Когда любовь - препятствие к материнству

За консультацией психолога часто обращаются женщины, не имеющие медицинских ограничений к беременности (или имеющие минимальные сложности), но, тем не менее, испытывающие затруднения в этом вопросе.

В сегодняшней заметке хочу описать и осмыслить одну из встречающихся схем мотивации, способную отрицательно повлиять на возможность зачатия.

Как эта схема разворачивается во время консультации? Первое чувство, которое что описывает клиентка - тревога. Тревоги так много, что она не просто доступна сознанию, она заполняет собой всё пространство мыслей. Тревога фонит в голосе, в поведении, в телесном напряжении женщины. Причины тревоги, как правило, клиентка связывает с долгими попытками забеременеть, медицинскими манипуляциями, опасениями, что все усилия окажутся напрасными.

Углубление в историю семьи клиентки позволяет найти и более тонкие причины этой тревоги.

Тревожится женщина... от любви.

Казалось бы? Как любовь может препятствовать беременности?

Мне кажется, чтобы дать иллюстрацию того, какого рода любовь блокирует способность стать матерью, уместно привести один литературный пример (правда, не с матерью, а с отцом).

У Бориса Пастернака в "Докторе Живаго" есть сцена, где отец, на фоне Гражданской войны и начавшейся революции, из любви и страха за будущее своих детей убивает их. Он глубоко и искренне любит их. И видит в смерти избавление от грядущих мук. Смерть избавляет от более страшного прижизненного страдания.

Но как этот пример связан с современными условиями? Почему психика женщины блокирует зачатие, когда в её жизненном опыте нет подобного жестокого опыта, её собственная жизнь вполне благополучна?

В этот момент полезно начать внимательно и вдумчиво исследовать историю семьи клиентки. Особенно, женскую историю.

И, к сожалению, очень часто открываются истории гораздо более тяжёлые и травматичные, чем описанная у Пастернака. Если описать утрированно, то это истории бабушек, переживших революцию, войны и голод. Бабушек, которые, возможно, сами потеряли детей. И эти бабушки словно учат своих внучек: "Будь осторожна, будь внимательна! Опасность рядом. Помни о ней, будь начеку!" А внучки слышат это беззвучное послание и заботятся о своих детях, как могут, - не пускают их в такую опасную жизнь.

Что дальше? Как изменить ситуацию?

Психологическая работа с такими историями включает в себя разные формы.

Это и оплакивание утрат бабушек. Часто потерянные, погибшие дети не были оплаканы, не было такой возможности у бабушек. Не до чувств тогда было, нужно было спасать остальных детей, выживать самим. И когда уже внучка даёт замороженным "там и тогда" чувствам время и место "здесь и сейчас" и совершает то, что называется "работой горя", то спонтанно могут уйти телесные блоки, освобождая путь к зачатию.

Кроме того, это игровое восстановление полной, детализированной истории утраты в историческом контексте. Делается это для того, чтобы реконструировать и/или сконструировать вторую часть беззвучного послания, которое обычно внучка не слышит. (Эволюционно мы так настроены, что предупреждение об опасности слышим обязательно, а послания, связанные с ресурсами, фильтруем, т.к. напрямую они не способствуют биологическому выживанию).

Вторая часть послания как раз и связана с ресурсами, с разрешением на жизнь.

Возможно работать с ресурсным посланием не через историю предков, а через послания тела. Правда, так или иначе, но обычно тело начинает говорить голосами из семейного прошлого. Голосами, которые жаждут быть услышанными.

В любом случае важно, чтобы, работая с историей своих предков, в своём бессознательном женщина не только сделала "голос опасности" тише, но и создала или восстановила и звучание разрешающего "голоса". Того голоса, который разблокирует тело самостоятельно. Или даст возможность разблокировать его с медицинской помощью.