Текст: Вадим Шкодин
Фото, видео: Александр Хитров
Ночь в Красном Яре, куда мы вернулись накануне, оказалась последней, проведенной рядом с Бикином. Сон в тепле и комфорте, которых мы были лишены последние 10 дней, тем не менее, был беспокойным. Осознание, что все закончилось, что не нужно больше никуда идти — ни вверх, ни вниз — еще не настигло, и, просыпаясь, я не сразу понимал, где нахожусь. Бикин, вчера окончательно отдавший нас суше, еще не отпустил мысли и был в них, еще увлекал за собой куда-то по течению или против него. Прекратить это бесконечное движение куда-то смогло только наступившее утро.
Вчера по прибытию в Красный Яр нас ждала приятная новость — национальный парк «Бикин», чьи просторы мы бороздили все эти дни, наконец-то обрел утвержденное положение и директора, которым стал старший охотовед общины «Тигр» Алексей Кудрявцев. Нацпарк получил уникальное положение, в котором были учтены все пожелания удэгейцев, касающиеся охоты и рыбалки, а его директором стал человек, которого аборигены предложили на этот пост. Без всего этого нацпарк не мог бы существовать, как природоохранная единица. А с этим — сможет.
Такие приятные новости внесли корректировки в наши планы. Было решено не оставаться в Красном Яре, а выехать в Лучегорск на встречу с новым директором. К полудню мы ждали машину, которую после вечернего звонка за нами должна была отправить администрация Пожарского района. С самого утра мы ждали звонка от водителя, который собирался забрать нас из удэгейского села и отвезти в районный центр.
Звонка не последовало и не могло последовать, потому что с самого утра в Красном Яре напрочь пропала мобильная связь. На телефоне с сим-картой «Билайна», который является единственным оператором в здешних местах, предательски пропали все без исключения антенки. Это сделало невозможным созвон с водителем, а, следовательно, и наш выезд в Лучегорск.
Пытаясь исправить положение, мы отправились по деревне искать способ связаться с районной администрацией, чтобы хотя бы сообщить место нашего расположения. Надежда на то, что связь вскоре появится, была уничтожена местными, которые рассказали, что связи может не быть и до вечера, а такие сбои в работе сети здесь — обычное дело.
По нескольку раз обойдя сельсовет и почту, мы смогли-таки связаться с Лучегорском по стационарному телефону и сообщить, где конкретно находимся. На том конце провода обнадежили: машина выехала, ждите к обеду.
К обеду машина не приехала. Не появился транспорт и к часу дня. Ожидание угнетало, а еще больше — осознание того, что очередные творческие планы летели к черту. Мы не успевали на встречу с новым директором нацпарка. Все реальнее становилась вероятность опоздать и на единственный поезд во Владивосток. Желанный автомобиль, которым оказался тот же УАЗ-«буханка», что доставил нас сюда, въехал в Красный Яр около двух часов дня.
Спешно побросав вещи в машину и попрощавшись с Константином, мы отправились в Лучегорск.
Справа промелькнула пристань, где оранжевая лодка, девять дней носившая нас на себе по Бикину и его притокам, в окружении себе подобных ожидала очередного плавания по великой реке — вверх и вниз. Я невольно позавидовал ее будущим пассажирам, у которых все впереди — все эти великолепные бикинские виды, восторг от их созерцания и любовь к Бикину. Любовь, которая, кажется, не может не постигнуть того, кто хотя бы раз его увидит.
Машина все дальше уносила нас от «старшего брата», от чистых вод и густых лесов, от марей и живых камней, от заломов и перекатов, от интересных людей тайги. Мы уезжали, унося с собой частичку Бикина и оставляя здесь часть себя.
Утром 7 октября скорый поезд «Москва-Владивосток» примчал нас домой. Экспедиция «Бикин-2016» завершилась, дав начало большой работе по обработке и обнародованию собранного материала.
Продолжение следует...