Видео вариант:
Текстовый вариант:
Клоун подошел к ступенькам, окинул взглядом тело моего друга и широко размахнувшись, пнул его по голове, так, что труп отлетел на добрых два метра назад, впечатавшись в стену. Крысятник перевел взгляд на меня, шагнул ближе, вытянул костлявую руку и, схватив меня за волосы, глубоко прогибаясь к земле при ходьбе, поволок к своим. Семеня коленями, я попытался дернуться пару раз, ухватившись за его руку, но эта тварь была сильнее, чем выглядела. Крысятник даже не покачнулся, а уже через секунду, швырнул меня к ногам шайки клоунов, прямо на спины лежащих возле них моих друзей. Меня бы снова вывернуло, не будь мой желудок опустошен. У этих двоих тоже были содраны лица.
Возможно я бы отключился, не пни меня под рёбра крысятник. Ублюдок ударил с такой силой, что воздух застрял в глотке. В глазах помутнело, но отдышаться клоун мне не дал. Он вновь схватил меня за волосы и резким движением руки вздёрнул вверх, поставив на ноги. Второй рукой он схватил меня за шею и поровнял моё лицо с пластиковым лицом манекена. Рваный с зелёным, подались вперёд, прислонили свои морды чуть ли не вплотную к моей побагровевшей харе и громко, чавкающие засопели. Затем зелёный, начал медленно поднимать руку...в свете костра блеснули толстые, местами поломанные, окровавленные ногти. Я понял, что он хочет сделать...Времени на раздумья не было и подавшись корпусом вперёд, пнул манекен в грудь. В этот же момент, его клоунскую свиту отбросило назад, будто удар пришелся по всем разом. Безликий, пластиковый солдатик в двуцветном костюме и колпаке с четырьмя помпонами упал в обрезки рук шатающегося обрубка, который вместе с ним свалился на землю, обняв того, будто драгоценный хрусталь. Крысятник отшвырнул меня в сторону и это клоунское скопище, словно косяк изголодавшихся пираний бросилось поднимать безликого, расталкивая друг друга и громко пыхтя.
Я воспользовался этим...Уцепившись за стол я вскочил на ноги, и кинулся наутёк. Пробежав с десяток метров, запнулся за обломки табурета, ухнулся рылом на траву...и…
В этот момент, на глаза мне попался арбалет, оставленный рядом с мишенью возле сарая. Выдрав несколько пучков травы, пытаясь встать, я кое-как выпрямился, подковылял к мишени, сорвал с нее натяжитель....оглянулся....клоуны еще копошились давя друг друга....подхватил арбалет, прижал стремя к земле, трясущимися руками, на ощупь зацепил крючья натяжителя и резким рывком взвёл тетиву. Поднял с земли стрелу, вставил до щелчка, вновь обернулся на клоунов....Эти твари успели разобраться между собой и застыли своим привычным строем, уставившись на меня...Я смекнул, что манекен очень важен для них. Они оберегают его.
Стрелять нужно было в него...Я, присев на одно колено использовав второе в качестве упора вскинул арбалет....клоуны стояли без движений...прицелился....нажал на спуск...
Все произошло быстро. Стрела, отправленная тетивой точно в голову манекена, вонзилась…Прямо между глубоко посаженных глаз обрубка. Зелёный среагировал молниеносно и, всего лишь слегка наклонил безликого на себя…
Безрукий клоун в клетчатом пиджаке с завязанными в узел рукавами, крутанул в воздухе сальто и упал замертво. Я было снова потянулся к натяжителю, чтобы избавиться еще от одной твари, но тут, клоуны, секунду назад смотревшие на труп своего сородича, синхронно повернулись ко мне и зашагали. Мне ничего не оставалось, как спасаться бегством. Откинув арбалет, я припустил по участку что было сил, набирая скорость для прыжка через забор. Успешно преодолев препятствие, я бросился в сторону леса, через небольшой лужок. Мысль о том, что среди деревьев я сумею затеряться, и дожить до спасительного рассвета подгоняла меня, чуть-чуть приглушая страх и боль в рёбрах от удара крысятника. Я несся не оборачиваясь, не чувствуя ног, стука сердца в голове и не слыша надрывного дыхания. Я бежал так, как бежал бы, если бы хотел побить мировой рекорд по стометровке. А из-за спины не раздавалось ни звука…
Первые деревья на пути вперемешку с кустами можно сказать были финишной ленточкой, сорвав которую я одержал бы победу в гонке, но преодолев их, незамедлимо вступил в новую – гонку с препятствиями. Пришлось резко сбавить темп, потому, как лунный свет едва пробивался сквозь гущу хвойных крон и бег по мраку леса мог закончиться ударом о дерево или кувырком через поваленную сушину, в самом его начале.
Я бежал, отталкиваясь руками от деревьев, смотрел под ноги, перепрыгивая через коряги, продирался сквозь заросли молоденьких осинок, утопал ногами во мху как в подушке, то и дело притормаживая и крутясь вокруг себя, чтобы избегать хлестких ударов ветвей по лицу.
Я не знал этот лес и не знал, насколько он широк. Я просто бежал, углубляясь в его дебри. Бежал до тех пор, пока в одно мгновение, меня резко не отдернуло назад. Это было так, будто ты совершаешь прыжок, и уже оттолкнувшись от земли и летя вдаль, кто-то незримый хватает тебя за ногу и ты падаешь, не понимая, что стало тому причиной.
В моём случае, причиной был скрипучий лязг ржавых створок старого медвежьего капкана. Какая-то тварь установила эту хрень, замаскировав мхом, привязав цепью к дереву и благополучно забыла о ней, а я, как истинный неудачник поставил ногу не чуть правее или чуть дальше а прямиком на тарелочку насторожки. Взвыв от боли, начал драть руками створки, пытаясь освободиться от этой, едва ли не выбивающей макушку черепной коробки боли, но сил моих не хватало. Заржавевший механизм не хотел уступать. Закусив ворот свитера, чтобы хоть как-то приглушить боль, я начал шарить руками по влажному мху в поисках какой-нибудь крепкой палки. На моё счастье, в лесу таковых было предостаточно. Привстав и прислонившись спиной к дереву, я вставил две палки между створок с двух разных концов и начал оттягивать их в разные стороны. С ржавым скрипом, механизм сдался и растянув створки достаточно широко, чтобы освободиться, я медленно поднял колено, к груди, вытягивая ногу из злосчастной конструкции.
Оказавшись на свободе, откинул голову назад и, скуля, выдохнул. Попытался привстать на раненную ногу и тут же упал. Голеностоп разразился пылающей болью. Я откинулся на спину и зарыдал…хэх…А лесу…Ночью…С перебитой ногой…Один…Загнанный в угол размалеванными тварями зверёныш…
Я валялся и жалел себя, пуская слезы ровно до того момента, пока не услышал треск сучьев сразу с нескольких сторон. Твари выследили меня вновь и стремительно приближались. Нужно было собраться с силами и совершить финальный рывок в попытке ускользнуть от них. Утерев лицо, я приподнялся на руках, перекатился набок, затем на живот, подтянулся к капкану, уцепился, и что было сил начал растягивать створки. В этот раз было полегче. Механизм со скрежетом разомкнулся, до щелчка. Аккуратно положив его, я вновь перекатился на спину, затем еще раз на живот. Уцепился за длинную жердину примявшую мох, приподнял ее, и уперев в землю, поднялся, на ноги…На ногу…Хруст слышался все ближе…Обхватив жердину двумя руками я по мере сил поскакал прочь от него…Каждый такой скачок отдавался болью в болтающейся на мышцах, сухожилиях и коже стопе…Я хрипел, кашлял, сморкался и лил слюни, ковыляя сам не зная куда..Единственным, что хоть чуть-чуть порадовало меня, был визг, эхом разнесшийся по лесу, вспугнувший спящих в кронах птиц…Одна из тварей угодила в ловушку, покалечившую меня…Но времени на радостные пляски не было, и продолжив ковылять, болтая ступнёй правой ноги, как маятником, я углублялся в чащу.
На какое-то время треск за спиной прекратился, видимо клоуны, окружавшие меня с разных сторон, понеслись на выручку своему товарищу, а может стали передвигаться аккуратней, я лишь мог предполагать. Но долго радоваться не пришлось. Ведь буквально в нескольких десятках метров впереди, я увидел проблески лунного света, озаряющего, верхушки деревьев на уровне моих глаз. Это означало только то, что лесополоса обрывисто уходила вниз не меньше чем на добрых 20 метров. Дергаться куда-то в сторону не было смысла, эти твари могли быть где угодно. Оставалось положиться на удачу, и двигаться вперёд….
В итоге, удача немножко подвела меня…Я оказался на каменистом обрыве, не имея возможности спуститься вниз со сломанной ногой. Осмотревшись и не найдя решения, как поступить, я повернулся к лесу.
Тем временем, на обрывистый каменистый утёс из-за деревьев, с разных сторон вышли замотанный и рваный, победно улыбаясь. В угол загнали, суки, радовались добыче. Клоуны остановились, снова включив этот свой молчащий, ненавидящий взгляд. А я просто хотел упасть на колени и отдышаться. Меня порядком вымотала беготня по лесу и…честно признаться…Я, наверное, был уже готов позволить им сделать то, ради чего они гонялись за мной. Я безумно устал. Но я продолжал стоять, опираясь на жердину и переводил взгляд с одного застывшего ублюдка на другого. Я не понимал, чего они хотят.
Наши гляделки продолжались какое-то время, аккурат до того момента, пока из леса не вышагнул зелёный, несущий перед собой манекен. Да чтоб его суку, а? Носит его, как дитё малое. Клоунская мамашка херова!– пролетело в голове. А твари по бокам, прежде стоявшие на месте, заторопились ко мне. Вырвав из рук жердь, схватили под локти и опять замерли. Снова я угодил в лапы этих выродков. Грязнозелёный подошел ближе, поставил манекен на плоскую поверхность камня в полуметре от меня, подошел ко мне вплотную, повертел головой, осматривая моё лицо с разных сторон и подняв руку с вытянутым указательным пальцем, оканчивавшимся толстым, уродливым ногтем, чиркнул им по моей щеке. Мы смотрели друг-другу в глаза, пока эта тварь облизывала капельку крови с кончика ногтя.
Затем в глазах его пробежали огоньки удовлетворённости и он, грубо схватив меня за подбородок, воткнул ноготь в кожу моего лба и начал медленно вести кровавую линию вдоль окружности лица. Старательно, с пыхтением хирурга-недоучки, он срезал кожу с моего лица.
Я не мог больше выдерживать эту боль. Сил почти не осталось, но на последний яростный импульс их было предостаточно. Повиснув в лапах держащих меня под руки тварей, я ударил здоровой ногой зелёного в промежность. Клоун не ожидавший такого выпада, опешившее упал на колени, а двое его собратьев, дернулись, на месте, на секунду ослабив хватку и мне этого было достаточно. Я выбросил руку вперёд, освобождаясь от клоунской ладони, схватил манекен в двуцветном костюме и колпаке с четырьмя помпонами за шею и здоровой ногой оттолкнулся назад. Навстречу свободному падению с утёса….Я видел, сквозь ветви, хлеставшие меня при падении, как эти твари прыгнули вслед за мной, а потом….
Я очнулся лёжа возле подножия ели на её же ветвях, которые обломались, замедлив моё падение, тем самым сохранив мне жизнь. Все болело. Казалось, не было ни единого участочка тела, которое бы не саднило болью. Я с трудом повернул голову в сторону…В нескольких метрах от меня, на валуне, лежали осколки разбитого манекена, некогда облачённого в двуцветный костюм и колпак с четырьмя помпонами. Чуть дальше, валялся еще один манекен, замотанный в фиолетовые платки. Я приподнялся на локтях. Осмотрелся. По правую руку от меня желтел рваный костюм, надетый на пластиковую куклу…Её голова покоилась рядом, а на ней….Красовалась уродливая перекошенная маска из желтого картона…Некогда бывшая лицом рваного…
Горестно и одновременно радостно усмехнувшись, я откинул голову назад, глядя сквозь пышный, развесистые еловые ветви на безоблачное небо…До меня наконец-то начало доходить. Маска, которую я подобрал в старом детском театре, была лицом безликого, по всей видимости - их предводителя. Я надевал эту маску, стоя на сцене и поэтому я каким-то образом стал основной целью их преследования. Возможно, примерив клоунское лицо, я лишил маску силы и чтобы безликий вновь обрёл тело, он должен был заполучить моё лицо – лицо человека, забравшего его личину. Я ни в чём не уверен, но мои друзья могли случайно попасть под раздачу, а может быть, они тоже примеряли эту маску, когда я ушел той ночью и клоуны, не успевшие добраться до меня спящего в домике на веранде, примеряли безликому все лица, в поисках нужного. Остаётся загадкой, почему они не трогали меня в городе, а просто стояли под фонарём подле бакалейного магазинчика или являлись в кошмарах. Ведь там я был на самом виду. Зачем было мучить меня такими выступлениями. Хотя возможно, эти твари специально изводили меня, играя в свои клоунские игры, суть которых мне не понять никогда. Безоговорочным остаётся только тот факт, что они все зависели от безликого и наверняка, там наверху среди деревьев, валяются еще 2 манекена в клоунских нарядах. Откуда эти твари появились - я не знаю. Почему в городе о них не ходили слухи – я не знаю. Как я буду объяснять произошедшее окружающим – я не знаю. Я знаю лишь одно, я выжил и должен добраться до цивилизации. А там, будь, что будет.
Источник: канал "Ночь на Кладбище" - https://www.youtube.com/channel/UCs1EDZTmakfFRNNbCAbw2Qg