-Сейчас скажу тебе. Ты жуёшь жвачку 15 минут, а я три часа.
-Что ты говоришь? Я не услышала.
-Я говорю: я жую жвачку 3 часа, а ты 15 минут. Вот… Ты не экономная.
Обе девушки в коротких норках неуклюже залезли в белую машину, припаркованную на набережной, в двух шагах от арки 22 дома.
‘Посмотрим, сколько ты сможешь сэкономить, пока будешь бегать по докторам и аптекам в поисках решения для своих желудочных коликов’, -подумала Лика. Но вслух не произнесла.
О чем подумал Саша, Лика не знала. Самого Сашу она впервые увидела сегодня, и история их знакомства была для неё более чем вагонной. То есть такому соседу по купе она бы решительно не стала рассказывать подробности своей жизни. Даже если бы в 7-дневной обратной дороге от Адлера до Томска медленно опустошала оставшуюся от отца фляжку с шоколадно-миндальным коньяком. Из Томска в Адлер тем более не стала бы.
Во-первых, Саша был чересчур резок в движениях. Он много жестикулировал длинными руками и ходил слегка припрыгивая. Во-вторых, он говорил больше, чем Лика могла бы внимательно выслушать от и до, не споткнувшись по ходу его давно оформленных и импульсивных мыслей, которые и ждали только что случая быть обрушенными на кого-то свеженького.
Пару часов назад в полупустом зале Саша подсел к Лике с чашкой горького кофе без молока. Панибратски двинул напиток и легко ‘тыкнул’, минуя стадию перехода с ‘вы’.
Жуткое пойло, сашины редкая борода и пружинящая удлинённая чёлка не предвещали полезности для молодой женщины. Но разговор Лика все же вяло поддерживала.
Через полчаса она уже знала, что Саша был женат, был отцом одного общего с женой ребёнка и хотел скрасить ее присутствием однообразные будни мелкого предпринимателя.
Саша перебрался сюда из Кемерово вслед за другом. Встретил будущую жену — дальше поехало, ‘как у всех’. ‘Дяди’ в офисах не очень любят платить, мальчики вроде Саши не очень любят работать и очень уважают в себе личность. Разговоры с жёнами исчерпывают себя на второй месяц ставшей семейной жизни.
Еще через полтора часа бессмысленной, как он сам понимал, болтовни Саша выяснил, что в вопросах религии и жульничества госаппарата они с Ликой сошлись. Поэтому на фразе ‘конституцией они пренебрегали не раз’ он неестественно имитировал ‘дай пять’ в воздухе.
Лика была интересной. Другого слова Саша для неё не нашёл. Красивой ее он вряд ли мог назвать. Около 165 см роста. Тонкий нос органично вписался в овал бледного лица. Белый крашеный волос собран в низкий, еле случившийся и распадающийся хвост. Сашу совсем не занимало, каким был ее цвет волос в оригинале, как не интересен настоящий цвет металла автомобиля. Зато ее глаза играли с ним в занимательную игру. Начиная от почти оливкового цвета, заканчивая еле уловимым ехидством взгляда, примешанным к невинной простоте и искренности. Лёгкая припухлость под глазами делала их ещё более живыми и выразительными и слегка выдавала пристрастие выпить с ребятами вечерком что покрепче.
В отличие от Саши Лика была неспешна в движениях. Но она не была до конца женственной, как хотелось бы ее представлять. То ли из-за не совсем ровной спины, то ли из-за подающихся вперёд бёдер и немного пижонски выбрасываемых ног. Скорее всего, из-за того и другого.
Пока они шли, город раздавался в разные стороны от реки. Подсвеченные где-то красивой, а где -то дешеватой, как на здании цирка, иллюминацией цвета фуксии фасады глубоко дышали сигаретным дымом проходящих мужчин и женщин. Чаще — женщин. Мимо медленно плыли немытые машины, здание городской библиотеки, телефонный автомат у Русских самоцветов.
У римско-католической церкви на проспекте уже свернулись картинные ряды. Лика прервала Сашу на полуслове так же бесцеремонно, как он вторгся к ней несколько часов назад. Она предложила проститься здесь. Не забыв прихлопнуть ему по плечу и улыбнуться про себя, что так и делают обычно в дурацких фильмах и ситуациях.
Саша свёл встречу на шутку, потому что считал иронию своим козырем; развернулся и пошёл в обратном направлении. Через несколько лет он так и не вывез семью за границу, хотя в тот день точно хотел.
Лика нырнула в подземку. На самом деле ее звали Соней.