Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Музыка и Жизнь

Группа ДК. Простые противоречия

Статья о самой противоречивой и загадочной странице русского рока - группе ДК. Попытка разобраться - что же лежит под глумлением, угаром и трэшем в творчестве этого странного коллектива.

В таком противоречивом явлении, как русский рок есть, в свою очередь, такое ещё более противоречивое и загадочное явление, как Группа ДК. Хотя сам основатель ДК Сергей Жариков рок вообще не признавал, не любил и называл его говном.

Группа была создана в 1980 году двумя студентами факультета прикладной математики МИЭМ Сергеем Жариковым (ударные и авторство всех песен) и Дмитрием Яншиным (гитарист от бога). Поиграв немного джаз-рок и набрав мяса ребята пригласили рок-басиста, игравшего по танцплощадкам и ресторанам Сергея Полянского и вокалиста Евгения Морозова, человека неуравновешенного, но обладавшего удивительного "мужицкого" вокала и удивительной же манеры исполнения - этакая народная манера с чернушно-садистскими интонациями. Это и был золотой состав ДК, состав в первой редакции, с которым они и завоевали страну своими магнитоальбомами. Выступать ребятам запрещал особый "прокурорский надзор", ибо более глумливой тематики и отвратительного (с официальной точки зрения) воплощения нельзя было найти ни в Ленинградском рок-клубе, ни в Московской рок-лаборатории, ни даже в авангардном Свердловском рок-клубе.

Несмотря на то, что в группе собрались в общем-то интеллектуалы довольно высокого уровня, творческая концепция группы первого созыва зиждилась на исключительно приземлённой "народной" тематике. Героями песен были городские низы - алкоголики, шпана, пэтэушники, сантехники, грузчики, дворовая молодёжь. Идеологом концепции был Жариков, музыка была закамуфлирована под хард-рок. Тексты песен идеально подходили под манеру вокала Морозова, как говорил потом сам Жариков - "у Морозова хорошо получалось петь про две вещи: про алкоголиков и про говно". Музыка была довольно высокого уровня, если бы не стремление группы записываться в стиле low-fi - на катушечный магнитофон, на две дорожки, с одним микрофоном и с минимумом акустической защиты. Собственно говоря, звукозаписывающих сессий вообще не было, были "репетиции", на которых постоянно крутился катушечный магнитофон Ростов-106 (у меня такой был) на запись. Из получившегося материала потом и готовились магнитоальбомы обычными склейками фрагментов записей. "Репетиции" тоже были не для репетиций, концертов всё равно не было - ребята просто проводили время, как некоторые проводят время в гаражах, например, или на футбольной коробке.

Бытовая тема была неисчерпаема, группа за два года таким образом записала с десяток аутентичных магнитоальбомов. Какие-то были номерными, какие-то оформляли в виде сборников. Я прекрасно помню это время начала восьмидесятых, я был школьником, потом студентом, группа ДК была популярна у всех слоёв молодёжи от старшеклассников и пэтэушников, до студентов и младших научных сотрудников. От пожарных до молодых учителей, от адептов Дюран-Дюрана до ценителей Моторхеда. Абсолютно глумливые тексты (их даже остросоциальными назвать язык не поворачивается), чрезвычайно остроумная тематика, энергичная музыкальная подача и, конечно, притягательный вокал Морозова сделали большое дело - ДК знала и слушала вся страна. Официальная дискография устаканилась только в настоящее время. Всего получается магнитоальбомов с 1982 по 1989 год было издано сорок (!) штук. Не считая бутлегов, квартирников, сборников и прочих релизов.

В это статье я расскажу только о первом периоде творчества ДК, период 1982-1983 годы, "золотой состав". Потому что следующие периоды в рамки вообще не вписываются. Следуют психоделический период то-ли с джаз-роком, то-ли с зачатками индастриал, появляются духовые, один альбом ДМБ-85 записывается просто, как сборник блатных, дембельских и дворовых песен под расстроенную гитару. Выпускаются альбомы в жанре радиотеатра по Эдуарду Багрицкому или под Прокофьева, выпускается рок-опера Анна Каренина Live, происходят сложнейшие эксперименты, которые в одной статье точно не поместятся. Проще описать первый, самый народный период и жанр. Да и то, дать лишь первые намётки и оценки.

Практически все песни исполняются от первого лица. Герой, будь то пьяный токарь, заглянувший в Третьяковку или малолетняя девица, прогуливающаяся по Арбату, выражают свои мысли и чувства лаконично и чётко, под активный музыкальный ряд. Уникальное соло Яншина на гитаре со слегка приглушённым, словно под сурдинку, звуком и виртуозными импровизациями единственные в своём роде в русском роке. Если только группу можно к нему причислить. Среди официальных рок-музыкантов - будь то питерские или московские рокеры - группа ДК считалась совсем анфан террибль, они именовали её "панками" и всячески открещивались от такого пугающего явления. Исключение составляли только парии сами по себе вроде Петра Мамонова или Свина Панова, ну ещё вечно пьяненький Майк Науменко дружил с ребятами, но он всегда и всем был друг по своей сути.

Жариков с компанией штамповала хиты десятками, тем не менее оригинальности не группа не теряла, актуальности тоже. В творчестве того периода в музыке и текстах есть куча музыкальных и литературных аллюзий (всё-таки ребята были интеллектуалами с широким кругозором), несмотря на однообразную "роковую" музыкальную подачу.

За два года "золотым составом" ДК были записаны следующие альбомы: 1982 - "Шизгара", "Голые Ноги", "Лирика", "Десятый молодёжный альбом". 1983 - "Увезу тебя я в тундру", "Их нравы". 1984 - "Кисилёв", "Маленький Принц", "Бога нет", "Стриженая умная головка". Всего около сотни песен, некоторые из которых кочевали из альбома в альбом в разных вариантах. Группа ДК это был скорее творческий процесс, а не творческий коллектив.

Про музыкальную форму 1982-1984 годов можно сказать, что это самые простые блюзовые гармоники, известные уже с полвека. Всё дело не в самой тональности и не в форме, а в наполнении и содержании. Про гитару Яншина я уже написал, про уникальный вокал Морозова тоже. Теперь про ритм-секцию. Полянский на этих альбомах от и до чёткий роковый басист, без излишеств, скупой на импровизацию - но при имеющемся материале этого и не надо. Ударник Жарикова очень интересный. Во-первых, манера слегка и нарочно расхлябана, во-вторых, пользуясь обычными несколькими барабанами - бочка и том-томы + тарелка, он умудряется давать какой-то плотный насыщенный звук, вероятно ударная установка ставилась недалеко от микрофона, потому что уровень громкости барабанов высокий. Но это ничуть не мешает вокалу и гитаре и ударные Жарикова я, пожалуй, тоже легко отличу при всей простоте его исполнения

Идеология Жарикова, как она представляется сейчас, заключалась в доведении до абсурда обычных бытовых ситуаций, высказанных самыми простыми средствами, да ещё и из первого лица. Все музыкальные критики времён СССР, включая Троицкого, были страшно напуганы таким явлением ДК народу, они попросту не могли его объяснить - как это, интеллектуалы - вроде бы своя каста - поют жуткую чернуху, да ещё и сверхпопулярны у всех слоёв населения, включая самые непритязательные и наоборот, самые развитые.

В заключение пара цитат от ведущих музыкальных критиков про группу ДК описываемого периода. Лучше, и яснее, чем они я вряд-ли скажу:

«В альбомах Жарикова и его коллег каждый из фрагментов их мозаичной структуры раскрывает одну из мифологем современного общественного сознания и в то же время отражает его целостную модель. Отсюда и почти полный отказ в песнях ДК от авторства — их, выступающие „авторами“, герои анонимны — персонаж, изливающий душу после прихода из армии, орущий свои откровения под блатные аккорды гитары или некий „закрытый гражданин“, у которого и жена, и магазин, и вино — „закрытые“… Такое развенчание имиджей советской эпохи, дегероизация розовых персонажей „садово-парковой культуры“ наблюдалось лишь в литературе, правда, неиздававшейся, и кинофильмах, долгое время лежавших на полке» (Т. Диденко, 1990 год)

А вот эта цитата (А.Горохов, ведущий музыкальный эксперт радиостанции "Немецкая волна") наиболее близко представляет философский аспект группы ДК, как я его понимаю:

"Творцом тотально полистилистического рока следует признать группу «ДК». Альтернативный рок группы «ДК» стал революцией текста, энергичного образа и парадоксальной мысли против вялого, ватного и бессмысленного в общем массе советского рока до 80-х. Качество записей отвратительное, слова часто едва различимы, звук «плывёт», но это не мешает оценить радикально новаторский и в то же время традиционный до реакционности подход «ДК» к своей музыкальной продукции. Деятельность «ДК» вполне можно назвать антикультурной и антимузыкальной. Ведь она погружает любую музыкальную форму в состояние холодного и пластмассового китча и отрицает её самостоятельное существование. Таким образом, «ДК» ясно показала, что рок, начатый Элвисом Пресли и «Битлз», выродился и умер, оставив после себя гниющий труп, последовательно и с энтузиазмом вскрытый и разъятый группой Жарикова. После «ДК» искренний и наивный рок-н-ролл, любые его производные, по крайней мере, на советской почве неизбежно свидетельствуют о недоразвитости или реакционности. Жариков утверждал, что «советский рок должен выйти из подворотни». И Жариков не только вышел, но и затащил в подворотню всё, что нашёл вне её, всему дав цену и всё поставив на место. Песни Жарикова — это явные стилизаторские фейки, глумление и сарказм: «выражаемые чувства» не могут быть искренними, лирические герои — объекты антисоветской насмешки. Но одновременно и музыка, и тексты, и лирические герои обладают невероятной притягательностью. ДК выдали ту прибавочную стоимость, которой не хватало звёздам советской эстрады, чтобы стать тем, кем они являлись лишь номинально — соул-вентилями «народной души». Вентилями, сквозь который эта «душа» выходила в виде контента, который можно потрогать руками или ушами. ДК дотянули кучу жанров до психояда… Будучи экспрессионистской карикатурой на разнообразные виды советской музыки, ДК пробурили дырки в разных местах некоторой стены и дотянулись до чего-то скрытого. Точнее, это скрытое всячески выставлялось напоказ КСП и всякими «уходит бригантина от причала», а ДК развернули перспективу и обнаружили соул там, где не было ни причала, ни бригантины.