Всемирная организация здравоохранения признала «игровую зависимость» как диагностируемое состояние.
Но решение организации включить новый термин в 11-й выпуск своей Международной классификации болезней (ICD), выпущенный в понедельник, вызвало разногласия среди психиатрических экспертов. Теперь они задаются вопросом: достаточно ли проведено исследований, чтобы называть это расстройством?
По данным Американской психологической ассоциации, примерно 160 миллионов взрослых американцев играют в видеоигры, но тех, чье желание играть можно расценивать как расстройство, крайне мало. Играют в видеоигры и дети и взрослые 50+, а соотношение между мужчинами и женщинами почти одинаково.
Игровая зависимость по определению ВОЗ включает в себя следующие симптомы:
- Бесконтрольная потребность играть на протяжении как минимум 12-ти месяцев
- Игры получают приоритет перед другими интересами и повседневной деятельностью
- Игра продолжается, несмотря на появление негативных последствий или негативного влияния на отношения, образование или профессию. Это значит, что подросток может играть в видеоигры вместо того, чтобы делать домашнее задание, а в последствии «завалить» тест.
Детский и подростковый психиатр Виктор Форнари знает много семей, которые пытаются контролировать количество времени проводимого их детьми перед экраном.
«В семье обычно есть ограничения по времени на просмотр телевизора. Но, страдая игровой зависимостью, ребенок не остановится, несмотря на обещание негативных последствий» - говорит Виктор.
По оценкам, 160 миллионов взрослых американцев играют в видеоигры.
Форнари говорит, что агрессивные игры, связанные с командной работой и убийствами врагов, как правило, являются наиболее увлекательными для молодых людей. Он также отмечает, некоторые игры стали настолько популярными, что школы во всем мире предупреждают родителей о необходимости контролировать доступ своего ребенка к этим играм.
Включение игровой зависимости в ICD-11 может помочь с медицинским страхованием.
«Я думаю, что категория ICD-11 даст нам возможность узнать, как идентифицировать и диагностировать расстройство. Теперь, когда есть код ICD-11, поставщики медицинских услуг смогут возместить расходы со страховых компаний », - говорит Форнари.
Люди, которые сейчас ищут помощи, скорее всего, в замешательстве. Форнари говорит, что существует несколько программ лечения, потому что специалисты по психическому здоровью действительно не знают, как лечить расстройство. Реабилитационные центры существуют, но информации о том, насколько качественно они работают мало, а цены оставляют желать лучшего.
Неясно, потребует ли в лечение игровой зависимости таких же методов, которые применяется в лечении других расстройств.
«Это важное исследование, которое предполагает, что зависимость от видеоигр может быть реальностью. Но это не эпидемия, в борьбу с которой надо бросить все силы».
Форнари говорит, что действие ВОЗ приведет к исследованиям по диагностированным случаям, которые помогут врачам понять больше о заболевании.
«Должен быть изучен частота и диапазон клинических случаев, как и при любом другом психическом расстройстве. Когда предлагается новое расстройство, нам нужно посмотреть, пройдет ли оно испытание временем».