Счастливую юбилейную дату Людмила Сергеевна (имя изменено) решила отметить в одном из кафе, расположенных недалеко от дома. Когда-то она и сама в это заведение хаживала, хороши там были манты, подаваемые на белых тарелочках: пыхтели, окутывая окружающее пространство заманчивым запахом мяса и лука. Этот незабываемый момент, закрепившийся в ее памяти, возможно, и сыграл главную роль в выборе кафе.
На торжество юбилярша пригласила самых дорогих ее сердцу гостей. Некоторые из них аж из самой столицы должны были прибыть.
Подруги ее в ожидании праздника по нескольку раз на дню названивали: что, как и в каком наряде к столу прийти. “Праздник будет что надо, и все на высоком уровне!” — обещала именинница боевым подругам и задолго до назначенной даты отправилась на встречу с администратором кафе, чтобы согласовать меню и внести предложения по сервировке стола и интерьеру зала.
Стол обещали накрыть накрахмаленной скатертью, а стулья обтянуть бантами, чтобы подчеркнуть торжественность момента.
Особое внимание следовало уделить меню. Оно получилось скромное, но изысканное: на столе должны были появиться дымящая паром картошка, запеченная с сыром, овощи на пару, мясо, закуски: соленые грибочки, свежие огурцы с круглолицыми помидорами, колбаска такая, колбаска сякая. В общем, не стол, а скатерть-самобранка, да и только.
Удовлетворенная живописной картинкой (о да, иногда наше воображение бежит впереди жизненного опыта и пенсионерской мудрости), без пяти минут юбилярша заплатила всю сумму за праздничный обед наперед, а клочок бумаги, на котором составлялось меню и указывались особые пожелания, она за документ не посчитала. Да и сама не додумалась в тот момент о том, что такие вещи следует закреплять печатями.
А вот зря. Потому что чуть позже ей бы такая бумага очень даже пригодилась. Но не будем забегать вперед, а продолжим нашу повесть так, как она по жизни шла.
Наступил долгожданный день. Специально купленный к торжеству наряд уже надет, прическа из парикмахерской держится крепко, в предвкушении праздника волнение наплывало лишь от мысли о встрече с дорогими гостями.
Обнимания-поцелуи сменились тостами за столом. Закуска хоть и скромная, но все же выглядела под стать бантам на стульях: красиво и величаво.
Но уже первая перемена блюд героиню вечера насторожила. Запеченный с сыром картофель оказался ломтиками. Они больше походили на чипсы из пакета малоизвестного бренда: такие же мелкие и тонкие, разве что не поджаренные.
Ломтиков было так мало, что при виде их в голову юбилярше приходила только одна мысль: “Для цыплят накрошили”. А кто-то из гостей, любящий делать выводы по любому поводу, заключил на всякий случай про себя: “Пожадничала именинница, денег только на три ломтика картошки выделила”.
После следующей перемены блюд гостей покинул аппетит насовсем. Цветная капуста оказалась перепаренной, и, чтобы ее, резиновую, проглотить, приходилось только и делать, что жевать, жевать и жевать. А вместо мяса к столу “прибыли” куриные сердечки. Вся еда оказалась недосоленной.
Один из гостей понес свое блюдо на кухню, чтобы поинтересоваться, почему картошка безвкусная. “Так вредно много соли есть, сейчас во всех кафе недосаливают”, — ответили ему работники в белых колпаках. Почувствовавший себя немодным и отсталым, гость вернулся за стол с одной мыслью: “Ну ладно, приду домой, поем нормально”.
Невкусный ужин тем не менее не стал поводом для грусти: гости веселились и веселили именинницу как могли. Но осадочек-то остался. А Людмила Сергеевна с тех пор кафе это обходит стороной.
Арина ДЫМОВА