквозь деревья. Люди верили в них, боялись, и каждый приносил свою плату, чтобы русалки не затапливали поля, выпуская на свободу из берегов реку. Прекрасные юные девы приходили к ним на поклон, а сколько юношей оставили свои сердца навек тем, которых когда-то называли берегинями. Потому что их главной задачей было беречь. Но время шло, утекая сквозь пальцы некогда прекрасных русалок. Люди уходили из этих мест, а те, кто приходил взамен – безжалостно начинал охотиться на тех, кого раньше боялись. Всё, что неподвластно пониманию необходимо уничтожить. Нельзя верить в то, что нельзя объяснить. Так они считали. Умирали русалки, а вместе с ними и умирало волшебство.
Девушка хищно оскалилась, вспомнив как умирали её сёстры, превращаясь в утренний туман, оставляя свои слёзы в виде росы на траве. Капли воды таяли, стоило солнечным лучам коснуться их, а тихое шипение было последней песней сестёр. Но она знает, как всё вернуть. Знает, и обязательно всё сделает, что в её силах. Легенды не врут, она это знала лучше всех.
Сзади подошёл молодой человек, накидывая на спину девушки плед. Яна слегка повернула голову, и кивнула в знак благодарности. Артур сел рядом на деревянные ступени, пытаясь приобнять девушку, но она дернула плечом, давая понять, что ей это не нравится.
— Всё хорошо? Ты после прогулки на реку стала какой-то другой, — парень попытался заглянуть в лицо любимой, но она продолжала смотреть вдаль.
Он ей мешал, но было не время с ним кончать. Ей нужна была его помощь в поисках. Первый пункт в плане был выполнен, пора двигаться дальше. А этот парень, похожий на медведя должен был ей помочь. Яна повернулась к парню, и внимательно посмотрела в его лицо. Обычное лицо, ничем не примечательное. Вот только глаза притягивали к себе. Тёмные длинные ресницы окаймляли карие глаза, а тёмные брови были прямыми и густыми. Захотелось по ним провести пальцами, но Яна сдержалась. Несносная девчонка пыталась вырваться, и когда русалка смотрела на молодого человека что-то щемящее, и горячее в груди мешало дышать. Упрямая. Скоро от неё ничего не останется.
Артур слегка дёрнулся, неуверенно улыбнулся, а после потянулся к губам девушки. Яна сдержалась и позволила прикоснуться к себе. Поцелуй вышел холодный, обжигая ледяным дыханием. Парень отодвинулся и начал всматриваться туда, куда до этого смотрела его девушка. Было очень много вопросов, но Артур не решился их задавать. Чувствуя на своей щеке такой же холодный взгляд, как до этого был поцелуй, парень повернулся.
— Что дальше по плану?
Яна дёрнулась и в голубых глазах появился страх. Он обо всём догадался?
— О чём ты? – русалка попыталась придать голосу непринуждённость.
— Мы приехали в эту деревню не просто так. Хотя, отпуск могли провести и в другом месте. Хочу понять какая развлекательная программа ждёт меня дальше. Программа с рекой мне не понравилась. Я так и не понял, что ты там искала, и для чего это тебе надо было.
— Не переживай. Я тебе расскажу всё в самом конце. Но мне нужна будет помощь в поиске одного дома. Я ищу женщину, даже старуху. Она живёт где-то на окраине деревни, насколько знаю одна. Хотя, всё могло поменяться за это время…
— Зачем тебе она, не скажешь? Или это великая тайна? Мне не нравится, что ты скрываешь от меня всё, — Артур испытующе посмотрел на девушку, но Яна не удостоила его взглядом, отвернувшись и смотря на кромку появившегося леса в утренних лучах солнца.
— Она хранительница этой деревни. Она живёт здесь с самого детства, но никто не знает, откуда она взялась. Просто появилась однажды, и начала жить здесь. Мне нужно её сердце, — девушка хрипло рассмеялась, и посмотрела на парня, удивлённо взирающего на неё.
— Ты с ума сошла после реки, или утратила всё своё чувство юмора, сохранив только дурацкие шутки?
— Так ты найдёшь её для меня?
— Зачем она тебе нужна? И почему ты сама не собираешься её найти?
— Она мне не откроет дорогу. А тебе откроет. Ты её найдёшь, и покажешь, где она живёт. Ты чего, конечно же я пошутила насчёт сердца. Старушка знает не мало легенд, и сказок. Я хочу их записать, а потом выпустить. Тебе разве самому не любопытно, какие тайны несёт в себе этот лес, эта деревня? Легенда гласит, что здесь жили необычные люди.
— Всё веришь в свои сказки? А ты что делать собираешься? Почему бы не пойти вместе со мной?
— О нет, у меня есть кое-какие дела. Я потом тебе расскажу, — девушка улыбнулась, дотрагиваясь тонкой ладонью к губам Артура, который собирался уже задать вопрос. – Иди спать, я ещё посижу.
Парень внимательно посмотрел на ту, которую любил всем сердцем, не узнавая. Вот она всё та же, со своими цветными волосами. Всё тот же длинный тонкий нос, розовые слегка припухлые губы, длинная шея, белая тонкая кожа. Но что-то было неуловимо незнакомое в ней. Словно Яну подменили. Что не даёт ему покоя, что с ней не так? Кроме неожиданного холода в ней, она оставалась всё та же. Решив, что решит эту загадку утром, Артур вошел в дом. Девушка продолжала сидеть на крыльце, прислушиваясь к звукам дома. Тяжёлое дыхание парня, жалобный скрип половых досок, по которым ходил Артур. Дом предатель, пытается предупредить. Ничего не выйдет, она сможет довести свой план до конца. Яна встала и потянулась. Откинула за спину распущенные волосы, и прошлась по двору босыми ногами. Пяткам было щекотно от мягкой травы, и русалка тихо засмеялась. Утро только начинало править, а значит, у неё ещё есть время, пока солнце не начнёт безжалостно палить.
Яна сняла с себя всю одежду, бросая её на землю. Аккуратно переступила и подошла к верёвкам, на которых сушилась постиранная одежда. Вернувшись в дом после прогулки, девушка первым делом обыскала все шкафы и сундуки, пытаясь найти более удобную одежду. Та, что была на ней, ей мешала, сковывая её движения. Найдя кружевное белое платье – Яна обрадовалась. Это было то, что нужно. Платье было старое, но девушку это не смутило. В саду была бочка, наполненная дождевой водой, и русалка прополоскала платье в ней. Повесив его сушиться, Яна ушла спать, проснувшись только ночью. Артур пытался несколько раз разбудить девушку, чтобы она поела, но у него ничего не вышло.
Яна провела по платью ладонью. Оно было всё ещё влажным, но это не имело никакого значения. Надев его, девушка расчесала волосы, оставляя их распущенными. Она готова полностью. Выйдя на улицу, Яна подняла руки наверх, словно пыталась обняться с ветром, и рассмеялась. Вдали закукарекал петух, оповещая всех, что настало утро, и пора просыпаться. Надо поспешить, любопытных глаз везде хватает.
Если бы Артур выглянул в это время в окно, то увидел бы странную картину – девушка в белом длинном платье бежала к лесу, и что это Яна можно было понять только по её длинным синим волосам. Но Артур лежал в это время в кровати, пытаясь уснуть. Мысли плутали в его голове, но уставший мозг дал понять, что сам не прочь отдохнуть, и парень забылся тревожным сном.
Солнце касалось лучами кроны деревьев, ласково пробуждая их. Птицы защебетали, приветствуя утро. Девушка бежала по тропинке, что была видна только ей одной. Босые пятки не касались земли, Яна не бежала, а плыла. Быстрее, быстрее, времени осталось немного, нужно успеть вернуться в дом. Деревья расступились, и показалось зеленоватое озеро. Русалка радостно вскрикнула, на ходу сняла с себя платье, и нагая бросилась в воду. Холодная вода приняла своё дитя в объятия, ласково приветствуя беглянку. Девушка плыла, всё глубже погружаясь в озеро. Рыбы в страхе расступались, быстро уплывая, давая дорогу хозяйке.
Русалка доплыла до дна озера, откуда торчали корни, коряги и ветки, давно погибших деревьев, и нашедших последнее пристанище под водой. Девушка нырнула между веток, ведомая своей тайной что-то схватила, потянув руку к себе. Ветки давно погибшего дерева мешали, не отпуская то, что нужно было русалке.
Она плавала, весёлая и беспечная. Было не сложно схватить её за лодыжку, и потянуть ко дну. О, как она сопротивлялась, но разве можно противостоять смерти? Русалка тянула свою жертву всё ниже, и ниже, а когда у девушки не осталось сил бороться, то дело было почти сделано. Русалка приблизила своё лицо к жертве, встречаясь с её глазами, полными ужаса. Хозяйка озера коснулась своими губами губ Яны, высасывая из неё жизнь, и превращаясь в ту, которую убивала. Теплые карие глаза закрылись. Обмануть парня было не сложно, даже если он что-то и заподозрил, то воспоминания Яны, ее чувства к этому человеку остались, помогая русалке играть её новую роль.
Девушка ещё раз дёрнула. Ветки сопротивлялись, не желая отдавать, то что досталось им по праву. Русалка дёрнула сильнее, мёртвое дерево отступило. Девушка выплыла на поверхность, раскрывая ладонь, на которой лежал серебряный кулон.
Дракон
Сон никак не хотел заканчиваться. В том, что я всё ещё сплю сомнений не было никаких. То, что рассказывала девочка было странным, не понятным, и больше напоминало сказку. Но никак не реальность. Перемещения, крылья, параллельные миры, разве это может быть правдой? Рассказ щебетом выливался из губ этой ненормальной девочки, и появился риск, что моя черепная коробка лопнет, выпуская на свободу распухший мозг. Возможно, это принесло бы мне облегчение. Захотелось проснуться. Я ущипнул себя за бедро, почувствовал боль, но не проснулся. Девочка не исчезла, а я продолжал стоять в лесу, стряхивая с босых ног надоедливых муравьев.
— Это не сон, ты знаешь об этом, — она остановилась и обернулась ко мне, склонив голову, словно изучая.
— Мне всё это не нравится. Верни как всё было.
— Я не могу. А всё, что я рассказала – это правда. Теперь твоя очередь рассказывать, кто ты. Стражи не могут пройти в дом человека без приглашения, а в твой дом смогли. Ты не человек, так кто ты?
— Слушай, не втягивай меня в свои сказки, хорошо? Я обычный среднестатистический человек, коих на земле больше миллиарда. А вот ты какая-то сумасшедшая с фокусами, — злость накапливалась, готовая вылиться полностью. Меня раздражала эта девчонка, и хотелось быстрее со всем покончить.
— Ты можешь злиться на меня сколько угодно, но это тебе не поможет. Если они смогли найти тебя, то может я здесь и не при чем, не думал об этом?
— Что-то я не заметил, чтобы ко мне ломились каждый день, и втыкали в спину горящие спицы, пока я не привел тебя к себе, — девчонка продолжала рассматривать меня, в её серых глазах сквозило любопытство, и даже по кончику носа было видно, сколько вопросов она мне хочет задать. Не буду ей ничего отвечать. Вообще не буду с ней больше разговаривать. Молча выведу её в деревню, и пусть разбирается дальше сама как хочет.
— А что ты будешь делать дальше? Без работы, без девушки, без друзей, куда ты собираешься идти дальше?
Что?! Откуда она?!.
— Ты что читаешь мои мысли?! Да кто ты такая, и кто тебе позволил вообще лезть в мою голову?! – я угрожающе сделал несколько шагов, схватил девчонку за плечо и встряхнул. Она нисколько не испугалась, с вызовом смотря на меня. Мне стало стыдно, в конце концов, это ещё ребёнок, хоть и странный. Она положила свою узкую ладошку мне на руку, и без труда её скинула. Задержала свои пальцы на моей руке, и раздражение схлынуло, будто скинули одеяло. Так просто. Злость затаилась где-то в области груди, а после свернулось клубком, и уютно уснула.
— Тебе придётся поверить мне, Марк. Я не желаю тебе зла, и что-то мне подсказывает, что ты тоже. Если дашь мне шанс, то я помогу понять тебе кто ты. Но я не справлюсь сейчас без твоей помощи. Пожалуйста, просто поверь мне.
— Ты даже знаешь моё имя? – я потёр лицо, понимая, что удивляться уже нечему, кажется, она знала про меня всё. Не кажется, она точно знала про меня всё.
— Я знаю о тебе только то, что ты мне позволил увидеть. Понимаю, что ты не хочешь мне верить, и сейчас в твоей голове всё смешалось, но мне незачем тебе врать. Я уйду, если ты этого хочешь, но я не справлюсь без тебя. У меня не так много сил, и мне нужно время для восстановления. Если ты сейчас меня оставишь – они найдут меня, и тогда моя участь будет такая же, как у моей сестры.
— Ответь мне на два вопроса: как тебя зовут, и зачем мне тебе помогать? Я тебе уже помог вчера, и что-то желания повторять свой подвиг у меня нет.
— Айли, — девчонка улыбнулась, и слегка покраснела. Что это, смущение? Меня это развеселило.
— У тебя имя необычное. А на второй вопрос?
— Потому что тебя ко мне Луна послала, — она дёрнула плечом, повернулась ко мне спиной и начала оглядываться. – Нам в какую сторону? Туда?
— Нет, прямо. Стоп, что значит Луна послала? Это кто-то из твоих сородичей?
Айли засмеялась, продолжая идти, отмахиваясь от мошек, которые появились неизвестно откуда. Лес же, конечно их тут будет много.
— Нет, это не мои сородичи. Она вообще ничья. Никому не принадлежит. Она родственница Солнца, помогает по ночам, так как Солнцу позволено править лишь днём, а вот Луна правит ночью. Они похожи, но Солнце греет, а Луна так не умеет. Это все знают.
Я почувствовал себя дураком. Она издевается?
До деревни мы дошли быстро, и в основном в молчании. Разговаривать с Айли не было желания, да и ей, похоже не особо хотелось. О чём с ней вообще можно говорить, если она не умеет этого делать нормально?
Дома были старые, со временем осевшие в землю, и сквозь длинную траву были видны только окосевшие крыши. Зайдя в саму деревню меня не покидало стойкое ощущение, что меня здесь все продолжают ждать, хотя бабушка покинула нас больше пятнадцати лет назад. Сколько мне было, десять? Я не помню самих похорон, но помню, как мама второпях собирала мои вещи, и почему-то испуганный взгляд отца. Когда мои родители погибли в автокатастрофе, то я часто вспоминал этот взгляд, и понимал уже взрослым, почему он был так испуган. Терять кого-то из близких и родных страшнее всего. Кажется, что сейчас на этом и твоя жизнь закончится, но нет, она продолжает идти, но без них. Нет рядом опоры, нет длинных разговоров за кружкой чая, а бабушкины пироги ты никогда больше не поешь. Не к кому бежать. Люди, некогда бывшие друзьями моих родителей говорили дежурные слова, хлопали по плечу, оставляли конверт, и уходили. Уходили навсегда из моей жизни. А я двигался дальше. Маленькими шагами шёл по той дороге, что мне уготована, больше не возвращаясь к своему детству, к прошлому. До сегодняшнего дня.
Я вышел из раздумий, ловя на себе внимательный взгляд Айли. На миг показалось, что она обеспокоена, но это чувство тут же исчезло. Остро захотелось снова стать тем самым десятилетним беззаботным ребенком.
— Дом моей бабушки находится на другом конце деревни, на самом отшибе. Мы можем пройтись по всей улице, либо пройти по границе леса. Не хотелось бы привлекать внимание.
— Внимание? Думаешь, на нас кто-то обратит внимание? – девушка неожиданно засмеялась, и так же неожиданно прекратила. – Хотя да, мы выглядим более чем странно.
Настала моя очередь смеяться. Странно? Оба босые, она в одной рубашке, которая не особо скрывала её тело. Я, в отличие от неё, выглядел более прилично в джинсах и в футболке. Значит пойдём по кромке леса, скрываясь в тени деревьев, а потом выйдем к дому.
— Мне кажется, что деревне нет никого. Ты видишь, как выглядят дома? Деревня опустела, как пустует дом, если нет жильцов, — задумчиво проговорила Айли. Пусть думает, что хочет. Это моя деревня, и здесь всё не так просто. Здесь живут старые люди. Не хотелось бы их повергать в шок своим видом. Не думаю, что кто-то меня узнает, но всё же.
— Когда кажется, креститься надо, — буркнул я. – Пойдём отсюда. И не спорь.
— Даже и не думала, — девушка пожала плечами. – А что значит креститься?
Я посмотрел на неё, не смеётся ли она? Она не смеялась.
— Это поговорка. Пошла ещё с Руси, когда православие расцветало. Всем было понятно, что бесы часто любят искушать людей, подсовывают разные осуждающие мысли о друзьях и родственниках. И считалось, что с Божьей помощью можно отмести всё плохое, — начал я припоминать книжку по истории.
— А сейчас так не считают? А это помогало? А как надо креститься? А это все могут делать? – ворох вопросов упал на меня. Она вообще что-нибудь знает?
— Теперь я более чем уверен, что ты не из нашего мира. Тебе этот способ не поможет.
— Как будто ты знаешь, что мне вообще может помочь, — она горько усмехнулась, и остаток пути продолжила в задумчивом молчании. Вот и за что мне это?
Калитка отворилась легко. Когда-то белый дом, величественно стоящий на отшибе деревни стал меньше. А может, всё потому, что я вырос? Грязные окна приветливо подмигнули мне, словно узнавая. Дом был каменный, не деревянный, как большинство домов в деревне, но время разве умеет щадить кого-либо? Во дворе всё заросло, и даже скамья, на которой часто сидела бабушка, рассказывая мне сказки, дала корни. На ней появились маленькие побеги деревьев. Меня это развеселило. Мёртвое живёт благодаря тому, что стало причиной жизни для нового. Каменные ступеньки отцвели, местами кладка ссохлась, отчего казалось, что если наступить, то сейчас всё развалится. Я поднялся к террасе, на которой одиноко стоял стол с горшком на нём. Ключ нашёлся под горшком, который чуть не рассыпался в моих руках от старости.
— Сколько здесь тебя не было? – Айли стояла посередине двора и с любопытством озиралась вокруг.
— Со смерти бабушки прошло пятнадцать лет. Когда её не стало, то родители увезли меня в город, а дом закрыли. Изредка они приезжали сюда, но без меня. Мне и самому не хотелось. Что здесь делать, если нет хозяйки дома? Отец говорил, что здесь источник силы. После смерти родителей я приезжал несколько раз, в последний раз был два года назад. Приехал и сразу уехал, — от воспоминаний в горле что-то стиснуло. Вспомнил, как стоял у порога дома, не в силах заставить себя сделать шаг, и войти в то место, где я провёл своё счастливое детство. Как я развернулся, захлопнул калитку, и старался уехать быстрее, безжалостно гоня машину, будто за мной гнались. Гнались плохие мысли.
Я почувствовал прикосновение к своей ладони, наклонился, и увидел, как она обхватила мои пальцы двумя ладошками, и просто легонько сжала. Я не плакал, когда мне сказали, что бабушки больше нет. Не видел её мёртвого тела, для меня она просто исчезла. Когда родители погибли, я тоже сдержался. Не хотелось никому показывать свою слабость. А сейчас глаза непроизвольно начали наполняться слезами. В груди что-то стиснуло, и стало больно говорить. Во всём виноваты воспоминания, к которым я не хотел возвращаться.
— Нельзя в себе держать столько боли. Если ты её выпустишь, то станет легче. А если держать, то твоё сердце может навсегда закрыться, и остаться угольком. Не допускай этого.
Только не здесь, и точно не с ней. Показывать кому-то как мне больно, лишний раз показать свои уязвимые места. Однажды я допустил такую ошибку, и во что превратилась моя жизнь? Ну нет.
— Я психолога не заказывал. Заходи. Аккуратней, не ударься головой, — но моё предупреждение было запоздалым. Ойкнув, Айли пригнулась, стукнувшись о верх дверного проема. Вечная ловушка. Бабушка говорила, что делать больше дверь нельзя, иначе всё тепло уйдет. При этом, окна в доме были большие. Она любила свет.
— Ого, какая большая комната! Почти как моя! – Айли с любопытством начала изучать дом, похоже, забыв обо всём. Она подошла к печке и принюхалась. – А это что за штука? Кстати, а где твоя комната?
— Эта штука называется печь. И здесь больше нет других комнат. Весь дом состоит из одной этой комнаты. Видишь рядом с печкой висят занавески? Если их отдёрнуть, то сможешь увидеть кровать, на которой я спал, — её вытянувшееся лицо меня развеселило. Мне было и смешно, и жаль её одновременно.
— Ты спал в этой каморке?
— Да, и у меня было самое счастливое детство, поверь.
Что делать дальше, было не понятно. Сказав Айли, чтобы она поискала себе чего-нибудь приличного из одежды, я вышел из дома. Рядом с домом был сад, который сейчас зарос, но я двинулся к нему. Джинсы цеплялись за кусты, ветки ломались под ногами, делая ступням больно, но я зачем-то шёл. Зайдя вглубь сада, я остановился возле бочки, в которой плескалась вода. Бабушка раньше использовала её для полива. Не задумываясь, я окунул голову в воду, и сразу же вытащил, хватая ртом воздух. Вода была холодная, не успела нагреться. Капли падали с волос, футболка намокла, но стало легче думать. Я пошёл к дому.
Айли зачем-то подметала пол. Откуда она вообще взяла метлу?
— Чтобы вымести всю нечисть из дома, что собралась здесь, пока отсутствовал хозяин дома. Метла стояла возле этой штуки, — она показала на печь, отвечая на мой немой вопрос. – Было бы неплохо ещё поесть. Почему ты мокрый?
Она была одета в мои детские чёрные штаны, которые когда-то покупались на вырост, и я так в них не успел походить. Девочке они были как раз. Мама, собирая вещи, похоже забыла о них. Айли подвязала рубашку каким-то цветастым поясом, а на ноги надела носки. Сходство с мальчиком стало явным.
— Ты похожа на оборванку, а не на принцессу, — её лицо вытянулось, мне стало смешно. Эта девочка меня всё больше забавляла. – Я придумаю что-нибудь с едой.
Долго думать не пришлось. В заднем кармане джинс нашёлся кошелёк, который я обычно вынимал, но в этот раз удача была на моей стороне. В чулане нашёл старые потёртые кроссовки отца, и за неимением лучшего надел на ноги их. Идти по деревне босиком не самая лучшая идея.
Мне повезло вдвойне, когда, пройдя вглубь деревни я увидел работающий магазин. Значит, люди продолжают здесь жить, раз магазин работает. Выбор был небольшой, но и я пришёл не в поисках изысков. Набрав продукты, я расплатился с продавцом, поглядывающая на меня заинтересованно. Я хмыкнул. Повод для новых разговоров. В дом бабушки я чуть ли не бежал. Внутри груди, в области сердца что-то ныло, и я не понимал, что это. Айли ждала меня, тихо сидя на моей старой кровати, поджав ноги, и о чём-то думая.
— Мы сейчас поедим, а потом ты расскажешь, что ты задумала, и очень подробно. Нужно понимать, что делать дальше.
Она встала с кровати, подошла ко мне и положила передо мной старую фотографию, где были изображены маленький я и моя бабушка. Длинные седые волосы привычно убраны в пучок, и даже сквозь старый снимок было видно, как светятся её глаза. Я поёжился, вспомнив сон.
— Знакомься. Это моя бабушка, — тихо прошептала она.
Часть 1 - Часть 2 - Часть 3 - Часть 4 - Часть 5
_____________
© Автор: Варвара Лаптева
Опубликовано автором на сайте Литра.Онлайн.
Подпишитесь на наш канал , чтобы в вашей ленте ежедневно появлялись новые авторские произведения современных писателей!
_________________________